Мир Смерти и твари из преисподней - Гарри Гаррисон

Конечно, все получилось совсем не так, как он думал.

Когда тропинка вывела его к широкой дороге, послышался шум мотора из-за поворота, и Язон догадался, что это подъезжает к поселку тот самый экипаж, который он увидел еще из шлюпки. С высоты птичьего полета транспортное средство было похоже на кассилийский автобус для туристов, только двигалось оно очень медленно, карабкаясь вверх по серпантину скверной дороги. Возможно, в дороге и было все дело, теперь-то он разглядел вблизи это каменистое крошево. Странно однако! Ведь на северном континенте ультрасовременные покрытия автотрасс блестели, как зеркало.

«Ну, ладно, разберемся, – подумал Язон и затаился в кустах в ожидании чего-нибудь интересного.

Автобус, рассчитанный человек на двадцать, выглядел внешне весьма культурно, а внутрь не позволяли заглянуть затемненные стекла. Судя по запаху выхлопа ездили тут на обыкновенной солярке. Больше никакой полезной информации выудить из этой встречи не удалось. Когда же шум движка затих вдалеке, Язон поднялся и осторожно пошел по дороге следом за машиной, работающей на дизельном топливе. До первых построек было уже рукой подать. Домики выглядели не роскошными, но аккуратными, чистенькими. Вряд ли это были те самые бараки, в которых ночуют несчастные фруктовики, уж скорее здесь обитала стража.

«Что ж, поговорить с одним из охранников – это будет то, что надо для начала, – решил Язон. – Вот подойду прямо к первому дому наугад и постучусь. Если конечно, у них тут принято стучаться…»

До первого дома он не дошел.

Абсолютно пустая улица вдруг в одно мгновение заполнилась людьми. Они как будто сидели в придорожных кустах и специально ждали его. Нет, оружием никто не размахивал, да и оружие у них было вроде не огнестрельное – какие-то длинные гладкие палки висели на бедрах. И все же пришельца явно встречали солдаты – судя по одинаковой форменной одежде и военной выправке. Были они к тому же абсолютно лысыми, то есть истинными моналойцами, кожа темная, лоснящаяся и радостные улыбки от уха до уха. Язона обступили и заговорили все разом. Разбирать слова было трудно. А потому и отвечать он не торопился. Вслушавшись повнимательнее, наконец, понял. Солдаты выясняли между собой, кто он: фэдер или фруктовик.

Ничего себе вопросик! Пора развеять их сомнения. Однако объявить себя фэдером опасно – ведь он знать не знает местных правил поведения. Признать же в себе фруктовика – тем более убийственно: скрутят в один миг и отправят работать вместе со всеми. Выходит, надо говорить правду, ну, то есть почти правду:

– Братья!

Такое обращение Язон позаимствовал от фермеров. И здесь сразу понял, что ошибся.

– Люди! – подкорректировал он себя (это прозвучало еще глупее). – Я не фэдер, я друг фэдеров.

Он уже видел по их лицам, что так здесь не разговаривают, а значит, и ему не стоило. И с лихорадочной скоростью соображал, как же теперь поправить положение. Но вдруг всякая необходимость соображать отпала сама собою.

Кто-то сзади сильно ударил Язона палкой по голове, потом – для пущей эффективности – ткнул под ребра электрическим разрядником. От этого Язон вскрикнул, мгновенно очнулся, напряг все мышцы и автоматически принял боевую стойку. Нет, стрелять он не хотел, но – проклятая пиррянская привычка! – пистолет сам прыгнул в ладонь. В тот же миг новый, сокрушительный удар обрушился на голову Язона, и он окончательно потерял сознание.

Глава двенадцатая

Битва с монстрами полностью прекратилась ближе к вечеру, когда двойное моналойское солнце уже закатывалось за горизонт. Уцелевшие экземпляры чудовищ попрятались, лавовые потоки медленно густели и наконец застывали. Земля не дрожала больше. И суперботы вернулись на исходные места. В итоге со стороны пиррян не было потерь в живой силе и технике, лишь двое оказались легко травмированы. И вот тогда Мета первая заметила отсутствие Язона. Почти в тот же миг Керк не досчитался одной универсальной шлюпки.

Гипотезу о том, что Язон мог вместе со шлюпкой рухнуть в раскаленную лаву никто всерьез рассматривать не хотел. А Мета сказала грустно:

– Он просто удрал. Он говорил мне, что хочет попасть по ту сторону перевала.

– Он и другим это говорил, – буркнул Керк. – Только как он посмел?! Не посоветовавшись со мною! Вообще ни с кем!!

Керк закипал все сильнее и теперь начал размахивать пистолетом.

К счастью, Крумелура к этому моменту в пиррянском лагере уже не было. Он улетел получасом раньше, всвязи с неким важным сигналом из Томхета. Разумеется, хитрый и скрытный фэдер не удосужился объяснить, по какому именно поводу его вызывают. Информация с северного континента, очевидно, не входила в необходимый минимум того, что полагалось знать пиррянам для их работы. Но хоть одно представлялось удачным: как минимум, до утра они могли хранить втайне от местных сам факт исчезновения Язона. Это было весьма существенно для дальнейшего.

И тогда Мета сказала:

– Я полечу за ним. Прямо сейчас. И к утру обязательно найду. Таким образом, Крумелур даже не узнает, что Язон вообще куда-то улетал. Мы избегнем ненужного конфликта.

Арчи поразился хладнокровию Меты: ведь она рассуждала только о деле, ничуть не беспокоясь о судьбе любимого.

Конечно, все было не так на самом деле. В глубине души она ни на минуту не переставала ругать себя за то, что вообще выпустила мужа из поля зрения. Как она могла?! И теперь единственной целью Меты было как можно скорее разыскать и вернуть Язона – во что бы то ни стало. А дипломатически хитрое объяснение придумала она исключительно для Керка.

Но пиррянский ветеран не клюнул на эту уловку. Он все равно взревел, как раненый зверь:

– Нет уж! Никуда ты не полетишь! Пока еще здесь командую я! Язон всегда был себе на уме. Сам заварил кашу – сам пускай и выпутывается. А тебя я никуда не отпускаю, во всяком случае, до прибытия нашего подкрепления.

– Не так уж долго, кстати, осталось ждать, – включился в разговор Стэн, поддерживая Керка. – А сегодня у нас каждый человек на счету. И ты нужна нам здесь, Мета. А там… Мы же и не представляем себе, в какой переплет угодил Язон на этот раз. Почему он не выходит на связь? Чего добивается? Чего хотят от него аборигены? Что, если и ты пропадешь так же бесследно?!

– Я? – обиделась Мета. – Я пропаду?! Тогда полетели вместе, Стэн.

Керк просто побелел от возмущения, услыхав подобные речи. Никто никуда не полетит на ночь глядя. Вы что, не помните, как здесь быстро темнеет? Всем немедленно спать!

С последним приказом седовласый вождь явно погорячился. Ведь пирряне еще не ужинали. А поесть после такой битвы, конечно, хотелось, и даже очень. Однако побег Язона многим испортил аппетит. В удивительно мрачном молчании протекала вечерняя трапеза. Арчи одной рукой держал вилку, а другой непрерывно рисовал что-то на экране. Но даже Миди ему не помогала – сил уже не было. А Бруччо и вовсе решил все свои научные изыскания отложить до утра. Даже думать не хотел за едой о загадках злосчастной планеты Моналои – не то что говорить. Мета рассуждала вслух больше всех, приглашала и остальных к анализу прошедшего боя. На ее вопросы и предложения товарищи по оружию откликались вяло, но цель была достигнута: никто не заподозрил, что гордая пиррянка вынашивает собственные тайные планы.