Экстаз в изумрудах - Рене Бернард

И снова она проигнорировала сказанное.

— Вы были единственным ребенком у своих родителей?

— Да.

— Вы находились в Индии во время мятежа?

Он поморщился, и она услышала, как зашипел втянутый им сквозь зубы воздух.

— Это не слишком хорошая история, мисс Реншоу, иначе я рассказал бы.

— Тогда расскажите что-нибудь другое. Если я пообещаю больше не спрашивать об Индии и о том, что случилось там, что изменило вас столь резко, вы пообещаете рассказать мне правду о чем-нибудь другом?

— Возможно.

— Пожалуйста, расскажите мне правду о Шарлотте.

— Veritas vos liberabit? — Оттолкнув стул от стола, он встал. — Мне больше не нужна моя свобода, мисс Реншоу. И цена, которую вы хотите заставить меня заплатить, слишком высока.

— Доктор Уэст, пожалуйста!

— Нет, нет и нет, мисс Реншоу. Правда в данном случае никого не сделает свободным. Не залечит раны прошлого, не облегчит ваши решения. Если я лжец, тогда не все ли равно, что я скажу?

— Вы не лжец, мне не следовало это говорить.

— Вы решили ничего не рассказывать о себе и заметили, что мы не друзья. Так что, полагаю, я пользуюсь аналогичным правом, мисс Реншоу. И вы не смеете совать нос в дела, которые вас не касаются. А я волен держать призраки прошлого под замком.

И снова их перебил появившийся в дверях Картер.

— Еще одна записка, доктор.

— Бога ради! — Роуэн нетерпеливо пересек комнату. — Если в переписке с вами состоит мясник, мисс Рейшоу, нам, вероятно, придется пересмотреть правила этого дома!

— Она адресована вам, доктор Уэст.

Роуэн распечатал конверт и тотчас прочитал письмо.

Чтобы не съязвить, Гейл прикусила язык.

— Картер, передайте Тео, что мне нужна карета.

Он взглянул на нее. Буря в его глазах еще не улеглась.

— Когда вернусь, мы подробно обсудим «Пути распространения холеры» Сноу.

С этими словами он вышел.

— Все еще ненавидишь ее?

— Заткнись, Эш. — Роуэн е возрастающим подозрением разглядывал здорового на вид Эша. — Она моя ученица и находится у меня на службе. Скажи только, что тебе было нужно? Мне трудно поверить, что ты не приехал бы ко мне, если бы нуждался в порошке от головной боли.

— Это я виноват.

Сзади бесшумно появился Майкл, чему Роуэн не уставал изумляться. Майкл Радерфорд был настоящий исполин, и его талант материализоваться из пустоты не мог не пугать.

— Я рад, что ты приехал. Нам нужно было срочно собраться, и я знал, что только медицинский предлог окажется достаточно весомым, чтобы заставить тебя приехать без промедления.

— Грязный трюк. — Роуэн с чувством облегчения уронил на пол свой медицинский саквояж. — Но он сработал. Остальные тоже прибудут?

Майкл прошел к камину, чтобы согреть руки.

— Во всяком случае, Джозайя, но будем надеяться. Гейлен повез жену на праздники к родным, после чего он отправится на Рождество к графу Стэмфорду.

Эш встал из-за письменного стола.

— Вам налить что-нибудь выпить? — Не дождавшись ответа, он начал наполнять три бокала бренди. — Я не говорил тебе, что Кэролайн получила письмо от тетки, в котором та пишет, что в Штатах идут разговоры о гражданской войне?

— Война неизбежна, если они не изменят курс, — мрачно произнес Майкл.

Эш покачал головой:

— До войны дело не дойдет. Насколько я могу судить, американцев хлебом не корми — дай повздорить. Они будут ругаться с пеной у рта и подталкивать друг друга к краю пропасти, пока кто-нибудь не предложит компромисс.

— Речь идет о рабстве, Эш. Какой здесь может быть компромисс? — справился Роуэн.

— Мы отказались от него, не изменив своему привычному образу жизни. Американцы на Юге поймут моральную сторону вопроса и смирятся, вот увидите.

Эш раздал друзьям бокалы.

— В этом и состояла причина созыва? Не могу сказать, что не люблю политические дебаты… — Вынув руки из карманов, Роуэн взял бокал. — Но мне нужно возвращаться в лабораторию.

— Какая преданность науке! — усмехнулся Эш. — И божественная ученица, ожидающая твоего опытного наставничества, конечно, здесь ни при чем. Я сражен.

— Вот и я! — В дверь вошел Джозайя Гастингс. — Судя по тому, что написал Майкл, я думал, что у тебя, Эш, пожар. И уезжал в такой спешке, что не помню, закрыл ли парадную дверь!

Джозайя почти упал на длинную кушетку у стены, вытянул ноги и упер руки в бока. С небритым лицом и небрежно застегнутыми пуговицами рубашки он выглядел усталым и рассеянным.

— Почему мы не в особняке Уэста?

— Мы не можем всегда встречаться в библиотеке Роуэна, — вздохнул Майкл. — Я подумал, что будет разумнее на какое-то время сменить наше место встреч.

Едва Роуэн собрался осведомиться у Джозайи о его самочувствии, как Радерфорд поднял руку, словно призывал их импровизированное собрание к порядку.

— Джентльмены, произошло одно интересное событие, касающееся нас всех. — Майкл сделал жест в сторону Блэкуэлла, приглашая выступить вперед. — Покажи им, Эш.

— Сегодня пополудни я получил анонимное письмо. Его подсунули мне под дверь. Годвин положил его к обычной почте и подал вместе с другими карточками и письмами. Но оно тотчас привлекло мое внимание и… словом…

— Оно адресовано «Пресыщенным».

— Полагаю, это не любезное приглашение принять участие в рождественском собрании?

Эш твердо покачал головой:

— Категорически нет. Я послал за Майклом, подумав, что ему будет интересно на него взглянуть, и тогда Радерфорд немедленно созвал вас всех. Вот мы и собрались. Это определенно угроза.

— Тогда давайте послушаем, что там написано.

Джозайя тотчас выпрямился, прогнав безразличие, которое сменила тревога за друзей. С момента их побега из заточения в Индии они сознавали, что их жизни в опасности. Начиная с прямого нападения на Гейлена кто-то вел упорную охоту на «Пресыщенных» и старался причинить им зло.

Эш зачитал письмо вслух четким, ровным голосом:

— «Наше терпение на исходе. Совершенно очевидно, что она у вас, и хотя пока мы не знаем, у кого именно, выяснить это — вопрос времени. Отдайте священное сокровище, а все остальные украденные ценности можете оставить себе. Если до полнолуния не вернете ее, ваши ряды уменьшатся. Ждите знак и будьте готовы».

— Клянусь, первым моим желанием было выкинуть все на улицу, и пусть у другого болит голова на эту тему. — Роуэн выпил бренди одним залпом, словно хотел подчеркнуть свою искренность. — К черту украденные сокровища!

— Говори за себя! — быстро возразил Эш. — Тебе не нужно оказывать финансовую поддержку женскому колледжу!