Перевал Дятлова, или Тайна девяти - Анна Матвеева

НОВОСТИ ТЕХНИКИ Туристские сани хороши при езде в поезде, на машине и на лошади. Для перевозки груза по снегу не рекомендуются. За консультацией обращаться к гл. конструктору тов. Колеватову.

АРМЯНСКАЯ ЗАГАДКА Можно ли одной печкой и одним одеялом обогреть 9 туристов?

СПОРТ

Команда радиотехников в составе тов. Дорошенко и Колмогоровой установила новый мировой рекорд в соревнованиях по сборке печки – 1 ч 02 мин.

Как жаль, что я сейчас пишу не детектив! Жанр диктует законы не хуже тирана-властителя. Все эти данные – время сборки печки, странное упоминание о снежном человеке и единственном одеяле – непременно отложились бы в памяти читателя и в конце книги сыграли бы решающую роль. Как просто было бы придумать для истории конец, слепив из многочисленных вводных яркий и убедительный финал! Но я пишу не детектив. Я уже сама не знаю, что пишу. Может, надо было издать все эти документы под одной обложкой и предложить читателю самостоятельно поразмышлять, не забивая ему голову моими дурацкими выводами? Может, вообще не надо было за это браться? В самом деле, сколько замечательно умных людей уже пытались разгадать тайну перевала Дятлова, и что? По сей день ничего не известно, а ведь выходили и книги, и статьи, и множество людей писали письма во всякие высоченные инстанции…

И всё же, отступать мне уже поздно – да и незачем. По крайней мере, дочитаю всё до конца.

Копия дневника группы Дятлова

23 января 1959 года. Так, снова в поход! Сейчас сидим в 531 комнате, вернее, конечно, не сидим, а все лихорадочно суют в рюкзаки всякие овсянки, банки, тушенки. Завхоз стоит и смотрит, чтобы у всех всё вошло.

– Где мои пимы?

Ю.К. В трамвае в мандолину играть будем?

– Конечно!

– Соль забыли!

– 3 кг.

– Игорь! Где ты?

– Где Дорошенко, почему не забирает 20 пачек? Дайте 15 коп. позвонить! Безмен, безмен где? Не влазит, у, черт! Ножик у кого?

– Юра, довези это до вокзала.

Пришел Славка Хализов.

– Привет, привет! Дайте 15 коп.!

Люда считает деньги, крупные деньги. В комнате художественный беспорядок.

А вот мы и в поезде. Перепето много, много песен, выучены новые, и все расходятся по местам уже в 3-м часу ночи. Интересно, что ждет нас в этом походе? Что будет нового? Да, мальчишки сегодня торжественно дали клятву не курить весь поход. Интересно, сколько же у них силы воли, смогут ли они без папирос обойтись? Все укладываются спать, а за окнами встает уральская тайга.

З.Колмогорова.

24 января. 7:00. Прибыли в Серов. Ехали вместе с группой Блинова. У них… [неразборчиво] для охоты и прочие принадлежности. На вокзале встретили ужас как гостеприимно: не впустили в помещение и милиционер навострил уши; в городе всё спокойно, преступлений и нарушений никаких, как при коммунизме; и тут Ю.Криво затянул песню, его в один момент схватили и увели.

Отмечая для памяти гр-на Кривонищенко, сержант дал разъяснение, что п.3 правил внутр. распорядка на вокзалах запрещает нарушать спокойствие пассажиров. Это, пожалуй, первый вокзал, где запрещены песни и где мы сидели без них.

Окончательно обосновались до вечера. На Ивдель едем из Серова в 6-30 вечера. В школе рядом с вокзалом очень тепло встретили. Завхоз (она же и уборщица) нагрела нам воды, предоставила все, что могла и что нам нужно было для подготовки к походу.

Свободен целый день. Хочется сходить в город, например, в краеведческий музей и на экскурсию на мет. завод, но много работы с распределением снаряжения и его подготовкой.

12–2:00. В перерыв между 1-й и 2-й сменами организовали встречу с учениками. Набилось их столько, столько и все такие любопытные.

Золотарев: «Дети, сейчас мы вам расскажем… Туризм бывает, дает возможность…» Все сидят, молчат, боятся.

З.Колмогорова: «Тра-та-та-та, как тебя вот зовут, ты где была, ух наши молодцы и в палатках жили!» И пошло, и пошло…

Вопросам не было конца. Пришлось показывать и объяснять каждую мелочь от фонарика до палатки. Ребят занимали 2 часа, им не хотелось нас отпускать. Пели песни друг другу. На вокзал нас провожала вся школа. Дело кончилось тем, что когда мы уезжали, ребятишки ревели и кричали, просили, чтобы Зина осталась с ними и была бы у них вожатой, они бы все ее слушали, хорошо учились.

В вагоне какой-то еще молодой алкоголик требовал у нас поллитру и заявлял, что мы ее стянули у него из кармана. История снова закончилась, второй раз в этот день, вмешательством милиционера.

Диспут-беседа о любви по провокации З.Колмогоровой. Песни, ревизия, Дубинина под сиденьем, чеснок с хлебом без воды – и мы около 24:00 прибыли в Ивдель.

Большой зал ожидания. Полная свобода действий. По очереди дежурили всю ночь. Автобус на Вижай выйдет рано утром.

Юдин

«Интересно, что ждет нас в этом походе? Что будет нового?» – у Зины.

«Большой зал ожидания. Полная свобода действий» – у Юдина.

При желании в любой цитате можно увидеть второй смысл и мощное подводное течение.

26 января. Спали в т. наз. гостинице. Кто на койках по 2 человека, а Саша К. и Криво даже на полу между койками. Поднялись часов в 9 утра. Спали все хорошо, несмотря на то что вечером не закрыли задвижку и к утру выстыло немного.

На улице –17 °С.

Варить утром не стали, дрова сырые, вечером, пока сварили, часов 6 прошло. Завтракать пошли в столовую, закрепились гуляшем «по-столовски» и чаем.

Когда подали холодный чай, Гося Дятлов изрек, усмехаясь: «Если чай холодный, то выйди и пей его на улице – он будет горячее». Оригинальная мысль. Договорились и едем до 41 участка на машине.

Выехали только в 13–10, а в 41-м были около 16–30. Намерзлись здорово, ехали на ГАЗ-63 наверху.

Пока ехали, пели песни, дискуссировали на разные темы – от темы о любви и дружбе до проблем раковых заболеваний и их излечения.

На 41-м нас довольно приветливо встретили, отвели отдельную комнату в общежитии. Довольно долго разговаривали о всяких разностях с местными рабочими, из них особенно запомнился один рыжебородый. «Борода», как его называют товарищи.

Огнев, старый знакомец, описанный Люсей Дубининой в личном дневнике.

Сварили дежурные обед, мы поели и теперь отдыхаем, разделились на 2 половины – часть пошла в соседнюю комнату смотреть кино, а другая часть сидит на рюкзаках, занимается кто чем. Рустик играет на мандолине и одновременно разговаривает с Колей, девчонки сидят переписывают песни, а я сейчас буду заниматься подгонкой снаряжения.

Кривонищенко

26.1.59 г. Не могу, хотя и пробовал.

Коля Тибо

27.1.59 г. Погода была хорошая, ветер должен был дуть в спину по пути. Ребята договорились, что до 2-го Северного довезет рюки лошадь.

От 41-го до него 24 км. Мы помогли дедушке Славе разгрузить воз сена и стали ждать лошадь (она ушла за сеном, дровами). Ждали до 4 часов.

Ребята занялись переписью песен. Один парень прекрасно пел. Услышали ряд запрещенных тюремных [8] . Огнев сказал Игорю, как найти избу, в которой можно заночевать. В 4 часа тронулись.

Предварительно купили 4 булки хлеба. Мягкий теплый хлеб. 2 штуки съели.

Лошадь идет медленно. Как приятно идти без рюкзаков.

Прошли за 2 часа 8 км. (речка Ушма).

Уже начало темнеть. Вся задержка из-за лошади. С нами едет Юра Юдин. Он неожиданно заболел и идти в поход не может. Там он решил для института набрать камней.

2-й Северный – это заброшенный геологический поселок из 20–25 домов. Один лишь пригоден для жилья. Поздно ночью, в сплошной темноте нашли поселок и только по проруби догадались, где изба. Загорел костер из досок. Задымила печь. Несколько человек проткнули гвоздями руки. Всё благополучно. Вот и подошла лошадь. А после ужина в горячо натопленной избе на кроватях бросались шутками до 3-х часов ночи.

Дорошенко

28 января. Утром разбудил всех бубнящий говор Юрки Кри и Сашки Колеватова. Погода нам пока улыбается, ибо –8 °С.

Позавтракав, часть ребят во главе с Юрой Юдиным, нашим известным геологом, пошла в кернохранилище, надеясь собрать какие-нибудь минералы для коллекции. Ничего, кроме пирита да прожилок кварца в породе, там не оказалось. Собирались долго: мазали лыжи, подгоняли крепления. Юрка Юдин сегодня уезжает обратно домой. Жаль, конечно, нам расставаться, особенно нам с Зиной, но ничего не поделаешь.