Апельсинки для Осинкина (СИ) - Соловьева Елена

— Как дела на работе? — спросила Ариэль.

Я видел, что она чувствует себя слегка неловко наедине со мной. Но невольно посматривает на дверь комнаты, ведущей в спальню. Как будто хочет предложить перебраться туда, но не может решиться.

— Все хорошо, — ответил я, подходя ближе и обнимая ее за талию. — Просто прекрасно.

За исключением неприятной встречи с Оксаной, но об этом моей Русалочке лучше не знать.

— Я рада, — призналась она, встретившись со мной взглядом.

Наклонился и нашел ее губы. Они сохранили аромат персиков, которые мы ели на десерт. Сначала мой поцелуй был нежным, я все еще опасался испугать Ариэль своим напором и порывистостью. Взрослая женщина, она была слишком неискушенной и скромной. А я только рад стать ее наставником в искусстве любви. Почувствовав ответный трепет точеного тела, я понял, что на верном пути. Ариэль передался полыхавший во мне огонь. Она стала дышать чаще, приникла всем телом. Безо всякого протеста позволила поднять ее на руки и не возражала, когда мы переместились в спальню.

— Ты так красива, моя Русалочка, — прошептал я в розовую раковинку уха. — Так желанна.

Свою желанную ношу уложил на постель поверх шелковых простыней. Шторы были задернуты, а в помещении работал кондиционер. Но кожа Русалочки покрылась мурашками не из-за него, а от моих жадных поцелуев. В царившем полумраке я видел неясные очертания прекрасного лица и разметавшиеся по подушке волосы. Притянул к себе, прижав к груди как величайшее сокровище.

— Если ты хочешь, чтобы я остановился, сделай это сейчас, — предложил Ариэль. — После не смогу.

Желание обладать ею было слишком сильно. До боли, до слез, до полного безумия.

Глава 44

Эля

— Да, хочу тебя, — впервые призналась мужчине в таком.

Да и самой себе тоже. Наш первый с Андреем раз был нежным и неторопливым, мы изучали и пробовали друг друга на вкус. Теперь нас захватила волна безумия. Мы так сильно тосковали, практически обезумев от желания.

Волны восторга накатывали одна за другой, заставляя всю меня дрожать от счастья. Все мое существо стремилось к Андрею, мечтая слиться с ним воедино. Эти ощущения были такими волнительными, настолько прекрасными, что когда все закончилось, я еще долго не могла прийти в себя и обрести способность говорить. Только улыбалась, крепче прижимаясь к Андрею, а он неторопливо ласкал мое тело, успокаивая и расслабляя после пережитого.

Вот странно — от женщин я часто слышала истории о том, как мужчины, получив свое, сразу уходят или отворачиваются к стенке, захрапев, и больше не обращают на партнершу внимания. Андрей не только остался, но и с заметным удовольствием наслаждался последствиями бури не меньше, чем ею самой. Близость с ним стала для меня источником небывалого наслаждения. Но и быть с ним рядом, просто лежать, обнявшись, понравилось мне не меньше.

— Как дела дома?.. — спросила я, немного отдышавшись.

Подняла лицо и посмотрела Андрею в глаза. Мне были не столько интересны последние новости, сколько хотелось услышать его голос. Конечно, я хотела задать совсем не эти вопросы, но начать решила именно с них.

— Прекрасно, — отозвался Андрей, поцеловав в кончик носа. — Думаю, ты не сильно расстроишься, если узнаешь, что Федор Грибов решил продать свой бизнес другому фермеру и переехать на другой конец страны?

— Ого, — только и смогла произнести я. Приподнялась на локте, чтобы заглянуть Андрею в глаза: — С чего бы вдруг он принял такое решение?

Федор гордился и дорожил своим фермерским хозяйством. Даже когда дела стали идти не так гладко, он делал все возможное, чтобы удержаться на плаву. Ферма была его любимым детищем. Пожалуй, единственным, кого он по-настоящему любил. Должно было случиться нечто из ряда вон выходящее, чтобы Федор решил с ней распрощаться.

— Понятия не имею.

Андрей пожал плечами, а я продолжала внимательно изучать его лицо, стремясь найти в его выражении подтверждение собственным мыслям:

— И ты не имеешь к этому никакого отношения? Ни ты, ни Тим?

Знаю, Андрей сделал бы все возможное, чтобы избавить меня от настойчивого внимания Федора Грибова. И даже больше. Именно последнего я откровенно опасалась. Не хотелось бы, чтобы мой любимый мужчина дошел до запугивания или открытых угроз.

— Ни единого, — Андрей произнес именно то, что я втайне надеялась услышать. — Нам с Тимом даже не пришлось убеждать Грибова убраться, он сам принял такое решение.

Я с облегчением улыбнулась.

Медленно очертила пальцем темные дуги бровей любимого, затем обняла лицо ладонями и быстрым поцелуем прикоснулась к губам.

— Я рада, что он уехал. И еще больше рада тому, что ты не имеешь к этому отношения.

— Предприниматель, которому Грибов продал ферму — отличный мужик, — добавил Андрей. — Мы с Тимом успели с ним познакомиться. Он планирует крупное расширение, так что твои односельчане без работы не останутся.

— Значит, мне больше нечего бояться и можно спокойно вернуться домой?

Одна новость лучше другой. Я была так безмятежно счастлива, что могла бы обнять весь мир.

— Кажется, так, — согласился Андрей. — Кстати, дома тебя ждет еще один сюрприз.

— Какой? — заинтересовалась я.

Неужели поток хороших известий еще не иссяк?

— Тома переехала к Славе. А он окончательно забросил свои дурные привычки. Кажется, скоро в селе будет шуметь веселая свадьба.

— Вот как, — радостно охнула я. — Надеюсь, этот брак будет для Томы удачным.

Я действительно желала этой замечательной женщине счастья. Да и дяде Славе — уверена, без вредных привычек из него получится хороший муж.

— Дом почти достроен, — как бы между прочим проговорил Андрей, проводя ладонями по моим плечам. — Ему нужна хозяйка. А мне жена.

На этих словах я затаила дыхание. Неужели он?..

— Ариэль, — продолжил Андрей. — Прости, что не могу сейчас встать на одно колено, да и коробка с колечком осталась у меня в номере… Но я хочу спросить именно сейчас.

Так и есть, он собрался делать предложение.

Именно сейчас, когда я так счастлива и расслаблена. Действительно подходящий момент. Конечно, он не мог встать на колено, потому что я лежала на нем и обнимала руками и ногами. В таком положении очень трудно сказать нет. Еще сложнее скрыть выражение лица. За один короткий миг в моей голове промелькнуло столько важных мыслей и вопросов, что Андрей не мог не заметить.

Не могу же я принять предложение, не рассказав ему все о себе!

Это будет огромный обман с моей стороны. Предательство. Если вступать в брак, то нужно непременно сообщить о том, что я больше не могу иметь детей.

Но как на это отреагирует Андрей?

Он так любит детей. Это понятно и по его работе и по тому, с какой нежной заботой он относится к Васе и Кларе. Для моих девочек он стал бы лучшим отцом. Но могу ли я сказать ему, что в браке со мной свои дети у него не появятся? Как язык повернется признаться в подобном?

Моя безумная радость сменилась болезненной тревогой.

Губы предательски дрожали, и вопреки всем усилиям на глаза навернулись слезы.

— Ты выйдешь за меня замуж, Ариэль? — спросил Андрей.

Глава 45

Эля

Все мое существо требовало немедленно ответить «да»! Счастливо прильнуть к его груди и никогда больше не разлучаться. Я даже успела представить, как обрадуются девочки, когда узнают такое радостное известие. Вася и Клара с первой встречи мечтают, чтобы Андрей был их отцом. Он лучшее, что могло бы случиться нами…

Если бы не одно но.

То самое но, которое может перечеркнуть все планы и надежды. Я должна была сказать, обязана. Но до чего же это трудно ― признаться в собственной неполноценности. В том, что я никогда больше не смогу иметь детей. Не рожу их от Андрея. Даже если он примет меня такой, с моим огромным недостатком… Не пожалеет ли после?

Могу ли я позволить ему совершить такую глупость?