Меч Чёрного Рыцаря - Майкл Бакли

Сабрина ахнула, а Бармаглот шагнул к постели спавшей Дафны.

— Нет! Ни за что! — крикнула Сабрина, и в следующий миг ослепительная вспышка молнии ударила в окно.

Молния попала Бармаглоту в спину, и он рухнул на колени.

— Стой! — воскликнула Красная Шапочка. — Ты же убьешь мою киску!

Но Сабрина и слышать ничего не хотела. Едва она выскочила из кровати, как следующий удар молнии поразил распластавшееся на полу чудовище. Бармаглот дико взревел. Еще десяток молний вонзились в его тушу. Он визжал каждый раз, когда ослепительный луч обжигал его. Сабрине казалось, что он просит ее о пощаде, но была глуха к его стонам. Она желала одного: чтобы этот монстр сдох. И вот он дернулся, будто задохнулся, и затих.

Красная Шапочка бросилась к телу Бармаглота и выкрикнула в отчаянии:

— Ты убила ее!

Сабрина победно улыбнулась. Она подошла поближе, чтобы насладиться своим триумфом, но, к своему изумлению, никакого чудовища не увидела. На полу лежала не огромная тлеющая туша Бармаглота, а… юная светловолосая девушка. Сабрина, потрясенная до глубины души, опустилась на колени, чтобы разглядеть ее лицо. Когда же она отвела в сторону ее пышные волосы, то чуть не задохнулась от удивления.

— Это же я!

Она повернулась к зеркалу, висевшему над ее ночным столиком, и едва не закричала, увидев свое отражение. Вместо ног у нее теперь были громадные корявые лапы с острыми когтями. Ничего не понимая, она разглядывала их и вдруг заметила, что сзади дернулся длинный, как у здоровенной ящерицы, хвост. Он бесконтрольно раскачивался в разные стороны и разбил в щепки ночной столик и комод. Руки ее превратились в груду мышц, покрытых чешуей, а вместо пальцев выросли острые, как кинжал, когти. Сабрина закричала, зовя на помощь, но никто так и не пришел. Она стала чудовищем, и никто не мог ей ничем помочь.

— Тебя же предупреждали, — сказала Красная Шапочка и, захохотав жутким, безумным смехом, надела на шею Сабрине огромный ошейник. — Пошли со мной, киска, сейчас поиграем…

— Сабрина! — раздался чей-то голос.

Она почувствовала, как кто-то мягко трясет ее за плечо. Приглядевшись, Сабрина увидела озабоченное лицо бабушки Рельды.

— Тебе приснился страшный сон, — сказала бабушка.

Сабрина оглядела свои руки и ноги — всё как обычно. Выходит, это и правда очередной ночной кошмар, один из тех, что мучили ее в последнее время.

— Ну что, пришла в себя? — спросила бабушка. Сабрина кивнула.

- Оделась бы потеплее, что ли, — посоветовала бабушка. — Да, мы с твоим дядей выяснили, кто такая эта карга холмов.

— Здорово! А где дядя Джейк? — спросила Сабрина, вставая с постели.

— Он внизу, налил себе немного выпить, — усмехнулась бабушка.

— Выпить? Это еще зачем?

— Видно, чтобы нервы успокоить. Ему не терпится поскорее заполучить последнюю часть меча.

— Ничего не понимаю, — сказала Сабрина. — Так у кого же она?

— У ведьмы, — сказала бабушка. — У той, которую Бабой-ягой зовут.

9

Про Бабу-ягу Сабрина слышала немало, а читала, пожалуй, еще больше, и всё, что про эту ведьму было известно, отнюдь не радовало. Баба-яга прожила уже не одну тысячу лет, и про нее поговаривали, что порой она не прочь отведать человечинки. В дневниках семейства Гримм про Бабу-ягу было написано такое, что сердце Сабрины замирало от ужаса. Там рассказывалось про избушку на курьих ножках, про двор, огороженный забором из обглоданных костей, на который были насажены человеческие черепа. Сабрине казалось странным, что Гриммы выбрали себе в союзники Бабу-ягу и время от времени обращались к ней за помощью.

Именно Баба-яга установила невидимый Барьер вокруг Феррипорта, который удерживал вечножителей в городе и не давал им воевать с людьми из окружающих селений. Но, как верно заметила бабушка Рельда, ничто не дается даром. За свою услугу Баба-яга потребовала от Гриммов плату — их свободу. Пока существует Барьер, хотя бы один из членов семьи должен постоянно жить в городе.

— Она правда ест людей? — прошептала Дафна, обращаясь к Сабрине, пока они тряслись на заднем сиденье машины — вместе с дядей Джейком они отправились к Бабе-яге.

Дафна обнимала Эльвиса с таким видом, будто дог был спасательным кругом в бурных волнах океана жизни.

— Так говорят, — кивнула Сабрина.

— Фу, какая гадость! — сказала Дафна, еще крепче обнимая дога. — Эльвис, ты ведь никому не позволишь меня съесть?

Эльвис заскулил, но быстро переключился на бумажный пакет, который бабушка Рельда, оставшаяся дома с больным Паком, дала им с собой. В пакете, сказала она, всё необходимое, чтобы добраться до жилища ведьмы.

Дядя Джейк молчал. Бледный, он внимательно вглядывался в дорогу, которая змеилась вокруг горы Таурус. Девочки пытались выспросить у него про Бабу-ягу побольше, он ведь, в конце концов, уже сталкивался с ней, но дядя Джейк словно отключился от этого мира, и мысли его были где-то далеко-далеко. Сабрина сунула руку в карман и нащупала волшебную палочку Мерлина. По жилам тут же пробежал электрический заряд, и она перестала нервничать.

«Всё будет в порядке. А если нет, старая карга еще пожалеет».

Неожиданно дядя Джейк съехал на обочину.

— Почему мы остановились? — спросила Сабрина, разглядывая густой, заснеженный лес за окном.

Деревья, выходившие к самой дороге, казались черными в свете утреннего солнца, как будто кто-то высосал из них все жизненные соки.

— Мы уже приехали, — сказал дядя Джейк и, нервно хрустнув пальцами, тоже поглядел на обступивший их лес.

— Куда приехали? — уставившись в окно, спросила Дафна.

Дядя Джейк будто не слышал ее вопроса.

— Вы обе остаетесь в машине, — сказал он. — А я — мигом. Туда — и сразу обратно.

— Что-о? — вскричали девочки.

— Я скоро вернусь.

— Еще чего! — воскликнула Сабрина. — Мы пойдем с тобой.

— Это слишком опасно, — сказал дядя Джейк. — Поверьте, если бы в этом не было необходимости, я бы ни за что к ней не пошел. В прошлый раз, когда я случайно нарвался на Бабу-ягу, она предупредила, что сдерет с меня кожу и приготовит из моего мяса жаркое. В общем, советую подождать меня здесь.

— Я не верю своим ушам! — возмутилась Сабрина. — Ты что, считаешь нас детьми неразумными?

— Сабрина, но мы же и правда дети, — начала было Дафна, но Сабрина только рукой махнула.

— Разве мы не попадали в переделки? Что нам Баба-яга? Мы великана убили. Мы Румпельштильцхена остановили. Да что там! Всего несколько часов назад я вас обоих спасла от Омара Свирепого размером с бабушкин дом. Нет, мы пойдем с тобой!

Сабрина открыла дверцу и вылезла из машины.

— Не отставай! — обернулась она к сестре.

— Ну и ладно, — проворчала малышка. — Только, если из нас сделают жаркое, я всё бабушке расскажу! — И она тоже вылезла из машины, таща Эльвиса за поводок.

— Только, чур, держаться вместе, — вздохнул дядя Джейк.

— Стойте, а пакет? — вспомнила Дафна и, схватив с заднего сиденья бабушкин бумажный пакет, присоединилась к остальным.

Эльвис бежал впереди, возглавляя их небольшую компанию. Углубляясь всё дальше и дальше в чащу, они изредка натыкались на заболоченные проталины, где под ногами хлюпало. Деревья росли так близко друг к другу, что их ветки густо переплелись и словно пытались не пропустить их дальше, спасти от чего-то. Гриммы ощущали нечто-то странное, как будто кто-то подкрадывался к ним или следил за ними. Всякий раз, когда под ногами раздавался треск сучка или вскрикивала ночная птица, дядя Джейк испуганно вздрагивал. Сабрина заметила, что, несмотря на холодный, зимний воздух, у него на лбу выступили капли пота.

Вскоре они обнаружили тропу, выложенную белыми камнями, вкривь и вкось торчавшими из земли, так что идти по ним было совсем непросто. Дафна споткнулась и упала на колени. Сабрина стала помогать ей подняться, но Дафна вдруг закричала от страха.

— Что… что с тобой? — запинаясь, спросил дядя Джейк.

— Смотрите! — воскликнула Дафна, указывая под ноги.

Сабрина смахнула снег с одного из белых камней — и у нее замерло сердце. Тропа была выложена вовсе не камнями. Это были человеческие черепа, глядящие на них с жуткой ухмылкой смерти.

— Фу, какая гадость! — крикнула Дафна.

— Зато мы знаем, что идти осталось недолго, — сказала Сабрина.

— Да-а, эти вот тоже так думали, — усмехнулся дядя Джейк.

И вдруг дорогу им преградил разъяренный ярко-рыжий кот. Он стоял прямо на тропе, шипел и скалился, обнажая клыки. Эльвис угрожающе зарычал, но кот даже не обратил на него внимания.

— Пошли назад, — сказал дядя Джейк.

— Почему это? — удивилась Сабрина. — Это же всего лишь кот.

— Никакой это не кот, — заявил дядя Джейк. — Да ладно тебе, какие глупости! — сказала Сабрина и направилась прямо к коту.