Кровавые сборы (ЛП) - Пендлтон Дон

Палач нес свой факел в темноту.

20

Рейд на Ки-Бискейн имел для Болана омерзительный смысл. Будучи сам искусным тактиком, он мог оценить стратегическое чутье заговорщиков. Это был жесткий план, хорошо продуманный, чрезвычайно практичный, несмотря на его безумный подтекст.

Похоже на что-то из ночных кошмаров сумасшедшего, верно. Но этот кошмар должен был сбыться завтра средь бела дня.

Тот факт, что это было явным самоубийством для задействованных войск, ничего не значил. Планировщики рассчитывали бы на большие потери, и каждый человек, которого они потеряли бы до финального занавеса, стал бы одним говорящим ртом меньше, чтобы помочь полиции вернуться по кровавому следу заговора. Что бы ни случилось с ударными отрядами после того, как они вступят в бой, у них будет достаточно времени, чтобы посеять кровавый хаос на улицах, прежде чем последние из них будут уничтожены силами противодействия.

Времени достаточно, чтобы организовать кровавую бойню, чертовски верно, и ввергнуть богатое общество Майами в вопиющую панику.

Черт возьми, это было почти идеально.

Болан лишь мимоходом задумался о мотивах сюжета. В конце концов, мало что значило, был ли Рауль Орнелас оппортунистом, добивающимся выкупа за себя, убежденным правым, наносящим ответный удар Кастро и Америке, или перебежчиком, работающим рука об руку с кубинскими агентами. Каким бы ни был исход — ситуация с заложниками или случайная резня, — конечным результатом неизбежно должна была стать кровавая баня.

Орнелас нанимал преступников и наркоманов, все человеческие отбросы, которые только мог собрать, в качестве своих передовых войск. Он ни за что на свете не мог надеяться обуздать их, как только они почуяли кровь. Орнелас должен был это знать, и из этой ужасающей уверенности Мак Болан понял, что резня — это то, что Хосе 99 планировал с самого начала.

DGI и его контролеры в КГБ получили бы двойную выгоду от холокоста. Хаос, убийства, насилие — цели глобального терроризма — все это были самоцелью, но в этом заключался больший потенциал.

Предположим, что Орнелас был разоблачен в суде и через прессу как вдохновитель заговора, это, при осторожном обращении, отразилось бы на движении против Кастро, а не на коммунистах, которые вынашивали заговор. Конечный результат, позор для всех кубинских эмигрантов, которые были воинственными или даже открыто выступали против нынешнего режима Гаваны, приведет к жестким репрессиям на государственном и федеральном уровнях, удвоив безопасность Кастро без каких-либо затрат для самого кубинского правительства. Главные враги Кастро в Соединенных Штатах будут допрошены, возможно, заключены в тюрьму… и прошли бы годы, прежде чем движение против Кастро вернуло себе хоть малую степень видимой респектабельности.

Мак Болан в данный момент не интересовался политикой. Его мысли были заняты бесчисленными жизнями, которые будут потеряны, если он не найдет способ сорвать план на его начальных этапах.

География и экономика помогли террористам выбрать свою цель. Шестьдесят триста богатых жителей Ки-Бискейна жили на острове площадью всего в четыре квадратных мили. Бывший президент США содержал там свой зимний Белый дом, но в настоящее время большинство туристов направляются прямиком в парк штата Флорида на мысе Билла Бэггса, чтобы увидеть исторический маяк. И их приезжает огромное количество, верно.

Ки-Бискейн соединен с материком единственной дамбой — и ее разрушение, как описано Торо, уничтожило бы ее или, по крайней мере, сделало бы непроходимой на часы, даже дни. Если этот маршрут будет перекрыт, помощь придется доставлять по воде или по воздуху… и в любом случае, войска помощи высадятся под огнем вражеских орудий, как только террористы захватят остров.

Болан знал, что если террористы захватят плацдарм на Бискайне, их будет уже не остановить, пока у них не появится шанс отомстить сонному населению.

По возможности Болан и войска, которые мог бы нанять Торо, должны были остановить «джаггернаут» до того, как он начнет приближаться к своей цели.

До сих пор Палачу мешало отсутствие информации о поле боя. Он не знал количества своих врагов, их огневой мощи или точного местоположения. Каждая частичка информации, которой ему не хватало, повышала вероятность того, что небольшие оборонительные силы потерпят неудачу.

Но то самое, что делало Бискейна заманчивой мишенью, также работало в пользу Болана. Используя грузовики для транспортировки, захватчики были ограничены единственным путем въезда на остров: по дамбе Рикенбакер до Вирджиния-Ки, затем по дамбе Беар-Кат до самого места убийства на Ки-Бискейн. Помня об этом, Мак Болан мог бы наметить различные подходы к дамбе, сузив маршрут противника до полудюжины вариантов.

И что потом?

В одиночку или с летающим прикрытием Гримальди, даже с оружием, которое Торо мог бы нанять, он не смог бы перекрыть все подходы достаточными силами, чтобы развернуть вооруженную бригаду. Блокпост должен быть достаточно незаметным, чтобы проскользнуть мимо внимания полиции, но в то же время достаточно прочным, чтобы хладнокровно остановить конвой убийц, не позволив даже одному из них добраться до целевой зоны.

Очевидно, Болану срочно требовалось подкрепление.

Внезапное вдохновение осенило его, и это была сама простота.

Внезапно он точно понял, что должен сделать и где найти необходимое подкрепление. Это потребовало бы смелости и нервов — двумя качествами, которыми Палач обладал в избытке, — но если бы Болану удалось это провернуть, он, возможно, смог бы уложить двух стервятников одним выстрелом.

Все, что ему нужно было сделать, это снова сменить личность на ходу, не теряя инерции. Всего лишь простое прощупывание вражеского лагеря, верно.

Это, а затем снова выйти невредимым, имея в запасе время до того, как ему придется нанести последний удар по Ки-Бискейну.

Простой вопрос, верно.

Не парься.

За исключением того, что он мог потерять его где угодно на этом пути, сделав один неверный шаг.

И если он его потеряет… тогда он умрет вместе с другими, а дикари беспрепятственно доберутся до своей цели. Это будут часы или дни хаоса.

Мак Болан выбросил эту мысль из головы и сосредоточился на своих действиях в следующие несколько мгновений.

Поражение не было приемлемой альтернативой.

В этой попытке его ждала победа или смерть. И если бы он умер, с ним ушло бы много диких душ.

21

Филиппу Сакко не приснился его обычный кошмар в ночь после визита Омеги. Вам нужно спать, чтобы не видеть кошмаров, а для стареющего капо сна внезапно стало очень не хватать. Впервые в своей взрослой жизни он усомнился в своей способности контролировать собственное окружение.

И это было пугающее ощущение.

Прошло двадцать четыре часа, и он все еще не мог получить ни строчки об убийцах Томми Дрейка. Омега был на свободе, но звонки Сакко в Нью-Йорк, Чикаго и на Западное побережье не смогли подтвердить или опровергнуть связь черного туза с La Commissione. И что хуже всего, город Сакко взрывался вокруг него, циркулировали ужасные слухи.