Подземка - Дмитрий Дашко

— Простите, — бросил я, направившись дальше, впрочем, извинения были излишне.

Северный тоннель был полностью погружен во тьму: ни одного фонаря, ни одной самой захудалой лампочки не светились в этой мрачной «слепой кишке» мира, под названием метро. Осторожно двигаясь, чтобы не дай Бог не сломать себе чего-нибудь, или не угодить в какую яму, я готовился к худшему — в таких условиях волей-неволей становишься пессимистом. Но, выбирать не приходилось — Лило была в беде, и каждая минута промедления с моей стороны могла стоить ей жизни. Самое мерзкое, что я толком не знал чем смогу помочь. Оставалось только упрямо двигаться вперед, доверяясь

Провидению и очередному неизвестному плану девушки. Как это уже было в прошлом — в его содержание она меня не посвятила. Кажется, я уже начинал привыкать к этому.

Протопав приличное расстояние, я очутился на небольшой развилке. Тускло выделяя окружающий мир, светился плафон дежурного освещения. Но и этого было достаточно, что бы заметить — один из туннелей не соответствовал стандартам метро, а являлся аппендиксом к основному. Вероятно, раньше он служил для неких служебных целей, затем, был наглухо замурован и забыт. Сейчас же каменная кладка была проломлена и, судя по тому, что под ногами до сих пор валялись куски кирпича — сотворили это не так давно.

Я остановился в надежде снова услышать зов спутницы, но она молчала или не могла пробиться сквозь разлитую в пространстве чужую ауру, полную дикой злобы. Чей-то извращённый мозг навязывал свою волю, диктовал условия, требовал, требовал, требовал… Пока что мне удавалось с этим бороться, инородная сила, которая тщилась подчинить себе всех и поставить на колени, со мной не справлялась.

Вдруг что-то изменилось, а что именно, я не сообразил сразу. Кто-то словно снял с головы сдавливавший дотоле обруч. И сразу с плеч будто свалился мешок цемента. Мне стало легко и хорошо.

Куда пойти, куда податься?

Шестым чувством я понял, что нахожусь у цели. Логово гарпии где-то рядом, в нескольких шагах. Немного смущал факт, что я не ощущал, как раньше, чужого воздействия на сознание, и охраны рядом тоже не наблюдалось. Странно.

Только вспомнив разговор с Лило, я не задумываясь шагнул в темноту пролома, надеясь, что ей все же виднее, как поступать дальше.

Идти приходилось в темноте. Под ногами что-то противно хрустело, и в воздухе висел отвратительный, тяжелый запах разложения. Меня начало мутить, тошнота подкатила к горлу, но я сдержался и продолжил движение. Желудок успею опорожнить в другом более подходящем месте.

Вскоре, стены коридора стали сужаться, это я скорее почувствовал, чем заметил. Зловонный дух усилился, атмосфера накалилась до предела — я был близок к цели.

Впереди замаячил слабый свет. Я немного притормозил, ожидая какого либо подвоха. Пошагал медленно и осторожно, но лишь когда очутился в небольшой комнате, или вернее в коридоре, раздавшимся в разные стороны, кое-что произошло.

На первый взгляд ничего ужасного: в центре, освещенная тусклыми лучами единственной лампочки, стояла Лило. Я внимательно осмотрел помещение. Больше никого, только она.

Я бросился к девушке, но когда, подойдя ближе, заглянул в ее прекрасные глаза, и не увидел в них никаких эмоций, жутко растерялся.

— Что с тобой?! — в отчаянии спросил я, предполагая, что она попала в цепкие сети мутанта-гипнотизера.

Но, девушка не ответила. Чей-то чужой, властный голос прозвучал в моей голове, заставив замереть, парализовав чувства и волю.

«Не стоит сопротивляться, — увещевал он. — Подчинись, будь моим!»

Тело, доселе послушное, словно отключилось: как я не пытался, но так и не смог двинуть ни рукой, ни ногой.

Только остатки воли заставили пошевелиться окостеневший язык:

— Что ты за тварь?

«Я — то, чего всегда недоставало людям, — прозвучало в сознании. — Я — мир и спокойствие, защита от разных бед».

— Ложь.

«Ты ошибаешься, человек. Ложь придумывают сами люди, не осознавая, что это самообман. Вы привыкли обманывать себя, придумав тысячи способов для этого».

Я стоял посреди комнаты, не в силах больше сопротивляться. Лило, все еще оставалась без движения, и уже казалось, что она мертва. От этих мыслей, мне сделалось невыносимо тоскливо, мысленно я стал прощаться с жизнью.

Тварь, срывающаяся где-то во тьме, почувствовала это. Волна удовлетворения и некой радости, не свойственной человеку, окатила меня словно волна зловонной жижи из прорванной канализации. И я почувствовал, что «оно» приближается.

Из темноты выплыло белесое создание. Чтобы разглядеть её толком, мне пришлось сфокусировать свой взгляд, а это было отнюдь непросто. Тело практически не подчинялось мне, было не моим.

Кто же ты такая, дрянь? Откуда взялась на нашу голову, из какой клоаки вынырнула? На первый взгляд она ничем не отличалась от обычных гарпий, которыми кишмя кишит поверхность, вот только со шкурой цвета перистых облаков, кое-где запачканных пылью. Гарпия-альбинос, белобрысая сволочь. Как же я тебя ненавижу!

Ее кроваво-красные глаза пристально смотрели на меня, и не было сил сопротивляться этому взгляду. Я уже принялся прощаться со всеми, кто меня знал, любил и помнил. Прощаться и простить прощения. Совсем скоро от меня прежнего не останется ничего, в лучшем случаю буду куклой на верёвочкой, у которой нет ничего, кроме Хозяина.

В тот момент я не мог оценить степень опасности, исходящей от нее, только пытался сообразить — зачем вообще тут очутился? Стоило ли идти на зов спутницы, не лучше ли было уйти прочь, когда ещё оставалось возможность?

Наверное, я представлял собой жалкое и противное зрелище впавшего в полную панику существа, некогда считавшего себя человеком.

Где-то в глубине сознания, промелькнула мысль о том, что некогда, мы уже встречались с этой тварью. Словно в подтверждение моих предположений, гарпия медленно двинулась в мою сторону, прихрамывая на правую лапу и волоча подбитое крыло. Я вздрогнул от нахлынувших воспоминаний. Неужели это она утащила Кораблева, и это она все же была подстрелена Ботвинником? Если да, жаль что не до конца, иначе, скольких проблем удалось бы избежать.

Паника вдруг сменилась ненавистью. Теперь я весь пылал злобой, и белесая скотина определённо это почувствовала. Сдаётся мне, что на какую-то долю секунды она даже осклабилась. Скотина игралась с нами как кошка с мышкой. Ей доставляли удовольствие чужие муки. А моя ненависть лишь возбуждала в ней предвкушение. Так гурман реагирует на запах готовящегося блюда. А гарпия тащилась от флюид моей злости.

Ты зол, но беспомощен, словно говорила она. Ты весь в моей власти. Был бы рад убить меня, но у тебя ничего не выйдет.

Она напрочь забыла о том, что ещё недавно обещала нам мир и спокойствие. Ей уже не было смысла нам лгать, гарпия приоткрыла карты, и на всех них нанесено только одно — смерть. Это она могла гарантировать нам на все сто процентов.

Тварь приближалась, а я стоял, словно статуя, и понуро рассматривал валявшийся мусор под ногами. Только теперь почему-то, заметил, что весь пол был усеян человеческими костями и обрывками старой одежды. Меня передернуло от омерзения. Сколько жизней загубило это исчадие ада? И самое печальное, что вскоре в их числе окажутся и наши с Лило.

Неожиданно за спиной гарпии я заметил какое-то движение. Это была Лило. Она кивнула мне. Я остолбенел: все это время девушка притворялась, что находится под властью альбиноса.

Она подмигнула мне, и, подняв с земли кусок телефонного кабеля, набросила на шею твари. Та даже не сопротивлялась, видимо не ожидала подвоха со стороны потенциальной кандидатки на обеденное блюдо. Видимо, за время тотальной власти, чувство самосохранения у гарпии несколько притупилось.

Да уж, излишняя самонадеянность никогда до добра не доводила. Я видел, как сильно напряглась девушка, затягивая петлю на шее жертвы, но не мог ей ничем помочь, все еще находясь в ступоре. Но, вскоре гарпия начала сопротивляться, и Лило уже с трудом удерживала петлю. Словно в замедленном кино, я видел, как шевелятся губы на ее напряженном лице, пытаясь что-то сказать.

— Чего стоишь? — как сквозь вату, донесся крик. — Очнись же!

Но я не мог прийти ей на помощь.

Девушка удвоила усилия. Не знаю, как ей это удалось, но почти сразу гарпия захрипела, высунула длинный красный язык. Будто разряд пробежал по мне, снова принося лёгкость и избавляя от свинцовой тяжести в членах. Я ощутил, что тело вновь послушно мне, руки и ноги целиком в моей власти. Тварь потеряла надо мной контроль. Я подскочил к девушке и, схватившись за один конец провода, стал сильно тянуть. Вскоре, дело было сделано — задушенная гарпия обмякла и кулем свалилась на пол.

— Вот и все, — с трудом произнесла Лило, тяжело дыша от перенесенного напряжения.