Уроки, Которые не Выучивают Никогда - Роберт Дж. Хейс

и уставились на нас, как будто увидеть землянина, разгуливающего по городу, было такой же редкостью, как аббана с крыльями. Пахты внешне похожи на кошек, хотя я по опыту знаю, что так их называть не стоит. Это считается оскорблением, независимо от того, насколько точным может быть мнение большинства землян. У них кошачья морда и кошачий мех, но, стоя на двух ногах, они такие же высокие, как я. Я думаю, что, возможно, слишком пристально смотрела на них; взрослый быстро собрал детей и увел их прочь.

Никто из тех, кто наблюдал за нами, не сделал попытки приблизиться, но мертвая тишина, которая нас окружала, была более чем угрожающей.

— Что происходит? — спросила я. — Они наверняка видели землян раньше?

Имико пожала плечами:

— Может, и нет. Одна вещь, которую вы скоро узнаете о Ро'шане, заключается в том, что землян на самом деле не так уж много, а те, кто есть, обычно не могут выходить из доков, где они торгуют, а затем уезжают.

— Почему?

— Из-за Террелана. — Голос Хардта прозвучал печально. — Из-за таких людей, как я и Изен, и из-за того, что нам было приказано делать.

Внизу, в разрушенном городе, Хардт признался, что когда-то они с Изеном были пиратами, которым Терреланская империя приказала брать на абордаж корабли других рас, красть все, что можно, и не оставлять в живых никого, кто мог бы рассказать об этом. Проблема, как я обнаружила, заключается в том, что, сколько бы свидетелей ни осталось в живых, история всегда будет известна. Особенно это касается зверств, а Хардт совершил их почти столько же, сколько и я. Интересно, они так же тяжело лежат на его совести, как на моей? Держу пари, Хардт тащит свою вину за собой и носит ее, как петлю на собственной шее.

— Нам, наверное, лучше уйти. — Голос Имико прозвучал немного обеспокоенно. Я тогда подумала, что она глупая, и мысленно посмеялась над ней. — Может быть, стоит вернуться в лес. Я думаю, совершенно очевидно, что мы здесь нелегально.

— Из чего сделаны эти здания? — Я проигнорировала Имико и подошла к ближайшему зданию, но тут один из таренов, сидевших на нем, спрыгнул на землю и встал перед ним, глядя на меня без глаз.

— Назад, — рявкнул маленький тарен высоким голосом с акцентом, который я никогда раньше не слышала.

Я могла бы рассердиться на этот приказ, но любопытство взяло верх. Я освободилась от поддержки Тамуры и сделала еще один шаг вперед. «Из чего сделаны здания?» — спросила я тарена.

Рядом с первым приземлился еще один тарен, и, подняв голову, я увидела еще троих, застывших в позах на соседней крыше. Они не казались опасными, пока не открыли пасти, обнажив два ряда острых зубов. Признаюсь, я отступила на шаг, осторожность наконец взяла верх над любопытством.

— Это просто вопрос. — В жизни бывают моменты, когда впечатление уступает место реальности. Я смотрела на Ро'шан как на чудо, диковинку, нечто новое, о существовании чего я даже не подозревала. Я видел в таренах безобидных существ, покорно присматривающих за городом. Но для них Ро'шан не был каким-то зрелищем, это был их дом, а я была чужаком и землянином. Для них я была опасна. Я думаю, что осознание этого в какой-то степени затмило для меня Ро'шан.

— Эска, я думаю, Имико права. Нам пора идти. — Хардт всегда был голосом разума. К сожалению, я не очень-то умею отступать.

— Я уйду, когда они ответят на мой вопрос. — Я смерила тарена тяжелым взглядом. У меня всегда был довольно пронзительный взгляд, дикая напряженность в сочетании с глазами цвета голубого льда. Однако, каким бы пристальным ни был взгляд, он в совершенно бесполезен для существа, которое не видит.

Хардт положил свою большую руку мне на плечо. Он не хотел меня обидеть, но я поморщилась от боли. Он мягко отвел меня подальше от места столкновения, и у меня не было сил сопротивляться. Тут я заметила, что вокруг нас собралась большая толпа. Без сомнения, жители ближайших домов Ро'шана посчитали меня просто еще одним жителем Террелана. В конце концов, я была на грани того, чтобы из-за такого пустяка затеять драку с таренами, с которыми только что познакомилась. Как я уже говорила, обычно я произвожу на других не самое лучшее первое впечатление. Как правило. Назовем это одним из моих многочисленных недостатков.

Хардт хватался за ребра, когда оттаскивал меня, и я думаю, мы поддерживали друг друга, пока шли по этой улице дальше, в самое сердце Ро'шана. Бой с Хорралейном отнял у него больше сил, чем он хотел признать, и наше испытание на великой цепи было далеко не легким. Правда заключалась в том, что все мы были невыразимо уставшими и грязными после нашего восхождения. Я не думаю, что мы привлекали столько внимания потому, что были землянами: просто мы выглядели как бродяги и наш взъерошенный вид вызывал у жителей инстинктивный страх. Детей убирали с нашего пути, а торговцы с опаской поглядывали на свои товары. Думаю, я бы разозлилась на них на это, но у меня просто не было сил злиться. Мои оставшиеся силы уходили на то, чтобы переставлять ноги.

Город промелькнул как в тумане, но я помню фрагменты нашего первого утра там. Тарены усердно убирали здания, остальные занимались повседневными делами городской жизни вместе с пахтами и даже несколькими землянами. Несмотря на все свое величие и чудеса, Ро'шан — такой же город, как и любой другой. В нем есть мясники и пекари, кузнецы и резчики по дереву, городская стража и воры, которым есть чем заняться. Мы видели, как играют дети, а другие учатся ремеслам своих родителей. Мы видели, как жители смеялись вместе с другими, коротали день за трудоемкими делами или прятались от солнца, чтобы выпить прохладительный напиток в тени таверны. Город, похожий на любой другой, хотя, возможно, немного более космополитичный, чем большинство других. Я даже мельком увидела гарна, когда мы брели дальше по городу без всякой цели. Огромное неуклюжее существо, скользящее по земле, как змея. Гарны — опасные существа, но при этом невероятно вежливые. Если, конечно, ты не другой гарн; в этом случае они так же вероятно разрежут тебя пополам, как и пожелают доброго утра. Я полагаю, мир должен быть благодарен гарнам за то, что они постоянно воюют друг с другом, иначе они бы захватили нас в течение нескольких месяцев. Они размножаются в огромных количествах и имеют привычку восстанавливаться после ран, вместо того чтобы умирать.