Мир Смерти и твари из преисподней - Гарри Гаррисон

– Брось, Язон, Крумелур твой – обыкновенный подонок со способностями чуть выше среднего. Вот сам ты – это точно, феномен. Рассуждаешь очень интересно: совершенно восхитительный мальчик – это у тебя ерунда, а какие-то ничтожные бандиты, которых давно пора из головы вытряхнуть – феномены.

– Ты все шутишь Арчи, а я вот вспоминаю все время, как Бервик боялся три феномена в одном месте собрать. Нельзя говорил, уникальных флибустьеров и уникальный «Овен» на уникальную планету Пирр одновременно привозить. Но четвертый феномен – уникальный Язон динАльт – все эти неприятности нейтрализовал. Разве не так?

– Возможно, – задумался Арчи, – но полагаю, что на самом деле все гораздо сложнее. Бервик мыслил слишком примитивно. А помнишь, Старик Сус уверял тебя, что на Джемейке было собрано все зло в одном месте? И тоже самое рассказывал Солвиц про поверхность своего астероида. Моналои – это по-моему, третий по счету такой же эксперимент.

– А ты, Язон, – сказала вдруг Мета, – наоборот невольно притягиваешь к себе все доброе в этом мире. Как тебе такая гипотеза?

– Да нет, Мета, ты меня идеализируешь, – вздохнул Язон. – Гадости всякой ко мне тоже порядком прилипает. Скажи вот нам лучше, Арчи, что ты думаешь о кетчерах. Эти-то на кой ляд феномены у себя коллекционируют? Действительно, что ли, конец света приближают?

– Про кетчеров я тебе ничего не скажу, – ответил Арчи сурово, – про них я только еще начал думать.

– Ну, а про Фуруху?

– Что про Фуруху? – Арчи явно не понял.

– Да ты хоть видел, что творит этот моналоец?! Он уже разговаривает на пятнадцати языках, справочники наизусть шпарит, и самому Бруччо задает такие вопросы по биологии, что старик теряется.

– Пусть ко мне зайдет, – сказал Арчи. – Я не растеряюсь. Сам ему сам пару интересных вопросов задам.

– А ведь обязательно зайдет. Даже не сомневайся. Ты хоть понимаешь, что все это неспроста? Появление такого феномена.

Вошла Миди.

– Ой, ребята я только что от Виенки, она со своим Фуруху влезла по уши в компьютер – не оттащишь. Понимаете, людей-то она и раньше худо-бедно видела, своим внутренним зрением, а вот вся техника – это для нее сплошная новизна, полный восторг. Смотрит и никак не наглядится.

– Ну, не знаю, как на других людей, – улыбнулась Мета, – а на Фуруху она тоже смотрит подолгу.

– Два феномена, – пробурчал Язон. – Во семейка-то будет! Представляю себе, кто у них может родиться.

– Слушай, – сказала Миди, – что ты все ворчишь. У всех такое настроение хорошее, а ты все ходишь и ворчишь, как старик.

– А я и есть старик, – произнес Язон как-то слишком уж серьезно.

И обе девушки рассмеялись.

Тогда Язон смерил Миди долгим укоризненным взглядом и вдруг заметил:

– ЭЙ, Миди, да ты какая-то другая стала!

– Ну наконец-то! – рассмеялась Миди. – Вот у нас кто слепой – руководитель проекта Язон динАльт! Мы с Арчи еще на Пирре решили: пора. Теперь у нас будет маленький.

– Ну, положим, маленький у вас уже есть, – серьезно заметил Язон, кивнув в сторону макадрила.

И разноцветный пушистый Мальчик весело запрыгал, вмиг догадавшись, что речь идет о нем. Удивительно смышленый зверек!

– Да ладно тебе! – махнул рукою Арчи. – Между прочим, будет именно мальчик.

– Сколько месяцев? – спросил Язон.

– Уже четыре.

– Поздравляю, удачи вам.

– Рано поздравлять, чудак ты человек! – возмутился Арчи.

– А, перестань! Домой ведь летим. Теперь все нормально уже.

Потом Язон помолчал и добавил:

– Вот ты почему поседел, старина Арчи…

– Не знаю, – ответил юктисианец, потупившись. – Я вот думаю покраситься под цвет моего любимого зверька – карликового папегойского макадрила по имени Мальчик. Представляете, как это будет красиво?

Корабль на какую-то долю секунды ухнул в невесомость, потом ускорение резко возросло, снова уменьшилось. И так все чаще и чаще. Стандартный переход в джамп-режим через короткие знакопеременные перегрузки. У новичков это вызывает тошноту, а у бывалых – только легкое головокружение, почти эйфорию.

– С этими все ясно, Мета, – сказал Язон. – Они теперь будут волосы красить, дурацкие прозвища друг другу придумывать, песенки петь. А потом родится новый человечек, и они окончательно поглупеют. Пойдем-ка лучше к обзорному экрану. Не хочешь?

– Пошли, – согласилась Мета.

И она, вдруг тоже загрустив, произнесла:

– У Миди будет ребенок.

– Ну и что? – не понял Язон.

Потом, кажется, сообразил и добавил:

– Извини. Ты вспомнила о погибшем сыне?

– И о нем тоже. Но я почти не помню этого мальчишку. А вот второй… Он пропал куда-то. У нас было не принято интересоваться судьбами своих детей. Но теперь-то все по-другому. И я очень хочу разыскать его.

– Обязательно разыщем, – пообещал Язон. – Как только прилетим, сразу этим и займемся.

Он говорил абсолютно искренне. Он больше не хотел думать ни о каких чужих проблемах – только о своих собственных. В конце концов, может быть у Язона динАльта простое человеческое семейное счастье? Может или нет? А от мыслей о всяких феноменах и Солвицах его уже тошнило.

Хотя он прекрасно знал, что уже очень скоро все равно вернется к разгадыванию всех этих тайн. И опять улетит куда-нибудь далеко-далеко. Ну и ладно! Это будет позже.

А мальчишку обязательно надо разыскать.

– Как его зовут? – спросил он Мету.

– Джонни, – ответила она.

Потом улыбнулась и крепко обняла своего такого замечательного мужа.

Берлин – Москва, март-июнь 1998 г.

Примечания

1

Это мы попасть в орбиту вокруг Пирра? (искаж. швед.)

2

Oradd – бесстрашный, oratt – неправильный (швед.)

3

Kunglig brorson – королевский племянник (швед.)

4

На, вот тебе тысяча лир на мороженое! (итал.)

5

Gammal papperrot – старый хрен (швед.)

6

Trampa, trama, falla – слово «ловушка» на испанском, итальянском и шведском языках.