Экипаж «Кальдеры-17» - Станислав Озарнов

и за последние столетия практически не встречались.

– Грустно… наверное… Я ведь и сам являюсь одним большим разочарованием для своих родителей, так что не сильно разбираюсь в таких вещах.

– Сомневаюсь, что твой случай серьёзнее моего. Выбор моего отца затронул бы напрямую жизнь огромного количества жителей галактики.

Стас перевёл взгляд на велайн, вскинув бровь, и с секунду молча на неё взирал.

– Поверить не могу, – захохотал он. – Я сижу на космическом корабле и спорю с космической лисой о том, кто из нас больший неудачник.

Альма рассмеялась. Не натянуто, но вполне натурально.

– До сих пор удивляюсь, как легко и непринуждённо можно с тобой общаться, – она широко улыбалась во всю свою зубастую пасть, но потом вздохнула и лицо её наполнилось усталостью. – Редко мне удаётся испытать что-то подобное.

– Что ж, – не терял он своего задорного запала, – если вдруг понадобятся услуги шута, ты знаешь, к кому можно обратиться.

Она усмехнулась. Уже не так раскрепощённо. Будто ограничивала себя этим жестоким и несправедливым табу на безэмоциональность. Это у людей эмоции – источник постоянных приключений и проблем, но здесь, в мире, где может существовать самая настоящая утопия, такое ограничение выглядит слишком сурово.

– Руо изрядно меня вымотал, – потянулась она. – Пока ты охранял подступы к городу, нам пришлось изрядно повоевать с вырожденными. Сильно хочу спать.

– Да уж, я бы тоже не отказался. Никак не могу осознать, что больше нет привычного разделения на день и ночь. Не могу даже сказать, сколько я бодрствовал.

– Ты привыкнешь. Это не так сложно.

– Что ж, буду надеяться… А где мне разместиться сегодня?

– Ты так говоришь, будто на моём корабле много свободных кают.

– Ох, ну, – Стас почесал затылок, – я же не видел весь корабль. Вдруг он… больше?

– Больше, чем снаружи? Нет, это вряд ли. Пошли, разместим твоего нового друга. Нас теперь пятеро на две каюты.

– Всего две? Мне казалось, будет больше.

– Значит, тебе тоже нужно провести экскурсию. После пробуждения этим и займёмся. Пошли.

Они покинули рубку и направились по коридору. Ближайшая дверь слева вела в их каюту, чуть дальше находился проход в следующую. Та дверь открылась, вышла Вейла, которая молча прошла на мостик.

Стас удивился.

– Ты доверяешь ей управлять собственным кораблём?

– Римус доверяет, значит, поводов для беспокойства нет.

– А насколько он для тебя близок? Если бы не разница в расе, я бы предположил, что он твой отец.

– И оказался бы недалеко от истины. Он заменил мне отца, – Альма остановилась и задумалась. – Хм-м, думаю, в вашем мире его можно было бы назвать крёстным отцом.

– О-о, как мафиози?

– Что? – удивилась она.

– Ничего, забудь, глупая шутка. Всё равно он не оставляет впечатление какого-то злодея.

– Внешность часто обманчива. Как ты думаешь, у кого-то, кто живёт многие миллиарды лет, может быть моральный ограничитель? Он спокойно позволяет себе делать то, что захочет, и некоторые поступки вполне могут сойти ему с рук.

– Точно… Солдаты-зомби, я и забыл…

– Ну, по меркам войны это и преступлением сложно назвать, – она с секунду постояла, подумала и дополнила: – По крайней мере, для него.

Стас хотел было высказать, что он об этом думает, но тут дверь в самом конце коридора открылась, и оттуда вышли Римус и Хансу.

– Аил’Ама! – воскликнул атконец. – А ты знаешь, что наш дружок, как оказалось, неплохо шарит в технике? На твоём корыте ПСД не оптимизирован, а Хансу смог решить, как заставить его потреблять чуть меньше энергии.

– Отличные новости! Благодарю тебя, Хансу.

– Рад стараться… капитан!

Он слегка поклонился, а затем повернулся к Стасу.

– Мне сообщили о текущем положении дел на корабле. Не волнуйся: тот факт, что ты не являешься капитаном, никак не повлияет на мою преданность.

– А, ну, да… Это… хорошо… Спасибо, Хансу, – смущённо промямлил он, а про себя подумал, что лучше бы этот велайн просто послал его и попросил вернуть домой.

Тот снова учтиво поклонился.

– Мы хотели пойти отдохнуть, – вмешалась Альма, – Хансу, если ты устал, можешь присоединиться.

Стаса сковало от ужаса, смущённости и неудобства одновременно. Не надо. Не надо! Атконец улыбнулся и прижал юного велайн к себе.

– Подожди немного. Я не всё ему показал. К тому же, моя каюта побольше будет, да и подушки у тебя твёрдые, хоть мягкий хвост можно будет подложить.

Шакал слегка поджал уши и этот самый хвост, а Стас молча пел дифирамбы синекожему, зная, что тот сейчас вполне может читать его мысли.

– Хорошо, – так же непринуждённо ответила лиса, – но постарайся не перегружать его. Он сегодня немало пережил и заслужил отдых.

– Конечно, капитан! – атконец помахал рукой и с Хансу в охапке отправился на мостик, к Вейле.

Дверь за ними закрылась.

– Это очень, очень странный день.

– Не драматизируй, всё прошло нормально, – Альма положила руку ему на плечо. – К тому же, Хансу оказался весьма полезным членом экипажа.

– Да, это хорошо, но… Мне нужно будет привыкнуть к нему.

– Не волнуйся насчёт этого. Всё же ты мог попасть и в гораздо более глупую ситуацию.

– М-да, спасибо за поддержку, конечно…

Альма плавным движением опустила руку с его плеча и прошла в каюту. Он – следом. Лиса подготовила кровать и выключила свет. Сейчас, в полной темноте, звёзды на экране виднелись отчётливо. На краю обзора надгробной плитой для когда-то погибшей звезды зеленела туманность. Красиво и тоскливо одновременно. Хотелось рассмотреть всё, что сумеет уловить глаз, но усталость брала своё. Стас скинул с себя лишнюю одежду и упал на кровать рядом с Альмой. Удивительно, как раскрепощённо она могла чувствовать себя рядом с тем, кого знает от силы несколько дней. А он всё смущался и старался отодвинуться как можно дальше к краю, опасаясь хоть как-то ей помешать.

– Хочешь упасть на пол? Вероятность этого высока, учитывая тенденцию последних дней.

– Что? А-а, да нет, всё будет нормально, – попытался оправдаться парень. – У меня много места.

– Чего ты боишься? Я не кусаюсь.

Он вспомнил её широкий зевок и сдержанно усмехнулся. Затем вспомнил когти, и весёлое настроение куда-то ушло.

– Хорошо, охотно верю.

Он подвинулся немного ближе, пытаясь подавить негативные мысли. Она друг. На этом точка.

– Извини, просто боюсь доставить тебе неудобства.

– А ты хочешь мне их доставить?

– Что?

– Ты хочешь доставить мне неудобства? – повторила лиса.

– Нет, что ты, конечно же нет…

Хорошо, что его смущения не видно за темнотой. Хотя, вероятнее всего, её звериные глаза вполне могли видеть даже ночью.

– Тогда почему ты думаешь об этом?

– Я… не знаю. Не знаю, как ты можешь отреагировать на мои действия. Ты прожила