Коммутация - Леонид Каганов

Гек повернулся спиной к морю и быстро пошёл вперёд. Идти было тяжело, нестерпимо палило солнце и не было ни малейшего ветерка. Песок расползался под ногами.

Интересно, а остальные моря? Тихий океан? Гек вспомнил маслянистую жижу, переливающуюся под пальцами внутри грелки. И точно такую же маслянистую жижу Мёртвого моря. И покачал головой в такт своим шагам. Ведь не случайно оно Мёртвое, – думал Гек, – Ох, не случайно… Здесь должна быть какая-то взаимосвязь. Или не должна быть? Он помотал головой, стряхивая в песок капли пота и прикрыл ладонями затылок. Затылок был раскалённый. Гек ускорил шаги. Допустим грелка. Огромная грелка на теле планеты. Пройдёт несколько месяцев… Или даже пара лет. Мёртвое море скоммутируется полностью и начнётся ад… Интересно, кому это было выгодно? Гек зажмурился и перед глазами появились фигуры арабских террористов. Их лиц Гек, как ни старался вспомнить, вспомнить не смог. Они же все были смертники. Они знали на что шли и им не жалко было погибать за это. За что? Зачем?

– Зачем? – спросил Гек, приподнимая край парашютной ткани.

Под тканью лежал Глеб, прячась от солнца. Он лежал в полузабытьи, с закатившимися глазами на белом лице. Гек потряс его за плечо.

– Дай воды… – прошептал Глеб.

– Вставай. – сказал Гек.

Глеб пришёл в себя и тут же сел, но застонал и повалился обратно на песок.

– Вставай. – сказал Гек. – Надо уходить.

– Ты не смог… – сказал Глеб даже не вопросительно, а утвердительно и посмотрел в глаза Геку.

Гек опустил глаза.

– Не переживай! – раздался неожиданно бодрый голос Глеба, – Ну скоммутировалось – и хрен с ним в конце-то концов! Может это и лучше.

– Чем лучше? – удивился Гек.

– Ясностью. – сказал Глеб. – Это намного лучше чем годами жить в ожидании что вот-вот и долбанёт. Не уследят, не успеют – и кирдык. Лучше уж сразу.

Гек вынул носовой платок и расправил его у себя на голове.

– По твоей логике тогда и помереть лучше сразу. – буркнул он. – Чего всю жизнь ждать? Давай руку. Попробуй подняться!

– Не скажи, не скажи! – возразил Глеб, – Жизнь только начинается! А помереть – не думаю что от коммутации кто-нибудь помрёт. Зато эвакуация шумная будет… На полмира. Ой, йооо…

Глеб снова сел на песок, прикусив губу. На его глаза навернулись крупные слёзы. Он полез в карман, достал платок и вытер лицо. Затем по примеру Гека положил платок на голову. Гек сел рядом на корточки.

– Мобильник мой разбился. – пожаловался Глеб. – Вусмерть. А то бы мы сейчас…

– Залезай на спину. – сказал Гек.

– Ты меня не унесёшь. – покачал головой Глеб, – Иди лучше вызови людей. А я здесь подожду.

– Изжаришься. – сказал Гек.

– А если сюда уже едут спасатели?

– А если не едут? А если едут – найдут по следам. Лезь на спину и никаких разговоров. Это приказ.

Глеб вздохнул и уцепился за шею Гека. Гек с трудом поднялся, покачнулся, но не упал, а пошёл вперёд, вглубь, от моря.

– Куда мы идём? – спросил Глеб за ухом.

– Не знаю. – сказал Гек, не останавливаясь, – Поправь там платок у меня на голове, что-то совсем припекло.

– Припекло ему… – сказал Глеб, – Вот погоди теперь, вот недельки через две…

– Прекрати. – оборвал Гек. – Скажи, где мы и куда идти?

– Откуда ж я знаю?

– Это разве не твоя историческая родина?

– Хорошо если моя.

– Ну не моя же?

– Видишь ли… Одно побережье Мёртвого моря – это Израиль. Другое – Иордания. Если нас найдут Иорданцы… скажем, патрульные бедуины королевской гвардии…

– То?

– То зарежут на месте обоих.

– Почему обоих? – удивился Гек. – Я вот, например, не еврей.

– При чём тут… – поморщился Глеб. – Иорданцы – наши хорошие соседи.

– А почему хорошие соседи зарежут?

– За то, что коммутацию устроил.

– Я??

– Арабский знаешь? Попробуешь им объяснить что не ты. Король Иордании повелел… как это в его указе…

– Рукой шею не дави, да?

– Извини. В общем что-то в том духе, что надо забыть слово «жалость» когда Родина в опасности. Поэтому любой, кого можно подозревать в террористическом замысле, должен предстать перед очами Аллаха, и Аллах рассудит – виновен он был при жизни или нет. Что-то типа того. Ты готов предстать перед очами Аллаха?

– Что-то ты слишком бодр. – недоверчиво сказал Гек.

– Ты предлагаешь идти и плакать? Взбодрись, всё самое страшное уже случилось. Ну зарежут. Зато Аллах тебя в обиду не даст!

– Я надеюсь что мы в Израиле. – сказал Гек. – Предлагаю это выяснить. Давай остановимся и попробуем сориентироваться по сторонам света.

– Солнце в зените. – сказал Глеб. – Твои предложения?

– Воткнуть палку и посмотреть через некоторое время как тень…

– Мы тогда пойдём в другую сторону или зароемся в песок? – спросил Глеб.

– Ты прав. – кивнул Гек, – Какая разница? Надо идти, а то изжаримся раньше.

Некоторое время они шли молча.

– Стоп. Отдых. – Гек опустился на одно колено и Глеб сполз с его спины.

– В принципе вдоль любого побережья должна идти автомагистраль. – сказал Глеб. – И иорданцы люди не дикие, хоть и горячие. Сразу могут и не зарезать. Может даже сделают тебя национальным героем и сложат песню. «Боец, который не добежал.»

– Я никогда не промахивался из пистолета с такого расстояния. – тихо сказал Гек, растирая шею.

– Я тоже сегодня на парашюте пару раз из него промахнулся. И не жалею.

– Один раз ты почти попал. – вспомнил Гек. – Я даже удивился. Залезай, пошли дальше.

Глеб залез Геку на спину и они снова пошли вперёд. Вскоре Гек нарушил молчание.

– Расскажи что-нибудь. – попросил он.

– А что рассказать?

– Что-нибудь. Мне говорить тяжело, а тебе нормально. Расскажи как всё было и кому это нужно.

– Ну с чего началось, я тебе не скажу, не знаю. – заговорил Глеб, – Но однажды нас, ну в смысле университетских, вызвало большое военное начальство, вручило детонатор и под строгим секретом поставило задачу – разработать способ обнаружения такой штуки. Это было… Месяца два назад. Откуда они взяли детонатор – не знаю.

– А как устроен детонатор?

– Вот чего не знаю – того не знаю. Меня к нему и пускали-то с трудом, а уж разобрать и посмотреть что внутри – немыслимо. В лаборатории поселились трое спец охранников из местных сабр и постоянно нас пасли. Ну ты знаешь местных сабр – не поймёшь евреи или арабы, рожи – во, культура тоже, знаешь ли… Короче неприятно и непонятно почему такая суета. Затем у нас прошёл слух что этой штукой можно скоммутировать Мёртвое море. Затем… Затем я построил первый образец сканера. Он работал только если поднести вплотную. Но его сразу пустили в производство и оснастили им все таможни, все подходы к Мёртвому морю, в Иорданию отправили тоже этих приборов вагона два. Ну вот вроде и всё. Потом закрутилось, меня побрили, налепили эти пейсы зачем-то, стали возить туда-сюда со спецслужбами… Домой последний месяц вообще попасть не удалось, с женой только по телефону…

– Ты женат? – удивился Гек.

– Давно уже. На пятом курсе. Сыну шесть лет. А ты?

– Я нет.

– Но любимая-то есть?

Гек ответил не сразу.

– Ну в общем… Сложно там всё.

– Есть! – радостно сказал Глеб, – Как звать-то?

– Она удивительная. – сказал Гек. – Если бы ещё не вела себя будто наркоманка…

– Будто или наркоманка?

– Будто. – ответил Гек, подумав.

– Ну и отлично. – сказал Глеб, – Наркотики дело гиблое. Я, знаешь, тоже когда-то баловался всякой ерундой…

– Ты?? – Гек удивлённо повернул голову и скосил глаза, но лица Глеба не увидел.

– Не героин конечно, я же не идиот. По мелочам. Травку покурить, ЛСД попробовать.

– И как?

– Ай… – хоть лица Глеба не было видно, но Гек понял по интонации что тот поморщился, – Три месяца в психушке это нормально, да?

– Три месяца?!! После ЛСД?

– Нет, – неуверенно сказал Глеб, – Что-то другое мы тогда попробовали. ДЫМ, ДОТ, ДОМ… Или ДУБ? Не помню. Тоже психоделик какой-то синтетический. Может у меня была передозировка, а может просто такая реакция организма. Три месяца. – Глеб угрюмо помолчал, – Погоди, но мы же о чём-то другом говорили, да?

– Коммутация.

– Ага, коммутация. – оживился Глеб, – Ты молчи, слушай дальше. Короче я стал сотрудником Моссада. Говорю это не без гордости, помнишь как я любил фильмы про шпионов? Ну и за это время я немного разобрался в политической ситуации. Физика такая – после коммутации жить в Израиле станет невозможно. В Москве вы этого может и не заметите. Почти. А у нас даже на другом конце, в Тель-Авиве, на берегу Средиземного плюс 150 в тени – ты ж понимаешь что это такое… То же самое и с Иорданией. Ну заодно Египту, Ливану, Сирии – короче всем понемногу достанется по самое-самое. Поэтому если тебе в Москве говорили что арабские террористы готовят акцию против Израиля…

– Такого не говорили. Хотя… Нет, не в такой формулировке.

– Ну вот, а в Израиле именно в такой формулировке всех оповещали.