Апельсинки для Осинкина (СИ) - Соловьева Елена

Я был бодр и воодушевлен как никогда. Работал на износ, мечтая поскорее вырваться на пару дней к моим девочкам. Ужасно соскучился.

Только одно событие слегка выбило из колеи.

Встреча с бывшей.

Оксана вновь появилась в больнице, проигнорировав запрет. Больше того, она зачем-то перекрасила волосы в огненно-рыжий, вызвав во мне бурю протеста одним своим видом.

— Мне идет, Андрюшенька?.. — спросила, кокетливо поправляя прическу.

— Нет, — рыкнул я, намереваясь предупредить охрану.

Ноги этой женщины больше не должно быть в клинике. Сам я ничего не боюсь, тем более бывшей. Но в гневе Оксана становится похожей на ведьму, а это может огорчить моих маленьких пациентов. Их родителям и персоналу тоже ни к чему становиться свидетелями некрасивых сцен.

Оксана рассчитывала явно не та такую реакцию. Поджала губы и, раздраженно дернув плечом, выдала:

— А мне казалось, тебе нравятся рыженькие.

Теперь я убедился: в тот день в торговом центре мы с Тимом не ошиблись. Мы реально увидели Оксану.

— Ты что, следишь за мной? — едва сдерживая возмущение и гнев, спросил я.

Оксана рассмеялась, запрокинув голову.

На нас уже стали обращать внимание посетители клиники.

— Идем!

Цапнув Оксану за руку, потащил в кабинет. Посторонним не следовало слышать то, что я собирался сказать. Не для посторонних глаз сцена. Я, конечно, обычно спокойный и рассудительный, но кое-кто довел до белого каления.

Бросив Оксану в кресло, я оперся о подлокотники, угрожающе нависая над ней и, четко произнес:

— Слушай меня, повторять не буду. Не смей преследовать меня и мою женщину. В противном случае последует ответка. Она тебе крайне не понравится.

Она и не подумала смутиться и, тем более, испугаться.

— Знаешь ли, Андрюша, я живу в свободной стране, — проговорила, как ни в чем не бывало, закинув ногу на ногу. — Могу появляться в любых общественных местах. А вот за угрозу можно и ответить.

Я сделал глубокий вдох, успокаиваясь. Отстранился, не желая дышать одним воздухом с той, которую называл невестой. Идиот, что тут сказать.

— Чего ты пытаешься добиться? — спросил, заранее предполагая, что прямого ответа не получу. — Мы расстались, понимаешь? Между нами ничего больше не будет, так к чему все эти слежки, Оксана? Зачем это тебе.

— Ты! — Она обвиняюще указала на меня пальцем. Зло прищурилась, перестав разыгрывать из себя наивную невинность. — Ты просто мудак, Андрей Осинкин! Променять меня на какую-то деревенскую бабищу с двумя прицепами? Тебе лечиться надо. Срочно!

Я мог пережить грубость в свой адрес. Но не в адрес Ариэль и девочек.

— Не смей! — предупредил я. — Ариэль лучшая из женщин. Она моя будущая жена. А малышки — дочери. За них я голову откручу кому угодно, даже тебе. Не вынуждай меня, Оксана.

— Ариэль?.. — насмешливо уточнила она, проигнорировав предупреждение. ― Ну и имечко… Твои, говоришь, дочери? С какой это стати? Постой… Ты ведь не думаешь? Да ладно!..

Черт меня дернул однажды в порыве приступа доверия рассказать этой стерве о своем прошлом. О том, что я стал донором. Теперь излишняя откровенность вышла боком.

Оксана откровенно потешалась над моими предположениями. К тому же нашла способ сделать новый выпад в адрес Ариэль:

— А-а-а-а… Я поняла, как тебя окрутила эта деревенщина. Сказала, что использовала твой биоматериал, чтобы заделать себе детей? И ты поверил, Андрюша?! Развесил уши, как полоумный! Нет, тебе точно надо лечиться, если ты веришь в такое. Твоя ушлая мадам просто лгунья и притворщица. Ты же взрослый умный мужик, открой глаза и посмотри правде в глаза. У тебя нет и не может быть детей, смирись с этим. Не позволяй никому воспользоваться твоей слабостью. Можешь злиться на меня сколько угодно, но я желаю тебе только добра. Пойми, наконец: в реальной жизни чудес не бывает!

Глава 43

Андрей

Не бывает чудес?

Я так не думаю. Потому, что много раз видел их собственными глазами. То, как исцелялись, казалось бы, безнадежные пациенты. Как в трудную минуту объединялись люди, которые прежде не знали друг друга. Как одни спасали чужие жизни ценой своей.

Это ли не настоящее волшебство?

Но создаем его мы сами. Своими руками, поступками, мыслями.

А моя встреча с Ариэль? То, что при первом же знакомстве Вася и Клара назвали меня папой. Неужели это всего лишь случайность?

Нет, не верю.

Для меня встреча с любимыми девчонками — истинное чудо. И я не позволю никому измарать его грязными словами.

— Уходи. — Я указал Оксане на дверь. — Убирайся и не смей больше появляться ни в клинике, ни в других «общественных» местах, где я бываю со своей семьей. Ариэль и малышки — мои родные. Пусть не по крови, но я люблю их. Но тебе, конечно, этого не понять.

— Да уж куда мне, — фыркнула Оксана, поднимаясь.

Горделиво вскинула подбородок и обдала презрительным взглядом:

— Ты еще прибежишь ко мне, Андрюша. Когда надоест встречаться с деревенщиной и воспитывать чужих детей. Но к тому времени я тоже буду замужем.

— Отлично, — усмехнулся я. — Буду только рад, если ты займешься своей личной жизнью и исчезнешь из моей. Это будет для меня настоящим подарком.

— Да-да, будет тебе подарок, — зло передразнила Оксана и вылетела из кабинета, так громко хлопнув дверью, что со стены упали несколько почетных грамот и сертификатов.

Я испытал приступ облегчения, надеясь, что действительно вижу ее в последний раз за свою жизнь. А уже в следующую секунду совершенно забыл об ее существовании. Этим вечером я собирал чемоданы, чтобы рано утром вылететь срочным рейсом к любимой Ариэль.

Я увидел ее издалека. Увидел и залюбовался. Загорелая, отдохнувшая, в маленьком бикини и парео яркого цвета, она казалась богиней пляжа. Не только мне, кстати. Уверен, на нее смотрели все мужчины от совершеннолетия до бесконечности. Я даже слегка пожалел о том, что отпустил Ариэль отдыхать одну.

Хотя нет, не одну.

Клара и Вася увидели меня издалека и бросились навстречу. Я присел на корточки и широко распахнул объятия, поймав обеих.

— Мои хорошие, — проговорил, чуть не плача от счастья. Поцеловал одинаковые рыжие макушки. — Как я по вас скучал.

— Мы тоже! Мы тоже!!! — дружно объявили мои сладкие Апельсинки.

К Ариэль мы с девочками вернулись вместе. Точнее, близняшки ехали у меня на плечах, заливисто смеясь и торопясь рассказать мне все-все последние новости.

— Мы построили замок из песка, — похвалилась Вася.

— Но прибой его смыл… — вздохнула Клара. — Теперь мы строим новый. А Тимошка нам помогает.

Тимошка — это, видимо, тот худенький мальчик, которого при моем приближении тучная дамочка усадила в коляску и, попрощавшись с Ариэль, укатила в сторону отеля.

— Привет, — поздоровался я.

Очень хотел обнять Ариэль, жаль, нет третьей руки. А первые две заняты девочками, которые прилипли ко мне как две маленькие теплые улиточки.

— Привет, — улыбнулась Ариэль.

Она поцеловала меня в щеку, но в ее глазах я увидел обещание большего. Радость встречи, приправленная желанием, горела в ее глазах. Именно то, что мечтает увидеть каждый мужчина. Ариэль рада мне, от осознания этого мне захотелось заорать в голос, как полоумному. Пусть каждый услышит, как я счастлив.

— Почему ты смеешься? — удивленно спросила она.

— Мне хочется кричать, — признался я. — Кричать от радости.

— И нам! — тут же объявили девчонки.

— Почему бы нет? — согласилась Ариэль.

Мы вчетвером бегали по пляжу и радовались, играли в догонялки и просто дурачились. Потом перебрались в воду, и маленькие рыжие Русалочки прыгали с моих плеч, разбрызгивая мириады брызг. Мы нарочно отошли подальше от других отдыхающих, чтобы не мешать им. А нам был не нужен никто, кроме друг друга.

После водных процедур перебрались в отель, пообедали, и девочки отправились на мастер-класс по лепке из глины. Они обещали сделать для меня какой-нибудь памятный подарок, и я пообещал поставить его в кабинете на самое видное место.