Попаданка на десерт, или Любовь в Новогодие - Наталия Журавликова

ГЛАВА 9. Тревожные слухи

Мы продолжали готовить, вяло переругиваясь с Элари. То ли у нее сегодня было дурное настроение, то ли она всегда такая. Остальных своих коллег я почти не видела и не слышала, они шебуршали себе где-то на кухонных задворках. А она была примадонной, особенно в отсутствие Кормилицы.

Фельезер носился сайгаком, что при его дородном телосложении выглядело забавно и немного умиляло.

– Как ужасно, что нет Иоры! Я не успел приготовиться к ее отсутствию. А ведь она сама лично стряпает десерты для принца. По древним рецептам василисков.

– Из мышей, что ли? — брякнула я, вспомнив про змею на боковой аллее.

– Вот малахольная! — это, разумеется, Элари, закатила глаза, того и гляди приступ словит.

– Жози, я ценю твое неувядающее веселье, — серьезно сказал Фельезер, — но над нашим правителем подшучивать не стоит даже в мыслях.

– Тем более в мыслях! — подчеркнул его последние слова Эскалор. — Наш принц — ментальный маг. Ему то, что в голове, куда интереснее, чем на устах.

Кошмар какой. Я рассеянно взбивала венчиком десяток яичных белков, чтобы украсить одно из здешних национальных блюд. Значит, он, скорее всего, прочитал, что я о нем думала…

– Если ты волнуешься, что могла в присутствии его светлости предаваться каким-то… фантазиям, — проницательно заметил Эск, — не переживай. Приблизительно сто процентов дам думают при виде принца одно и то же. Даже Элари наша.

Рыжая фыркнула как кошка. Оскорбилась. Или ей это «даже» не понравилось, или сама идея причислять столь уникальную особу к абсолютному женскому большинству.

– А знаете, — решила перевести я тему беседы на менее щекотливую и более выгодную, — я ведь кондитер по образованию… первому. Это я как раз доучивалась и пропустила несколько месяцев в Академии магии.

– Что такое «кондитер»? — не понял Фельезер. — Ты уже не раз это слово говорила, но мне оно незнакомо. Это какой-то другой язык? Ты обучалась вне Атраморы?

– Ага, — поспешила я согласиться, — далеко отсюда, у своих единственных живых родственников. А потом они тоже… того.

– Ты уверена, что хорошо готовишь? — Элари насторожилась совсем уж откровенно.

Перекрикивать шкворчание, гудение, шипение и треск жаровен было сложно. Поэтому обычно болтовни на кухне как таковой не было. Но сейчас приходилось поорать, это в моих интересах. Да и остальным вот познавательной моя биография кажется.

– Прекрасный я повар. И кондитер. То есть человек, который делает всякие десерты и выпечку. Всё вкусное и сладкое. А вы меня заставляете подсобной работой заниматься.

Фельезер посмотрел на меня с сомнением.

– А что бы ты могла предложить принцу Кантариссу? — наконец спросил он.

– И не перепутай, шеф имеет в виду именно десерты, — Эскалор ободряюще похлопал меня по плечу.

Тот еще хохмач!

Я лихорадочно обшаривала кухню ищущим взглядом, соображая, чем удивить высочество. Вчера Иора потчевала своего подопечного муссом, малиновым, кажется. Значит, такие формы десертов он вполне понимает.

Выпечка не подойдет, ее на одну персону рассчитать сложно, а мне нужна именно индивидуальная порция, в которую удобно подсыпать зелье.

И тут мне помогла белка. Она вернулась как раз вовремя. Прыгала по одному из высоких шкафов, в котором хранились большие кастрюли, и играла персиком, катая его как мячик.

– Персиковое желе! — выпалила я.

Получится как раз три порции, одна или две для тех, кто решит меня перепроверить, и главная — нашему красавцу.

– Что ж, попробуй, — согласился Фельезер.

Элари прошипела в отбивную нечто вроде «засмотрелся на смазливую мордашку и потерял бдительность», но я не обратила особого внимания. Для меня это был шаг к победе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍