Чёрно-белая палитра - Ольга Куно

И тут у меня возникла идея. Я не имела представления о том, как к ней отнесётся Уилфорт, но стараниями Лерии мне уже было всё равно. Разозлится — значит, разозлится, его дело. В конце концов, я не просила приводить меня в эту ресторацию и тем более знакомить с этой особой.

— Когда к нам присоединилась уважаемая леди, я как раз собиралась доложить вам о том, как продвигается дело Картера, — 'напомнила' я.

Уилфорт устремил на меня испытывающий взгляд, но вслух, как ни в чём не бывало, произнёс:

— Докладывайте.

— Есть! — отчеканила я, заставив Лерию вздрогнуть. Впрочем, она тут же возвратилась к еде. — Как вы знаете, тело было найдено в чрезвычайно плохом состоянии, — начала вдохновенно сочинять я, — поэтому экспертам пришлось серьёзно потрудиться. По изъеденному червями трупу очень сложно определить причину смерти, равно как и наличие магического вмешательства.

Звякнула вилка. Лерия перевела на меня ошарашенный взгляд. Я же смотрела исключительно на каменное лицо Уилфорта. Моё собственное лицо было не менее каменным.

— Его живот пострадал особенно сильно, — продолжала я, — поэтому сложно определить, чем именно Картер питался перед смертью. Что бы он ни съел, этим уже успели полакомиться черви. Правда, эксперты попытались получить информацию, исследовав самих червей. Вскрыли им животы и долго рассматривали под магической лупой.

Я говорила и при этом старалась не представлять себе сказанное. Это просто поток слов, ничего незначащая череда звуков. А то мне ещё фрукты доедать. Зато цвет лица Лерии из просто бледного постепенно превращался в зелёный.

— Животы? — переспросил Уилфорт, и мне показалось, что уголки его губ очень слабо изогнулись, всего на одно мгновение. Да, с анатомией червей я, кажется, немного перемудрила. Затем с прежним каменным лицом он осведомился: — Вам удалось выяснить, какая болезнь поразила покойного перед смертью? При первичном осмотре были обнаружены язвы. Какого цвета оказались их края? Красного или коричневого?

— Конечно, красного! — воскликнула я. — Если бы коричневого, то черви к трупу бы не приблизились!

Лерия закашлялась и поднесла ко рту салфетку.

— Пожалуй, ваши разговоры для меня действительно несколько…скучны, — проговорила она. — Лучше я вернусь за свой столик.

Может, кому‑то это и покажется странным, но останавливать её ни Уилфорт, ни я не попытались. После того, как мы снова остались вдвоём, капитан некоторое время сверлил меня всё тем же испытывающим взглядом, откинувшись на спинку стула. Затем, не отводя глаз, неспешно произнёс:

— Ну что ж, я вижу, с реакцией у вас всё в порядке. Креативное мышление тоже в порядке, как и умение быстро ориентироваться в ситуации. А с биологией похуже.

Я с не слишком виноватым видом развела руками и принялась за салат.

— Профессия не та, — призналась я.

— Профессия, похоже, самая что ни на есть та, — задумчиво возразил Уилфорт.

Но уточнять смысл своих слов не стал.

Несмотря на то, что в целом мы, похоже, поняли друг друга, появление Лерии всё же подпортило атмосферу обеда. Больше ничего важного мы не обсуждали и в скором времени покинули ресторацию через открытый Уилфортом портал. Стоит отметить, что свой салат я к тому времени доела.

Глава 7

— Тиана, ты уже была в столовой? — воодушевлённо спросил Дик.

— Сегодня? Нет, не была. У меня еда с собой.

Я продемонстрировала пакет, в котором лежала куриная ножка — последняя из тех самых, компенсационных, и крупный ломоть хлеба (чем не гарнир?). И, пододвинув к себе очередной документ, принялась бегло просматривать текст.

— Еда? — подозрительно переспросил Дик.

— Ага, курица, — ответила я, не отрываясь от чтения.

— Откуда?

— Из дома.

Я нахмурилась: из‑за необходимости поддерживать разговор смысл прочитанного ускользал, и пришлось вернуться к тому же предложению во второй раз.

— С каких это пор у тебя в доме завелось что‑то более серьёзное, чем бутерброды? — искренне удивился младший сержант.

— Долго объяснять. Считай, что просто бутерброд с курицей, — предложила я.

Дик приблизился, вгляделся в лежащий передо мной документ, не увидел ничего интересного (обычное обращение к начальнику экспертного отдела) и вернулся к тому, с чего начал.

— В общем, зря ты не пошла в столовую. Так такое!

— Что? — меланхолично спросила я. — Таракан танцевал фуэтку?

Танец я упомянула не просто для красного словца. Дело в том, что как‑то раз Белобрысый, обнаружив в столовой таракана, принялся его дрессировать. Здраво решил, что уж коли тот так хорошо питается, то и худеть ему тоже необходимо. Так вот, движения, которые выполнял в ходе этой дрессировки таракан, весьма напоминали популярный в народе танец 'фуэтку'. Блондин тогда ещё заявил, что танец посвящается мне. Я сильно сомневалась в том, что это можно считать высокой честью, но обижаться тоже не стала.

— Какой таракан? — удивился Дик, но затем, кажется, припомнил, о чём речь, и выразительно махнул рукой. — Забудь!

— Такое, пожалуй, забудешь! — не согласилась я.

— Да не в том смысле забудь, — возразил младший сержант. — Просто, во — первых, в столовой теперь чисто; во — вторых, больше не кормят котлетами (поговаривают, что повару их готовить запретили под страхом увольнения), и в — третьих, всем сотрудникам к обеду полагается десерт!

— Апельсины? — изогнула бровь я.

— Ну почему же сразу апельсины? — Голос Дика прозвучал обиженно. По тому, как я поставила вопрос, выходило, будто восхитившие его перемены — не такие уж и невероятные. — Яблоки, но тоже неплохо.

— Витамины, — задумчиво заметила я. Скользнула глазами по последним строчкам, утвердительно кивнула и поставила внизу листка аккуратную подпись. — Ладно, уговорил. Завтра обязательно схожу. Посмотрим, хватит ли этих нововведений аж на два дня.

Подхватив листок, я вышла из кабинета.

Отнесла бумагу экспертам и с чувством выполненного долга (одной из сегодняшних задач меньше) зашагала обратно.

— Леди Тиана! — окликнул кто‑то.

Я замедлила шаг, затем остановилась. Нет, проигнорировать своё имя мало кто способен, и всё предшествовавшее ему слово трудно было воспринять как обращение ко мне. Надо же, второй раз за последнее время меня называют 'леди'. Не иначе, Солнце в Деве, или Луна в Стрельце, или ещё что‑нибудь странное на небесах происходит.

Обернувшись, я окончательно уверилась в странном расположении звёзд, ибо увидела в конце коридора Дункана Веллореска. Аристократ радостно устремился мне навстречу.