Марсианская святая - Сергей Сизарев

его сознания, и он повторял их. В какой-то момент Сэм почувствовал, что что-то приближается, что оно ближе и ближе, и тут его накрыло с головой. Он словно упал в океан и теперь погружался в пучину, но это была не вода. Это был свет — он ослеплял, от него перехватывало дух, и прежде чем раствориться в сиянии, Сэм Беккет понял, что мотылёк оказался внутри лампочки, в самом её центре.

Часть 11/30 - Когда клиент недоволен

ДЕНЬ ТРЕТИЙ

Миранда разбудила его в восемь утра. Она заказала завтрак на двоих в номер Сэма. Неизменным выбором помощницы было обилие мяса, а потом что-нибудь сладенькое. И, конечно, кофе, куда Миранда доливала уйму сливок и засыпала гору сахара.

— Как самочувствие? — спросила она, наблюдая, как Сэм с удовольствием поглощает свою порцию.

— Хорошо, — Беккет вытер рот салфеткой. — Голоден как волк.

— К слову, ты когда-нибудь видел живого волка?

— Никогда. Это же просто идиома. Я знаю значение фразы, так что для меня нормально её использовать, — ничуть не смутился Сэм и продолжил наворачивать.

— У тебя точно ничего не болит? — снова поинтересовалась его здоровьем напарница.

— Нет. Всё просто отлично. Как будто меня вчера никто не нашпиговывал осколками, а потом не зашивал на коленке. Я просто рвусь в бой… В том смысле, что хочу продолжать расследование. Я вовсе не хочу в настоящий бой. Мне хватило одного раза, — поправил себя Сэм.

— Рада это слышать. Я волновалась, — повеселела Миранда.

— Что ты вчера со мной сотворила? — поинтересовался Сэм. — Я как будто месяц отдыхал на курорте у моря и только что вернулся.

— Понятия не имею. Точнее, я не помню, что это. Наверное, как швею, меня обучали помогать раненым справляться с психологическим шоком, — попыталась найти какое-нибудь рациональное объяснение Миранда.

— Сэм, а ты отдыхал у моря? — вдруг спросила она у напарника.

— Ну, не то, чтобы отдыхал. У нас, в южном полушарии есть аквакупола. Они соединены между собой гигантскими арками, поэтому воспринимаются как единое целое. Там глубина-то всего метров десять, но ощущается как всамделишное море. Прогревать и очищать всю эту воду, наверное, стоит кучу денег, но и отдых там недешёвый. Всё-таки, замкнутая экосистема. Рыбки там, кораллы, даже дельфины есть. Красота, — Сэм мечтательно закатил глаза. — Жалко, всего один день там провёл. На большее денег не хватило.

— Везёт тебе! — завистливо сказала Миранда и предложила: — Давай выберем одежду.

— Давай, — согласился Сэм.

Неспешно попивая кофе, они достали болталки и погрузились в пучину шопинга.

Миранда не стала заморачиваться и собрала наряд, похожий на предыдущий. Длинное чёрное платье с белыми кружевами, чёрный плащ-накидка с капюшоном, чтобы скрыть висящий на боку чехол с Зингером, и высокие армейские ботинки. Больше времени она потратила на выбор нижнего белья и средств ухода за кожей. Теперь у неё был целый ворох шелковых вещей и всяких разных баночек. Она свалила всё это в большой кофр с туерной подвеской и сказала, что будет пересылать его из отеля в отель, где бы они ни остановились, чтобы всегда иметь доступ к собственным вещам.

Сэм же, наоборот, не стал копировать свой предыдущий прикид и сосредоточился на создании нового. Теперь он был одет в коричневые штаны-авгани и белую толстовку DISQUALIFIED. На голову Сэм нацепил высокую клетчатую бейсболку с полупрозрачным козырьком из зелёного пластика. В качестве обуви Беккет выбрал красные мокасины, которые полагалось носить на голую ногу. Из верхней одежды он выбрал клетчатый полиэтиленовый дождевик — ровно такой длины, чтобы скрыть пистолет на бедре.

Пока Сэм крутился у зеркала, Миранда наблюдала за ним с мягкого кресла и ела фисташковое мороженое, политое манговым сиропом.

Облизав блестящую ложку, она сказала напарнику:

— Я вижу, ты никак не можешь вырваться из классического образа.

— О чём это ты? — поднял тот бровь.

— Весь этот наряд смотрелся бы вызывающе какие-нибудь четыреста лет назад. Сейчас же это — замшелая классика для офисных рабов. Неужели ты такой скучный? Неужели тебе не хочется попрать мещанские вкусы и одеться с настоящим вызовом? — жарко спросила Миранда.

Сэм вернулся к столу и, сев в своё кресло, объяснил:

— Я частный детектив, не забывай. Клиенты ждут, что я буду серьезным во всём, даже в одежде. Когда я не работаю, то ношу коротенькие джинсовые шорты, майку-сеточку и розовые резиновые шлепки. Но это только на отдыхе. А что насчёт тебя?

— Я одеваюсь функционально, добротно, в строгих рамках приличия, — ответила Миранда, зачерпывая ложкой сироп и смотря, как тот стекает обратно на салатовый шарик мороженого.

— Не получаешь удовольствия от одежды?

— Ни капельки.

— Нет удовольствия — нет греха, так ведь? — озвучил её принцип Сэм.

— Именно, — кивнула Миранда. — Кстати, теперь, когда мы утолили голод и прикрыли наготу, самое время позвонить нашей любимой госпоже.

— Кому-кому? — не понял Беккет.

— Клементине же. Она ведь наш куратор. Ты обязан отчитываться перед ней ежедневно. Забыл уже?

— Чёрт, — Сэм вскочил, как ужаленный, и схватил с тумбочки болталку, которую ему выдали в Экзархии. — Совсем из головы вылетело.

Миранда захихикала.

— Ты чего?

— Нет, ничего, — отмахнулась та. — Вспомнилась привычка нашего преступника стрелять в голову.

— Не шути так, — попросил Сэм и включил экран болталки.

— Чего замолчал? — встревожилась помощница, когда со стороны детектива больше минуты не раздавалось ни звука. Он застыл посреди комнаты, смотря на экран болталки.

— Тридцать пропущенных звонков, — ответил Беккет чуть погодя: — Двенадцать от Клементины, десять от протопресвитеров и восемь из полиции… Кто поставил болталку на бесшумный режим?

— Я поставила, — созналась Миранды. — Хотела, чтобы ты восстановился получше.

— Нам конец. Она нас убьёт, а потом оживит и снова убьёт, и будет делать так долго-долго, — сказал Сэм обречённо и набрал номер Клементины Сидонской.

Лицо целительницы было спокойным, даже расслабленным.

— Почему вы не отвечали? — спросила святая.

— Мы столкнулись с преступником. Он ранил Сэма. Я его зашила, и он восстанавливался после ран, — Миранда всунулась в поле зрения голографического сканера, встроенного в болталку Сэма.

— В каком смысле зашила? — не поняла святая.

— Ну, Зингером заштопала, который мне достал один человек с южного