Вожатый из будущего - Анна Наумова

Чтобы с детальной точностью воспроизвести в своем симуляторе машины времени события, случившиеся в тот злополучный вечер, мне пришлось наведаться на место аварии. Холодный, бледный, как мел и дрожащий Валька послушно поперся со мной к «Универмагу». Поначалу он не хотел ехать, но я пообещал, что помогу ему, и он, всю ночь пролежавший на панцирной кровати и не сомкнувший глаз от переживаний, наконец согласился.

Толку от нашего посещения поначалу было не очень много. У универмага собралась толпа из сочувствующих и зевак. Валька, переживший шок, мало что помнил. Когда он увидел выбитые стекла магазина, то затрясся.

— Из-за меня все! — разрыдался он, закрыв лицо руками. — Вот! Я! Все! Я виноват!

Даже не знаю, что было бы, если бы фантастически не повезло: совершенно случайно мы встретили Тамариного папу. Поняв, что от Вальки ничего толком не добьешься, я решил аккуратно добыть нужную мне информацию у него. Не без труда, но все же мне это удалось. Дело обстояло так.

Универмаг «Молодежный» пользовался большой популярностью у москвичей. Купить там можно было все, что угодно, даже дефицитные товары, которые обычно не покупали, а «доставали». Работал универмаг, в отличие от многих московских магазинов, допоздна. Валька с Тамарой пошли в кино на американский фильм «Дикая штучка», а после решили наведаться в «Молодежный». Беззаботно болтая о всякой романтической ерунде, пара прогуливалась у входа. Одним из инкассаторов была девушка, подруга Тамары. В этот злополучный вечер она не должна была работать, но поменялась сменами с коллегой.

В десятом часу вечера к универмагу подъехала машина, белая инкассаторская «Волга» ГАЗ-3101, и встала, как полагается, у служебного входа. В машине остались только шофер и старший смены, с уже инкассированными деньгами. В магазин пошел только один инкассатор, который через некоторое время вышел в сопровождении Тамариной подруги. Девушка на тот момент уже сдала оружие и переоделась в штатское. Это отчасти и привело к трагическим последствиям.

Несмотря на то, что преступление было очень громким, изначально никто из прохожих и не обратил внимание на произошедшее. А все потому, что грабители были в милицейской форме. И когда один из них бросился за инкассатором, со стороны все выглядело так, как будто сотрудник милиции догоняет преступника…

Так я узнал все, что мне было нужно, и смог в деталях воспроизвести произошедшее на своем симуляторе времени, пока отец приводил в чувство моего приятеля. Я изменил ход времени: вместо девушки, которая не вовремя подвернулась под руку бандитам, инкассатора на выходе сопровождал крепкий милиционер, вооруженный до зубов. И когда грабитель в форм бросился на инкассатора, тот сразу же открыл огонь. Тут же одна за другой стали подъезжать машины с мигалками, и выскочившие из них милиционеры обезвредили нападавших. А Валька тем временем быстро поймал такси и вместе со своей возлюбленной умчался прочь.

Отец с Валькой, который после пары чашек горячего чая немного успокоился и пришел в себя, резались на кухне в карты. А я, надев свои виртуальные очки, которые смастерил не без труда, менял ход истории, сидя в уютной комнате с ковром на стене и румынской стенкой. Когда я спустя час выключил компьютер и вышел на кухню, я не без удовольствия увидел снова своего прежнего приятеля: беззаботного, веселого и вечно подшучивающего надо мной.

* * *

Теперь, спустя два года, я снова сидел на той же самой кухне и снова не знал, как начать разговор. Помню, как я переживал и мучился, думая, стоит ли рассказывать отцу про свою задумку. Еще, чего доброго, решит, что я его разыгрываю. Однако папа уже тогда был очень взрослым и мудрым человеком, и ему даже в голову не пришло поднимать меня на смех.

— Как дела? Что нового? — спросил папа, заваривая чай в маленьком белом чайнике в красный горох. — Орешки лопай. Вкуснотища! Я, кажется, даже поправляться начал! Каждый день Олюшка меня балует!

— Помнишь, что мы делали в прошлый раз? — осторожно начал я, беря приготовленный мамой орешек со сгущенкой. Он и правда был просто обалденно вкусным.

— Вроде да, склерозом пока не страдаю, — хохотнул отец, совершенно не удивившись моему вопросу. — Да и забыть такое сложно! Я как будто в фантастическую книжку попал. Если честно, потом еще довольно долго думал, что ты меня просто разыгрывал. Кстати, как парень-то этот, приятель твой? Валя, кажется?

— Ага, Валька…

— Все путем у него?

— Да нормалек, вот скоро женится! В «Прагу» звал, в октябре свадьба. Мы вожатыми в лагере вместе работали, но я потом, видишь, навернулся и пришлось закончить с педагогической деятельностью.

— Ну ничего, до свадьбы заживет! — довольно потер руки отец. — Молодец твой приятель! Еще одним женатиком станет больше! И ты давай, от него не отставай! Семья — это здорово! Я как-то сразу заметил, что он однолюб. Держу пари, что если бы у нас ничего не выгорело, он вообще никогда не женился бы. Знаешь, есть такая категория людей, которые любят всю жизнь одного человека. А что в этот раз? Опять меняешь ход истории? Дай угадаю: тебе какая-то девчонка приглянулась, а она замужем, так? Вот ты и хочешь повернуть время вспять, чтобы влюбить ее в себя?

— Да, о девчонке речь, — я решил выложить отцу все, что знаю. — Угадал. Ты прав, надо снова вмешаться в ход истории, хоть и непросто это сделать. Только амурные дела тут ни при чем. И ребенок она совсем по сравнению со мной, так что речь не об этом. Просто помочь надо. Кажется, пострадал невинный человек.

— А что случилось? — отец мигом нахмурился и сменил тон с насмешливо-беззаботного на серьезный.

— Видишь ли, Миша, — я помедлил… — дело давно было. Девочка одна пропала, в лагере, где я работал. Там и приятель мой, Валька, сейчас. Только он до конца смены остался, а я уехал. Мне с фонарями и сломанным зубом не кайфово как-то перед пионерами светиться.

— Так а дело-то в чем?

— В общем, Вика эта — девочка симпатичная, стройная, красивая. Все парни в лагере за ней бегали. А встречаться она в итоге начала с каким-то местным хулиганом. Ну не то что бы совсем уж хулиганом, скорее, обычный парень с улицы. Ну, ты понимаешь, о чем я.

Отец кивнул. Как парень, выросший в обычным школьном дворе и посещавший в детстве самую обычную советскую школу