Браки расторгаются в аду - Наталья Андреева

Выходит, царевна-то я? Мне пришлось спрятаться в тереме у братьев, меня хотели отравить, моя собака подохла, отведав отравы. А как насчет свадьбы? Это что, тоже должно случиться со мной?

Я крепко задумалась. Вот ведь как бывает. Человек подчас считает себя одним, а на самом деле он совершенно другое. И что такое я, Зинаида Андреевна Царева? Для кого-то олицетворение зла, чудовище, а на деле жертва. Мне крепко досталось за мое слабоумие. За доверчивость. А главное, за доброту. Меня чуть не убили. Спасибо Кики, которая меня спасла!

Я с нетерпением принялась перечитывать сказку. Все упиралось в королевича. Кто-то должен разбить гроб, в котором я лежу. И тогда я выйду на свободу. С этой мыслью я, собственно, и уснула.

Вы уже знаете, что я сова, сплю до полудня. Своим привычкам я и тут не изменила. К тому же лень было вылезать из-под теплого одеяла, за ночь избу так выстудило, что у меня замерз кончик носа. Стоило высунуть руку, как все тело начинало мелко-мелко дрожать от холода. Мне предстояло затопить печь, вскипятить чайник по старинке, на плите, и приготовить себе завтрак. «Куда спешить?» — думала я. Решение еще не пришло мне в голову. Я по-прежнему не знала, что делать дальше.

Все-таки я нашла в себе силы покинуть теплую постель. Не спеша оделась и уже собралась было идти за дровами, как вдруг услышала шум моторов. К лесной избушке братьев-разбойников подъезжало несколько машин. Хорошо, что была осень и в лес не додумались проложить заасфальтированную трассу, чтобы беспрепятственно собирать здесь грибы. Почва в Подмосковье глинистая, проселочную дорогу размывает в момент, а всю предыдущую неделю шли дожди. По отборной матерной ругани я поняла, что головная машина села. Конечно, их там много, людей и машин, и они всем скопом легко ее вытащат, но таким образом у меня появляется время. Совсем немного времени, но мне хватит.

Я торопливо начала уничтожать следы своего пребывания в доме. Я была уверена, что все эти люди прибыли по мою душу. Но как они узнали, где именно я прячусь? Анюта сдала? Она мне вчера звонила, но я на звонок не ответила. Так откуда? Неужели Иван Иваныч оказался настолько сообразителен?

Печка, на мое счастье, была холодной, я так и не успела ее затопить. Что же касается всего остального… Откуда они знают, из скольких коробок лапши состоял стратегический запас братьев на случай осады? Я была уверена, что ищут меня на авось. Если только Иван Иваныч не следит за мной через мой мобильный телефон. А что, если его запеленговали?

Я в ужасе посмотрела на свой навороченный дорогущий аппарат. Расстаться с ним? Я тогда буду совсем без связи с внешним миром. Но я уже приняла решение. Похороню мобильник в лесу, выкопаю ямку и закидаю чудо техники комьями земли и пожухлой осенней листвой. Пускай себе пеленгуют. Без связи обойдусь. Только бы выбраться отсюда. Не очутиться в руках убийц. Второго шанса спастись мне не предоставят, кто бы сомневался! Да и второй собаки нет. Увы, друзья у меня закончились.

Бежать по лесу с двумя сумками было нелегко, но когда речь идет о спасении жизни, у человека появляются неведомые силы. Я неслась по тропинке в глубь леса, но вскоре опомнилась и свернула к дороге. Надо выбраться на трассу и поймать там машину. Перед уходом я слегка обчистила Иван Иваныча, взяла немного денег. Много у него не нашлось, во всяком случае, в местах, которые были мне доступны. Но до Москвы добраться хватит. Что будет дальше, я пока не думала.

Мне пришлось обогнуть кортеж, стоящий на дороге. Они, кажется, справились с возникшей проблемой. Там много мужчин, судя по голосам. Я чуть не по-пластунски кралась к обочине. Вся перепачкалась, ноги промокли, но желание во что бы ни стало добыть информацию меня согревало. Потом аккуратно и почти бесшумно я раздвинула кусты. Интересно, кого прислал Иван Иваныч по мою душу? Или это не он?

К моему огромному удивлению, все три машины принадлежали полиции. Я это поняла по характерной раскраске, а еще по синим буквам на бортах.

Но почему полиция? Не собираются же они приписать мне побег? О господи! Только этого не хватало!

— Ну что, поехали? — проорал кто-то.

— Оператор? Где кинооператор, мать его так!!! — раздался отборный мат.

Какой еще оператор? Кино они, что ли, решили снимать? «Жизнь и смерть Зинаиды Царевой»? Меня что, пристрелят? Лица у них серьезные. Сначала я хотела бежать, но потом передумала. Убежать я всегда успею. Меня одолело любопытство. Никто ведь не кричал: «Хватайте Зинаиду Цареву!»

Обо мне вообще никто не упоминал. Поэтому я и решилась. Оставила сумки в кустах, а сама стала красться обратно к дому братьев. Риск, конечно, был большой. Я попыталась приладить на место печать, когда уходила, но только идиот не догадается, что она была сорвана.

Так и есть.

— О! Печать-то сорвали! — закричал поднявшийся на крыльцо мужчина.

— Видать, бомжи побывали, — раздался знакомый голос. — Обчистили небось.

Я обмерла: Коля! Раздвинула кусты и увидела, что братьев двое. Толя тоже здесь, просто он, как всегда, молчит.

— Точно бомжи?

— Тута их много ходит. По дачам шарят. Видать, согреться решили. — Коля сегодня был на редкость словоохотлив, наверное, потому что трезв.

И опять Пушкин оказался пророком:

Братья в ту пору домой возвращалися толпой.

Только я бы слегка переиначила:

Братья в ту пору домой возвращалися с толпой.

Потому что с ними приехало много людей, в основном мужчин. Их действительно привалила целая толпа! Включая оператора с видеокамерой. И тут до меня дошло! Они же приехали проводить следственный эксперимент! А вовсе не по мою душу! Это простое совпадение, что я оказалась здесь именно в этот момент.

Ну конечно! Следствие забуксовало. Братья во всем признались, но ни черта не помнят. Не могут в деталях описать, как убивали Анжелу. Их и привезли на место преступления, дабы освежить им память. Потому что суду нужны доказательства, а ментам работа. Вот служители закона и решили провести день на природе, плевать, что погода дрянь.

— Околеем мы здесь, — хмуро сказал кто-то, словно в подтверждение моих слов. Всю неделю, как я уже сказала, лили дожди, все вокруг было напитано водой, а в деревенском доме это особенно заметно. Холод идет из подпола, залитого водой, через щели в бревенчатых стенах, сквозь прогнившие рамы. Если «гости» не затопят печь, то долго не протянут.

— Не боись, согреемся потом! — заржал огромный мужик в милицейской форме. Погоны я издалека не разглядела, поэтому не могла определить, в каком он звании. Может, участковый? Я попыталась вспомнить, как выглядит наш участковый, но сообразила, что никогда его раньше не видела. У нас с Иван Иванычем, когда мы жили вместе, не возникало проблем, которые приходилось бы решать с привлечением участкового.

Да и какая мне разница, кто все эти люди? Я надеялась, что раз они мерзнут, тянуть кота за хвост не станут. Быстренько провернут дело и уедут греться. Так и вышло.

— Ну че? Начнем? — раздался недовольный голос самого тучного. Видимо, он и был здесь главным. И из теплой машины вылез последним, что лишний раз подтверждало его статус: большой начальник.

Мой старый знакомый, следователь, который вел мое дело, тоже был здесь. Присутствовал при следственном эксперименте, что неудивительно. Это ведь он указал на странности в деле и усомнился в убийстве Анжелы. Женщина в этой компании была всего одна, и я догадалась, что именно она и будет играть роль трупа. Мулатку они не нашли, но на лице у «жертвы» лежал такой густой слой тонального крема, что я в очередной раз за этот день удивилась. Зачем она так накрасилась? То ли впрямь под Анжелу загримировалась, то ли у нее свой интерес.

К моему огорчению, я не могла попасть вместе с ними в дом, и какая-то часть действа под названием «следственный эксперимент» прошла без моего участия. Пришлось мерзнуть в кустах, но, на мое счастье, выглянуло солнышко. После недели беспрерывных дождей октябрь решил наконец порадовать жителей Подмосковья бабьим летом. Я потихоньку стала согреваться. Похоже, фортуна и мне улыбнулась.

В доме компания не задержалась. Сначала на крыльцо вышел оператор и стал спиной, очень медленно, ступенька за ступенькой, спускаться вниз, не выпуская из объектива братьев, которые несли «труп».

— Ну че? — хмуро спросил тучный. — Именно так все и было?

— Ага, — сказал Коля, пытаясь отдышаться. Толя, как всегда, промолчал.

«Анжелу» положили на землю.

— Врете же! — не выдержал мой следователь. Я готова была его расцеловать, потому что он вполне годился на роль героя. — Вы утверждаете, что убили ее в доме и вынесли труп наружу?

— Ага!

— Почему же тогда там нет ни единой капли ее крови? Вы что, полы мыли?

— Ага!

— И крыльцо тоже? — ехидно поинтересовался мой герой.