Формула от смерти, или Наследник - Эмили Берент

Девушки сразу же схватили меня за руки, и повели в холл. Я тогда и не подумала о том, что облачена в повседневное платье, и что Отец будет недоволен, если узнает, что я ходила перед гостем в таком виде.

Не зря Мама всегда говорит мне, что я чересчур любопытна…

Он стоял спиной ко мне и разговаривал с Отцом. Они не заметили нашего появления. Увидев моего Отца, Сэнла и Голна мгновенно ретировались, оставив меня. Я стояла и смотрела на его спину, к которой прилипла мокрая белая рубашка.

И не могла отвести от него глаз…

Что-то в нем было, что заставило мое сердце замереть.

Я его совершенно не знала и даже толком не видела, но почему-то замерла на месте и смотрела на него, пока он, неожиданно, не обернул голову и посмотрел прямо на меня. Я вздрогнула и быстро отвела взгляд.

Мое лицо стало гореть, и это меня разозлило. Я подняла глаза и посмотрела прямо на него. Так мы стояли, как мне показалось, около минуты.

И я до сих пор не могу забыть его лица и выражения глаз.

Потом он резко отвернулся, а я убежала в свою комнату.

Мне до сих пор стыдно, что я вообще вышла на него смотреть. Но и забыть его я тоже не могу…

Глава 16

Так как мне никуда не хочется идти, возвращаюсь в свою комнату. В голове роются тысячи вопросов к Вальнару, и мне до сих пор хочется как-нибудь воспользоваться Даром ему назло, но слова Гевы останавливают меня.

Почему она так сказала? Почему сказала, что Вальнар заботится о мне как отец? У меня никогда не было отца, но я все равно видел, что их забота проявляется по-другому. А со мной Колдун возится только потому что я ему нужен.

Но если бы ему было бы пофиг на меня, то он так себя не вел бы – не поддерживал, не волновался…

Или я сам себе это придумал. Вальнар относится ко мне самым обычным образом.

И вот я снова взялся за свое…

Я думал, что уже давно прекратил искать в каждом прохожем своего отца. Но, видимо, эта проблема останется со мной навсегда. И даже если Гева что-то такое увидела, это не значит, что она права. Не надо на Вальнара перекидывать свои проблемы, связанные с отцом…

В конце концов, мне надоедает, не двигаясь, сидеть и думать об отце. Чтобы отвлечься, принимаюсь искать какой-то предмет в комнате, на котором мог бы потренироваться колдовству. Не найдя ничего подходящего, снимаю кроссовок, закидываю его в дальний угол комнаты и устремляю на него всё внимание.

Зрение обостряется – вижу кроссовок в малейших деталях. Даже замечаю остатки пепла на шнурках. Представляю, как он взлетает и врезается в дверь ванной комнаты.

Сначала по предмету проходит мелкая дрожь, и он делает всё, что я представил.

Круто! Никогда к этому не привыкну!

Особо не раздумывая, придумываю, что ещё может сделать кроссовок и заставляю его совершить это. То он взлетает на люстру и повисает на ней, то танцует по полу, то скачет от стены к стене…

В конце концов, я перепробовал всё, что мог. Я даже заставил его обратно одеться на мою ногу и завязать шнурки.

А Вальнар всё еще не явился, и приходить, похоже, не собирается…

Ну ладно, тогда пойду на улицу. Давно пора уже пролезть в этот мертвый город рядом с замком. Уверен, что там будет интереснее, чем здесь. Может, даже получится поднять при помощи телекинеза что-то тяжелее ботинка.

Поднимаюсь с кровати, чтобы исполнить задуманное, но как только встаю, голова кружится, тело наливается слабостью. Я не могу сдвинуться с места. Сажусь обратно на кровать, но слабость и головокружение не проходят. Закрываю глаза и, опёршись локтями о ноги, прячу лицо в ладонях.

Что опять случилось? Почему не проходит и дня без того, чтобы со мной ничего не приключилось?

Хочется усмехнуться, но не получается, мышцы лица не слушаются, меня как будто парализовало. Ощущение головокружения не проходит.

– Руслан? – голос Вальнара.

У меня даже нет сил, чтобы поднять головы или как-то среагировать на его появление. Чувствую, как он залазит ко мне в голову и читает мои мысли. Сейчас я даже чувствую его присутствие в моей голове, хотя раньше никогда не чувствовал.

– Чёрт! – Вальнар практически рычит и подходит ко мне.

Не знаю, что ему не понравилось, но в эту минуту мне совершенно плевать. Болит голова.

Колдун помогает мне лечь на кровать и, взяв моё запястье, измеряет пульс. Я же словно нахожусь наполовину в этом мире и наполовину в каком-то ином. В одно время чувствую прикосновения Вальнара, и в то же самое время не повелеваю своим телом и не могу думать о том, что важно в этот момент. Даже не знаю, что сейчас важно. Я всё время думаю не про то. И как-то это понимаю и в то же время не понимаю.

Последнее, что ощущаю – Колдун отпускает мою руку.

Инара

Вальнар только что был здесь. Он принёс тёмно-красную жидкость в небольшой золотой чаше. Я сразу поняла, что это кровь. Не его кровь. Людора. Я сразу заметила, как округлились глаза предателя и затем, как он поморщился, когда увидел чашу, будто вспомнил нечто плохое и болезненное для него.

Колдун сел перед Людором на корточки, взял его за руку и принялся что-то шептать. Он делал это так долго, что я уснула, хотя была напряжена с ног до головы. А может слова Вальнара ввели меня в сон, так как не только я заснула.

Не знаю, что меня разбудило. Я открыла глаза и увидела, как Вальнар, сделав надрез на руке Людора, держит её над чашей, пока кровь наполняет её до краёв. Бывший князь Секуавеллии сидел словно в трансе, ничего не понимая и не чувствуя.

Наполнив чашу, Колдун отпустил руку Людора, глаза бывшего князя тут же прояснились, он поморщился от боли. А Вальнар встал и, непонятно к кому из нас обращаясь, начал говорить:

– Теперь всё готово к ритуалу…

Неожиданно, что-то заставило его замолчать, он, словно к чему-то прислушиваясь, нахмурился. В одну секунду его выражение лица из торжества перешло в тревогу. А затем из его рук исчезла чаша, и потом исчез он сам.

Не знаю, что могло вызвать такое беспокойство в Вальнаре. Я никогда не видела, чтобы его лицо выражало что-то, кроме злорадства, злости или усмешки.

Что может его настолько заботить?

Руслан.

Точно, это Руслан!

Неужели с ним что-то случилось?

Теперь уже я начинаю беспокоиться. От волнения я совершенно забываю случившемся несколько минут назад. Начинаю ходить по комнате от стены к стене. От распирающих меня изнутри эмоций, не знаю куда деться.

Я не могу выйти из комнаты, не могу