Разрушитель судеб - Виктория Авеярд

образом, где стоит Эйда, он обернулся к ней лицом. – Теперь душа часть Его, нет связи, чтобы ее оборвать, вот в чем беда.

– Я думал, Древним известно все на свете, – проворчал один из вождей. Он потянул за заплетенную в косы рыжую бороду. Его запястье обвивала татуировка в виде зубчатой горной гряды.

Эйда смотрела на вождя так, словно тот был насекомым.

– Нам неведомы глубины зла, направляющие руку Того, Кто Ждет или наполняющие смертное сердце Таристана.

– И все же вы повели Ирлу на смерть, – взревел рыжебородый.

Эндри поспешно встал между ними, чтобы леди Ковалинна не разрезала джидийского вождя пополам.

– Ирла ответила на зов первой и проявила необычайную доблесть, – резким голосом сказал Эндри и согнул спину в благодарном поклоне. Он подумал о выживших представителях клана. Их было около дюжины, и все они сейчас бродили по Гальду.

Одна из вождей склонила седовласую голову. На ее плечи была накинута белая волчья шкура.

– Это правда, – проговорила она, бросив в сторону рыжебородого сердитый взгляд. – Мы будем помнить об их жертве.

Рыжебородый проигнорировал ее слова и, не спуская глаз с Эндри, сделал шаг к нему. Его губы скривились в подобии презрительной усмешки, обнажая желтые зубы.

– Ты забрался далеко от дома, – сказал он, осмотрев Эндри с ног до головы. – Хоть внешностью ты и похож на наших южных братьев, говоришь так же, как завоеватели. Так же, как псы Зеленой королевы.

Зеленая королева. Эндри нахмурился, мысленно проклиная Эриду.

– Я родился во дворце Аскала и был галлийским оруженосцем, – ответил он ровным голосом, эхом отразившимся от стропильных балок. – Я проходил обучение, чтобы стать рыцарем.

Несколько вождей, включая рыжебородого, негодующе зашипели.

Эндри никак не отреагировал на их вспышку гнева.

– Но все это осталось в прошлом, милорды, – продолжил он, чеканя каждое слово. – Еще будучи ребенком, я узнал про летние набеги. На северном побережье Галланда, да и в Джидаштерне тоже, вас боялись как чумы. Джидийцы приплывали под покровом ночи и увозили с собой все, что можно было забрать. Они оставляли позади лишь мертвые тела и сожженные города.

Стоявший перед ним рыжебородый вождь выпятил грудь от гордости. Для джидийцев набеги были не только способом выжить, но и многовековой традицией.

– Сначала я вас боялся, – признался Эндри. – Потом мечтал отразить ваши набеги мечом, защитить север и принести мир на берега Зоркого моря. Я хотел служить своей королеве и ее стране.

Эндри не владел искусством красноречия, но знал толк в честности. Он с легкостью рассказывал джидийцам о своем прошлом, надеясь, что они смогут лучше понять текущие тяжелые обстоятельства.

– Теперь я хожу по вашим улицам и молю вас о помощи. – Он выдержал строгий взгляд рыжебородого вождя, ожидая, что тот снова зашипит в ответ. – Все мы, несмотря на наши различия и многолетние обиды. Вот насколько велико наше отчаяние.

К облегчению Эндри, рыжебородый не стал спорить.

– Джидаштерн сгорел, – продолжил он, никак не смягчая горькую правду. – Это уже не исправить. Но мы можем двигаться вперед…

Женщина-вождь, плечи которой укрывала белая шкура, подняла бледную руку. Ее пальцы были искривлены: видимо, испытали на своем веку не меньше дюжины переломов.

– Побереги силы, Синяя Звезда, – проговорила она, прерывая его речь.

«Синяя Звезда».

Эндри опустил взгляд на свою тунику, наброшенную поверх кольчуги. Герб его отца по-прежнему оставался там, в районе сердца. На ткани каким-то чудом все еще держалась потрепанная звезда. Темно-синяя, как сумеречное небо. «Как глаза моего отца», – подумал Эндри, пытаясь удержать перед мысленным взором лицо, которое едва помнил.

Почти не дыша, он посмотрел на женщину-вождя.

Подобно Вальтик, она лишь пожала плечами.

– Джидийцев не нужно убеждать, – сказала она. – Мы предвидели раскол этого мира задолго до того, как ваши короли и бессмертные потрудились его заметить. Именно по этой причине мы и собрались в Гальде. Чтобы подготовиться. А затем – принять бой.

Эндри ошеломленно моргнул. Слова из воодушевляющей речи замерли на его губах. Он опустил плечи и согнулся в спине, словно из него выпустили воздух.

– О, – пробормотал он. – Хорошо. Отлично.

Стоявший за алтарем незрячий жрец приподнял голову. В его волосы, как и у Вальтик, были вплетены лепестки лаванды.

– Роза Древнего Кора не почила в огне? – спросил он. – Есть ли смысл сражаться на этой войне?

Его усталый голос разнесся по храму.

Роза Древнего Кора. Хотя никто не произнес этого вслух, Эндри услышал ее имя. «Корэйн», – молвило пугающее призрачное эхо, отражаясь ото всех резных колонн до единой.

Однажды Эндри спросил у Вальтик, жива ли Корэйн, но ведьма тогда отказалась ответить. Ему было так страшно, что спрашивать второй раз он не решился.

Когда Вальтик хихикнула, Эндри, изумленно округлив глаза, обернулся к ней только для того, чтобы увидеть, как ведьма радостно вскидывает руки в воздух.

– Ее путь земной продолжается, – легкомысленно произнесла Вальтик, словно речь шла о погоде. – Пред ней тропа судьбы извивается.

Колени Эндри подкосились, а земля под его ногами дала крен. Ему хотелось рассмеяться и заплакать одновременно. Он схватил ведьму за плечи, но та снова захихикала. Поле зрения Эндри сузилось, и он видел лишь стоящую перед ним пожилую женщину, чьи голубые, как молния, глаза грозили затянуть его в свой омут.

Кто-то схватил Эндри за плечо, но он легко стряхнул с себя чужую руку.

– Вальтик, все это время ты знала? – спросил он, буравя ее взглядом. – И ничего не сказала мне, не ответила?

– Для всего на свете нужно подобрать момент, – ответила она, погладив его по щеке. – И чтобы мир спасать, и чтоб монархов свергать.

Чья-то рука снова опустила на плечо Эндри. Он попытался стряхнуть ее, но потерпел неудачу. Железную хватку Древней было не так-то просто ослабить.

Позади Эндри возвышалась Эйда, и в ее глазах читалось предостережение.

Его зрение тут же обострилось. Эндри увидел, что ведьмы и колдуны собрались у алтаря, готовые встать на защиту одной из них. Рыжебородый вождь водил пальцем по лезвию топора, откровенно ему угрожая.

Сделав глубокий вдох, Эндри ослабил хватку. Вальтик еще раз хихикнула и высвободилась из рук, оставив его приходить в себя. Множество эмоций боролись друг с другом в сознании Эндри, но все они вертелись вокруг одной лишь мысли.

«Корэйн жива».

– Ты сказала, что тропа судьбы извивается перед ней, – ровным голосом произнесла Эйда, обращаясь к Вальтик. – Ты можешь подсказать, куда ведет ее путь?

Ведьма медленно покружилась на месте, изучая сводчатый потолок.

– Вы и сами стоите на нем. Факелы ваши уже горят огнем.

Эндри едва поборол новую волну раздражения.

– Если ее путь совпадает с нашим, значит, догадка об Айоне верна, – резко