Изгой Проклятого Клана - Владимир Пламенев

произнёс Ратибор поворачиваясь ко мне. — Твой отец не был и вполовину настолько безумным, чтобы бить меня насмерть, — место моего удара на его шее сияло. — Так и быть, ты заслужил свой приз, — на его лице раскрылся оскал. — Если выживешь. А сейчас ты достоин узреть частичку моей настоящей силы!

Частичку?

Ха…

Маны у меня не осталось.

Вокруг него вспыхнуло серебряное пламя. Силуэт Ратибора расплылся, сливаясь с его огненными языками.

Он превратился в оживший огонь. И этот сжигающий всё на своём пути серебряный пожар пошёл на меня.

Неумолимая стихия.

И из неё вновь появлялась фигура Ратибора.

Слишком быстрая.

Слишком сильная.

Каждое движение было идеально.

И цель этого идеала — моя смерть.

Ратибор только сейчас начал сражаться всёрьёз.

Его ладонь летела к моему горлу. Она была белой от раскаляющей её изнутри магической силы.

Увернуться или уйти от неё было сейчас невозможно.

Только не в этом теле…

На этом всё?

Конец…

ХА!

К ПУСТОТЕ ТЕБЯ!

Я НЕ ДЛЯ ТОГО ЖИВУ ВТОРУЮ ЖИЗНЬ!

Мысли закончились. Остались только инстинкты выживания.

Тело чувствовало приближение смерти и выбросило в кровь ударную дозу гормонов.

И не только их…

Мана-ядра вспыхнули и раскрылись, как разрушенная яичная скорлупа. Оттуда обжигающим потоком вырвалось что-то ещё…

Живот. Грудь. Голова. Там словно разлилось кипящее масло. А я только и успел, что отдать мысленную команду этой силе вырваться наружу!

Ратибор. Площадь. Обломанные земляные шипы Алисы.

Всё исчезло.

Вместо них в земле осталась огромная воронка, с идеально гладкой поверхностью.

В ту же секунду позади прозвучал грохот. Взгляды всех на площади устремились мне за спину. Повернулся и я, с трудом удерживаясь на дрожащих от перенапряжения ногах.

Башня, на которой я ночевал, обрушилась вместе с частью стены. Под ней полыхал знакомый серебристый огонь. С криками гвардейцы побежали туда, разгребать завалы и вытаскивать выживших.

Там же были разбросаны крупные комья земли.

В серебряной вспышке из-под завалов выбрался Ратибор, вытаскивая за собой тела двух гвардейцев. Они были живы, но без сознания. Каждого покрывала полупрозрачная магическая броня, защитившая их от обвала.

Ратибор сдал гвардейцев товарищам и пошёл ко мне.

Площадь молчала. Люди только смотрели огромными глазами, не закрывая распахнутые от удивления рты.

— Северский — прошёл, — довольно сказал Ратибор и достал из кармана маленький предмет. — Он пробудил Дар своих предков — «Северный Ход»! — я рассмотрел, что было в его руке — компас. Ратибор подошёл ближе и протянул его мне.

В глазах у меня темнело. Но я унял дрожь. Никто не увидит, что моё тело истощено и на грани. Все увидят только мой триумф!

Он, кажется, и был.

Крепкой, пусть немного одеревеневшей рукой, я взял компас.

— Смотри на красную стрелку, — произнёс Ратибор. Свет внутри его глаз и энергоканалов угасал. — Она смотрит на север. Туда, куда ты телепортировал меня вместе с доброй третью этой площади.

Действительно.

Вот только…

От меня во все стороны било бирюзовой маной. А маленькие камни и куски земли лежавшие вокруг, постоянно исчезали, появляясь в направлении красной стрелы — на север. Всегда на разном расстоянии, так что получилась длинная линия из земли и камешков.

Телепортация…

Одно из сложнейших магических искусств. А мне далось вот так. Просто.

Понятно, почему Руслана оставили в живых, несмотря на предательство его отца.

— Да, — ответил я сиплым голосом. Безумно хотелось пить. В рту было сухо, как в пустыне.

— Я сдержу своё слово, — громко заявил Ратибор и положил мне руку на плечо. Тяжёлая такая, зараза. Или мне кажется? А Ратибор продолжал: — Руслан Северский станет моим личным учеником и получит от меня самое великое сокровище мага — знания! Я сделаю из него лучшего мага клана!

— Но господин! — вперёд вышел Тигран. На его лице был такой же шок, как и на всех остальных. — Северский приписан к гвардии! После инициации он должен пройти курс подготовки наряду с гвардейцами, чтобы быть под постоянным присмотром! Так велел глава клана!

— С братом я поговорю сам.

— Но у меня приказ, Ваше Сиятельство! Я не могу отпустить Северского с Вами!

— Я тебя не спрашивал, — железно заявил Ратибор. — Северский отправится со мной в Родной мир, где будет обучаться в нашем родовом поместье под моим наставничеством.

— Г-господин…

— Ещё одно слово и мы продолжим в дуэли.

Тигран только проглотил ком в горле. Потом почтительно поклонился и отошёл назад в толпу, не поворачиваясь спиной.

— Идём, ученик, — хлопнул меня по плечу Ратибор. — Тебе пора к целителю.

В этом он был прав.

К сожалению, этим целителем оказалась не Люда Покровская, а кто-то из её дальних родственников. Хмурый мужчина с подозрительным взглядом.

Но сломанное предплечье он подлатал мне шустро. Потом я выпил зелье восполнения сил, сменил порванную одежду, принял душ и мы с Ратибором отправились через пустошь к порталам в Родной мир.

Ушли незаметно, в самый разгар поединков других команд.

И молча. Это было к лучшему.

После нашей схватки не хотелось говорить.

Хотелось только поскорее стать сильнее. Ратибор был силён. Для этого мира, для этого клана.

Но был ли он силён для Зеркальной Башни? Нет.

Из-за этого меня только сильнее разъедало чувство упущенной силы. И тем скорее хотелось приступить к тренировкам.

Местная магия несколько отличалась от привычной мне. Здесь был Дар. Он был чем-то вроде очень сильной родовой техники, которая прописана в ДНК.

Я смотрел в спину Ратибора.

Думаю, в качестве первого наставника он будет неплох. По крайней мере, была в нём одна близкая мне черта.

Ему тоже дьявольски нравилось сражаться.

Два часа мы брели по дорожке с флажками. Той самой, по которой я пришёл в крепость. Она привела нас к каменной телепортационной площадке. Точно такой же как в Диком мире.

Только живой охраны здесь не было. Вместо них на страже стояли грубо сделанные каменные големы, находящиеся в спящем режиме. Примитивные, из гротескных каменных блоков.

Самое то, чтобы гонять шакалов. Те, кстати, так не разу и не атаковали нас с Ратибором, держась на почтительном расстоянии.

Но перед тей как зайти на площадку, Ратибор остановился и пристально посмотрел на меня. Он сказал:

— Буду честен. Я не стану требовать от тебя безраздельной преданности клану. Мы — Яровые — отняли у тебя всё. Землю твоих предков, родовые артефакты и право выступать от лица своего рода на