Коммутация - Леонид Каганов

Соседи Гека, два плечистых хасида, повели себя иначе. Пару секунд они ошеломлённо сидели, затем как по команде вскочили и бросились к террористам. Салон снова наполнился грохотом и пороховой гарью. Над головой засвистели пули. Гек пригнул голову, мысленно сосчитал до десяти, открыл глаза и глянул назад. Один хасид лежал совсем рядом в проходе. Он явно был мёртв. Гек окончательно перестал понимать смысл происходящего. Ну да, конечно, – подумал он, снова закрывая глаза спокойно и отрешённо, – у них же не могло быть при себе оружия. Кто бы пустил в Москву вооружённых представителей чужих разведслужб? На что они надеялись когда бросились с голыми руками под пули? Или ни на что не надеялись, а просто жест отчаяния? Работник спецслужбы не имеет права рисковать жизнью пассажиров. Или здесь уже ничьи жизни на карту не ставятся? Гек поёжился, ему вдруг представилось что весь мир вокруг – это смертники, сидящие в одной вселенской камере и ждущие своего часа. В любом случае, – думал он, – я не должен вмешиваться. Во-первых, я не понимаю что происходит и что мне делать. Во-вторых, Гриценко мне запретил действовать и вмешиваться. Это даже не во-вторых, а во-первых… А, в-третьих, что бы я не сделал, опять всё пойдёт неправильно и будет ещё хуже. В-четвёртых, что я вообще могу сделать? Ничего. Гек прислушался – вокруг было подозрительно тихо, только ползли по рядам испуганные шорохи. Гек медленно открыл глаза, повернул голову и сфокусировал взгляд на дальнем конце салона. Один из арабов лежал на ковре в неестественной позе с вывернутой головой. Мёртв, – определил Гек. Рядом с ним в луже крови лежал второй хасид, его руки с мощными растопыренными пальцами были нелепо вытянуты вперёд, он и после смерти пытался кого-то задушить. Да, – с уважением подумал Гек, – это был настоящий профессионал. Всё-таки он успел добежать и уничтожить хотя бы одного…

Второй араб был жив. Он сосредоточенно возился у стены, прилаживая какое-то устройство, но не выпуская пистолета из рук. Затем он отскочил в сторону и послышался приглушённый хлопок. В стене появилась солидная дыра. По салону пошёл ураган. Араб пригнулся и прыгнул в дыру.

– А-а-а-а-а!!!!! – вдруг заорал молодой хасид над самым ухом Гека, и в этом крике было столько безумия и боли, что он показался Геку страшнее выстрелов.

Хасид бросился к убитому арабу, сорвал с него рюкзак, нацепил себе на плечи, выхватил из мёртвой руки пистолет и бросился к дырке.

Гек неожиданно для самого себя вскочил, в один миг оказался в дальнем конце салона и в последний миг схватил хасида за ногу. Воздух снаружи дёрнул хасида и Гека тоже вынесло из салона. Он вдруг обнаружил что висит в воздухе в полном одиночестве, сжимая в руке пустой ботинок.

Ну вот и конец, – подумал Гек и сам удивился своему спокойствию. Ветер перевернул Гека несколько раз и потащил вниз. Справа, слева и внизу колыхалась серая пелена облаков, а сверху палил ослепительный солнечный диск. Гек выпустил из руки ботинок и тот поплыл рядом. Гек развёл ноги и руки в стороны и лёг на воздушную струю, бьющую снизу. Ботинок медленно поплыл вниз. Вспомнилось, что когда-то, давным-давно, один лётчик упал с высоты в несколько километров на отвесный снежный склон и остался жив. Только лопнул мочевой пузырь. Гек попытался понять зачем он кинулся к дырке. Хотел задержать хасида? Зачем его задерживать если непонятно что происходит? Даже не совсем понятно где свои, а где враги. Или это просто сработал стадный рефлекс? Как в большом зале, где стоит лишь одному человеку кашлянуть, и прокатывается общая волна покхекиваний… Почему тогда Гек не вскочил ещё раньше, когда повскакивали со своих мест хасиды-боевики? Внизу мельтешила беспросветная пелена.

– Стоп! Я так не играю! – хотел крикнуть Гек, но ветер забился в рот и Гек захлебнулся фразой.

Он закрыл рот и подумал о Нюке. Затем подумал о Гриценко. Затем вспомнились родители. Облака внизу на миг разорвались и красными барханами мелькнула далёкая пустыня. Снежного склона конечно тут быть не могло. Пелена облаков сомкнулась.

Вдруг из неё вынырнул навстречу Геку громадный оранжевый мяч. Гек ещё не успел понять что произошло, но тело уже изогнулось и рванулось вбок, к мячу, загребая руками, словно Гек плыл брасом. Руки вцепились мёртвой хваткой в этот гигантский мяч, но поймали лишь пустоту. Эта пустота рванулась в руках и забилась в конвульсиях. Гека тряхнуло так, что он на миг потерял ориентацию, а когда пришёл в себя, понял, что висит, вцепившись в край нелепо изогнувшегося парашютного купола. Далеко внизу на пучке строп болтался молодой хасид и кажется что-то кричал.

Шелковистая невесомая материя норовила выскользнуть из рук, Гек ухватился поудобнее и намотал её на руку вместе с ближайшей стропой. Он глянул вниз – хасид судорожно извивался, пытаясь рукой дотянуться до кармана штанов. Вскоре ему это удалось и у него в руке появился маленький пистолет араба.

– Умри, сука! – заорал хасид и прицелился в Гека.

Гек внимательно смотрел на его палец, лежащий на спусковом крючке. Как только палец качнулся, Гек молниеносно дёрнулся в сторону, потянув стропу. Парашют качнулся. Звук выстрела унёсся верх, хасид промазал.

– Ну давай, давай! – крикнул Гек, – Попробуй ещё разок. С пистолетом на безоружного, да?

Хасид стиснул зубы и прицелился снова.

– Умри, сука! – крикнул он, но уже не так уверенно.

Гек опять резко изогнулся в пространстве, отклоняя тело и дёргая стропу. Парашют колыхнулся. Пистолет дёрнулся в руке хасида и снова тот промазал, хотя пуля чиркнула где-то совсем близко от уха Гека. Этого Гек не ожидал – он полагал что полностью уклонился из зоны обстрела. Если у них такая сильная подготовка…

– Давай третью попытку! – крикнул Гек, прикидывая, не спуститься ли резко по стропе к хасиду, отобрав оружие. Пожалуй это было слишком опасно.

– Третья станет для тебя последней! – объявил хасид, начиная снова целиться.

– И для тебя! – крикнул Гек, – У тебя последний патрон!

– Что?! – закричал хасид и опустил пистолет, – Громче, не слышно!

– Последний патрон!! – заорал Гек.

– Почему последний?! – растерянно крикнул хасид.

Вместо ответа Гек плюнул на него сверху, но ветер подхватил плевок и унёс вверх. На лицо Геку упали крохотные брызги. Пришлось отвечать.

– Пистолет шестизарядный! – крикнул Гек, – Один заряд в потолок салона, два в твоих спутников, два только что! Остался последний! Давай, стреляй!

Хасид опустил пистолет и посмотрел вниз. Внизу расстилалась пустыня, а на горизонте блестело море. Хасид оглянулся. Гек тоже оглянулся. Далеко-далеко в воздухе висела оранжевая точка – парашют араба. Хасид невнятно выругался и попробовал подёргать стропу, за которую держался Гек, но не дотянулся.

– Для чего ты меня хочешь убить? – крикнул Гек.

– Сам знаешь, подонок! – заорал в ответ хасид.

– Я не террорист! – крикнул Гек, – Я работник русской спецслужбы по борьбе с террористами!

– Ага! – крикнул хасид, – А детонатор в Эфиопию кто привёз? Пушкин?

– Он у меня оказался случайно! – крикнул Гек, – В ходе следственных мероприятий! Вы же связывались с Москвой!

– Это эфиопы связывались! – крикнул хасид, – И вообще Москва далеко! У неё свои игры и свои интересы! Может русским нужна коммутация! Может вы всё врёте!

– Какая коммутация?! – крикнул Гек.

– Э-ко-ло-ги-чес-кий удар! – по слогам выкрикнул хасид. – Коммутация!

– Откуда взялось это слово?! – крикнул Гек.

– Да какая разница! Из вашей Москвы взялось! Генералы ваши так стали называть, вот и прижилось!

Гек помолчал.

– Ты специально залез в шасси чтобы отвлечь внимание?! – крикнул хасид.

– Чьё внимание?! – крикнул Гек почти с отчаянием.

– Спецслужб! Москва сообщила что в Эфиопию летит гонец с детонатором! Мы собрали группу перехвата! Меня перекинули военным истребителем из Иерусалима в Аддис-Абебу! Я сам просмотрел самолёт и увидел детонатор в коробке над шасси! А их оказывается два летело! А второй пассажир спокойно улизнул!! А я второй не увидел!! Не увидел! А он был! Был!! – казалось хасид на грани истерики.

– Ты спецназовец или экстрасенс? – крикнул Гек.

– Идиот!! – заорал хасид, – Я техник! Научный сотрудник! Преподаватель в университете! Я разработал сканер для поиска детонаторов! Мы сейчас везли в Москву груз аппаратуры! Фак! Шит!

Гек вдруг понял, что всё время до этого они разговаривали на русском языке.

– Ты знаешь русский язык? – крикнул Гек. – Эй, отвечай!

Для убедительности Гек дёрнул за стропу. Парашют снова качнуло, ветер прошёлся кругом под куполом. Хасида закрутило в воздушном вихре и с его головы сорвался парик с пейсами. Хасид оказался стриженным наголо.

– Я в России родился. – крикнул бритоголовый. – Из Москвы я.

– И я из Москвы! – обрадовался Гек. – Хрен ли ты в меня стрелял, земляк?

– Я террористу не земляк! – крикнул бритоголовый, – Ты зачем меня за ногу схватил? Зачем ботинок сорвал?