Наоми - Нана Блик

– Что, чёрт возьми, тут происходит? – не сдерживая больше себя, я закричала как фурия, – что же ты делаешь?

– Я не могу сейчас тебе объяснить, но мне нужны силы, – Лорд тяжело дышал и еле стоял на ногах, – поэтому я чуть-чуть тебе наврежу, но это будет не слишком опасно, ну, или не сильно для тебя значимо.

– О чём ты, Лорд, я не?.. – я даже не успела договорить свою фразу и хоть как-то при этом ему возразить, как боль в моём теле просто сваливает меня с ног, лишая обычного дара речи. Того, что будет со мной происходить в ближайшие десять минут, я даже представить себе не могла, но в большей степени я была шокирована тем, что всё это исходило от самого Лорда.

Прямо из того места спины, где располагалась глубокая рана от свежего ещё не до конца затянувшегося пореза куском зеркала, начал расти какой-то странный отросток, напоминающий больше хвост скорпиона. Длинный, гибкий и с ядовитой головкой на самом конце, он покачивался за моей спиною из стороны в сторону, но как только я пыталась к нему прикоснуться своей запрокинутой назад рукою, он, мгновенно реагируя на мои действия, выпускал двадцати сантиметровый острый и твёрдый как сталь костный шип. Но самым удивительным и непостижимым из всего этого было то, что весь отросток длиною больше двух метров мог спокойно исчезать, погружаясь обратно в мою уже нехрупкую девичью спину.

– Не будем больше терять ни минуты на всякие там вопросы-расспросы, – Лорд подхватил меня на руки и, не дав даже посмотреть на форму ручки седьмой дубовой двери, открыл её сам, выбрасывая меня, точнее сказать, моё тело в неизвестную пропасть.

Гнев и злость бурлили в моей истощённой душе и моём измученном сердце, просто разрывая их изнутри. Как только Лорд мог так со мной поступить, ведь я прошла предыдущее испытание, а он взял и искалечил меня, да ещё таким образом. Хорошо хоть время на появление в среде новой для меня обстановке всё уменьшалось и уменьшалось, и злость быстро заменилась на страх перед неизведанным, ведь препятствия с каждым разом обрастали всё большей непредсказуемостью и, как ни странно, становились для меня от погружения к погружению всё непреодолимее, но в этом, наверное, и кроется вся сложность этого испытания, Лорд, как ни крути, малый-то изобретательный, но, я думаю, что не всё здесь зависит только лишь от него.

Резко открываю глаза, инстинктивно осматривая себя и место, в котором на этот раз очутилась. Белые стены и холодное освещение заставляют мурашки энергично бегать по моему молодому девичьему телу. Специфический запах и приглушённая атмосфера заставляют меня немного съёжиться на холодном металлическом стуле, но уходить почему-то отсюда я даже не пробую и не пытаюсь, словно именно такая среда мне для чего-то была абсолютно необходима или я к ней стремилась уже довольно давно, что, в общем-то, и несильно для меня отличалось.

– Мисс Робертсон, главный врач готов вас принять. – Произносит девушка в округлых толстых очках, слегка привставая из-за стола, видимо, для того, чтобы лучше суметь меня разглядеть, а затем, удостоверившись в том, что я до сих пор ещё не ушла, произносит уже менее официально. – Пройдите прямо по коридору до лестницы, дальше поднимитесь на второй этаж и повернёте направо. Первая к лестнице дверь и будет той, которая вам нужна.

Пока я медленно шагала по коридору, звонко выстукивая маленьким, недавно подбитым каблучком о бетонную поверхность неидеально гладкого пола, цель моего здесь появления стала приобретать в моих затуманенных отголосками знаний глазах прозрачный оттенок, чётко прорисовываясь в уголках моей обновлённой и модифицированной памяти. Оказывается, я пришла сюда для того, чтобы устроиться на работу. «Медсестра лечебного отделения психиатрического стационара» – именно так значилось в слегка смятом, но подписанном мной заявлении. Мне двадцать пять лет, но выгляжу я намного старше своего возраста. Крутые повороты и пороги реки под названием «жизнь» чётко пропечатались на моём девичьем личике, придавая ему некую статность при отсутствии возрастных вех в виде морщин. С успехом окончив в прошлом году медицинское училище по курсу психиатрия, я, подтвердив окончательно свой правильный выбор профессии, решаю сразу же поступать в университет по этому же направлению, а чтобы зря не терять времени, перевожусь на заочное отделение и устраиваюсь на работу, чтобы по окончании университета иметь за спиной неплохой профессиональный опыт и стаж. Умная и целеустремлённая девочка, знающая что и где брать от жизни, всегда чётко и упорно шла по намеченной ею же дороге, не смея с неё не то, что сворачивать, обычная остановка была для неё нежелательна или, лучше сказать, недопустима. Что ж, так уж меня воспитали или, возможно, с такой установкой я изначально появилась на свет, чтобы бороться с судьбой чуть ли не с первых дней своей жизни.

Быстро достигнув своей крохотной цели в виде кабинетной двери главврача, я, тихонечко стукнув в неё, с кислой улыбкой на симпатичном, мечтающем о любви и заботе лице захожу в кабинет. Главный врач – суровый мужчина лет сорока с воодушевлением принял меня, обещая, что если мы сойдёмся характерами, именно с такой формулировкой он пожал мою руку, то он будет курировать мой диплом и всячески меня продвигать. Я, конечно, ничего не поняла из его слов, но любезно кивала ему головой: кто же будет спорить с начальством тем более, когда оно ещё не совсем стало твоим. Согласившись со всем, что излагал мне в ближайшие тридцать минут главврач, я наконец-то получила заветную подпись в листке о приёме на первую в своей жизни работу и вся исполненная радости приступила к непосредственному знакомству со своим отделением и с людьми, которые уже с завтрашнего дня будут моей рабочей семьёй.

Лечебное отделение психиатрической больницы было переполнено пациентами, что говорить, время сейчас нелёгкое, и у многих нервы стали ни к чёрту. «Чем хуже жизнь, тем больше у нас работы!» – поделилась мыслями со мной одна из моих будущих коллег. Я, конечно, в глубине души с ней согласилась, но радости такой, как исходила при этом от неё, уж точно не испытывала. Для меня важен был сам процесс по восстановлению, возвращению душевно травмированных людей к обычной человеческой жизни. Работать для того, чтобы избавить людей от пелены нереальности или хотя бы помочь им подстроиться под течение жизни так, чтобы они могли плыть хоть и медленно, но против течения, сопротивляясь потокам и ударам жизненных судьбоносных вод, – вот, что для меня является основным и единственно верным!

Я где-то за час успела познакомиться с заведующей отделением, старшей сестрой и санитарами, увидела сестринскую и пост и уже готова была покинуть это заведение в приподнятом настроении, но неожиданная встреча слегка подпортила моё первое впечатление и ощущение идеального настроя на рабочую деятельность. В тот момент, когда я воодушевлённо плыла по коридору с целью покинуть этот рассадник безумия, меня неожиданно схватила за руку какая-то женщина. Растрёпанные волосы и грязные обгрызенные ногти моментально дали понять мне, что это одна из пациенток, проходящих здесь длительное лечение.