Хозяин - В. Коростелев

– Ты это дело брось, – нахмурился я. – У нас скоро мужиков не меньше, чем женщин, будет, так что опять драки из-за баб пойдут, даже если сами девки вполне согласны, ни в какую больше одной жены на семейного мужика. Будут выступать – лишим надела, и пускай в Полис топают. А на нашей земле смутьянам делать нечего… Я собрался с мыслями и спросил уже про другое: – Ну а как с питанием, с добычей соли?

Оказалось, что уже намыто более тридцати мешков соли, еды до нового урожая тоже хватит, по огородам зелень разная поперла в полный рост, редиска, укроп и прочая петрушка с общественного стола не переводится.

– К осени эти общественные столы отменим. Придется урожай в этом году делить на всех поровну, а наделы по количеству человек в семье, но нужно сразу отметить наиболее работящих, выделить им земли на четверть больше, чем работавшим спустя рукава, да при дележе – четверть урожая в мою казну.

– А как быть с плотниками, кузнецами, кожевенных дел мастерами? Им тоже наделы?

– Выделим им половинные наделы на огороды, ну чтоб семьи справились, а остальное я потом объясню, вот только в город съездим… Не боись, Иван Семеныч, ремесленники у нас внакладе не останутся, как и охотникам за излишек добычи оплачивать найдем чем. Ты сейчас Юру с Митькой найди, пускай сюда идут.

Приятели появились минут через двадцать, перемазанные в саже или еще черт-те в чем. Оказывается, Юра соорудил токарный станок, на ножной тяге. Ребята долго объясняли мне про ременные передачи, плечо силы и прочие шестерни, так я ничего не понял, ну чем бы дите ни тешилось, лишь бы не плакало.

Я внимательно выслушал их восторженный лепет и, когда шум по поводу запуска аппарата слегка приутих, начал говорить:

– Юра, ты разрабатывай свою технику дальше, вон мельницу надо проверить, к помолу зерна подготовить, а мы с Митькой и Сапером в Полис подадимся, надо с Пауком разделываться, пока он не очухался.

Вечер встретили втроем, ребятам было неудобно бежать по домам к своим подругам, и мы баловались чайком и трепались на разные темы.

– Вот скажи, химик, для чего нам нужен этот токарный станок, когда всякую железку без особой обработки можно подобрать в нашем хранилище?

– Ну да, – усмехнулся Юра, – не всякую железку. Да и потом, закончатся запасы лет через двадцать, и оружие из строя выйдет, уже при наших внуках, и из чего стрелять в мутантную сволочь будем, из луков? Надо развивать свою промышленность, мы и так опаздываем, оружие придет в негодность быстрее, чем мы сможем создать хоть какое-то подобие образцов промышленности средины девятнадцатого века. Тем более, мы сильно ограничены в человеческих ресурсах: у нас нет школ, где можно людей обучить ремеслам, наши дети будут более безграмотны, чем мы. Но если мы приложим усилия в установлении твердого порядка, с надежной защитой от посягательств извне, тогда к нам народ даже из Полиса потянется.

Я задумчиво почесал свою еще не окрепшую бороденку.

– Люди, люди, где ж их взять? Может, рабов на соль в Полисе обменяем? А, кстати, как они в рабы-то попадают в Полисе, ну бабы понятно, зазевалась в темном переулке и поймали, а взрослые мужики, они ведь производят продукцию для хозяев территорий?

– Да тоже отлавливают понемногу «дикие», продают в дальних районах Полиса, а чужие хозяева тоже не дураки, скупают потихоньку, хотя меж них и есть соглашение о запрещении торговли рабами по районам – только на центральном рынке. У Калитников продают задолжавших, нанесших вред хозяину или деревенских, захваченных в набегах.

– Выходит, и мы попадаем под это определение, – нанесли вред Пауку, – сказал я усмехнувшись.

– Нет, мы попадаем уже под определение личных врагов Паука, и, если кто в городе нас опознает, публичной пытки нам не миновать. Так, пару часов на колу с содранной кожей повисишь, если, не дай бог, выдержишь столько…

– Хорошая перспектива, спасибо Юра, утешил перед дорогой.

Интересно, Паук уже знает о провале операции, в которой погибла куча его бойцов?

Нет, Владимир Сергеевич еще не знал, что хитроумная операция по захвату Арсенала, была полностью провалена. Случайно выживших в этой мясорубке рейдеров, а их осталось всего трое, не очень тянуло повидаться с главою службы безопасности: бойцы просто знали, как с ними поступят, случись им принести весть о разгроме, и они отсиживались в пригороде Полиса, где у одного из них проживала зазноба.

Паук не сомневался в успехе. После первой неудачи, когда его группа из тридцати человек нахрапом попыталась захватить Арсенал и была полностью уничтожена, Паук не очень расстроился. Теперь на поимку хуторского старосты он выделил большую группу очень опытных бойцов, тертых жизнью, прошедших через многочисленные стычки в борьбе за место под солнцем, отменных охотников на рабов. Он сам разрабатывал операцию. Исходя из простой логики, что все внимание сельских жителей будет направлено на защиту своей местности со стороны тракта, где и будет произведен отвлекающий маневр с обменом Васьки Быка на фальшивую карту. А в том, что карта будет фальшивой, Паук не сомневался. В это время вторая группа скрытно должна была захватить хутор. Во главе всей операции он поставил двух своих сыновей. Своих наследников, для которых и старался подмять под себя весь Полис. Но жизнь внесла свои коррективы, сельские увальни обыграли изощренного в составлении комбинационной игры владетеля территории. Владимир Сергеевич не знал, что его сыновья уже обглоданы зверьем, а их души предстали перед Создателем.

Беспокоиться Пауку было не от чего. На всю операцию, по его расчетам, отводилось никак не менее десяти дней. А еще могли возникнуть мелкие накладки. Все же местность не совсем знакомая. Староста при нападении мог спрятаться в лесном массиве, откуда его могли извлечь только с помощью заложников, взятых с хутора. А потом еще сыновьям предстояло дойти до Арсенала, разобраться с доставшимся им богатством, перегнать партию рабов в Полис…

Нет, Владимир Сергеевич не был жестоким маньяком по природе и неразумно уничтожать доставшийся людской материал совсем не собирался. А в том, что сельские жители попадут к нему в руки, он не сомневался.

Чтобы стать владетелем территории в Полисе, Владимиру Сергеевичу пришлось проделать немалый путь. Начинал он свою карьеру в структуре, занимающейся охраной первых лиц государства, еще до катастрофы. В день, когда случился апокалипсис, Паук дежурил в подземном бункере, мелкая сошка, про него все забыли! Собственно, и вспоминать о нем было некому. По расчетам компьютерной программы, самым безопасным местом на планете в случае астероидной угрозы, когда неизвестна траектория падения небесного тела, считалось воздушное пространство. Да, воздушная волна и электромагнитные излучения могли повлиять на воздушную среду. Но самолеты первых лиц государств, считались сверхнадежными и… упали на землю, точно так же, как и воздушные аппараты, предназначенные для простого люда. Так и погибли те, кого охранял молодой Володя, а он выжил, выжил за счет того, что не поддался панике в задымленном от взрыва генератора бункере. Он выбрался через пролом в бетонной стене на третий день после катастрофы и начал жить в другом мире. Первое время ему приходилось убивать, для того чтобы достать себе еду. Потом из одиночки он превратился в главаря банды, промышляющей на обломках рухнувшего города. Одно время он вместе со своими соратниками жил в сельской местности, пережидая, когда пройдет волна эпидемий, поразившая остатки населения Полиса. А затем вернулся в родной город, утвердившись на месте как владелец территории. Немало крови пролил удачливый Володя прежде, чем добился своего места. А теперь с помощью оружия из чудом сохранившегося Арсенала Паук предполагал захватить власть во всем Полисе. Нет, он давно мог перестрелять всех владельцев территорий, опытные киллеры у него в команде водились. Но убийство лидеров не предполагало полной смены руководства, у каждого владельца имелись заместители, которые, просто так свое место не освободят. Поэтому Паук с помощью превосходства в вооружении хотел развязать в Полисе серьезную войну. О том, что в мире существуют два таких приятеля, как Митька и Степан, он даже не догадывался, Ваську бог миловал, и в бреду он не проговорился о наличии у него взрослого сына…

Несмотря на перспективу быть опознанными как личные враги Паука, мы все же собрались в путь. Три повозки, нагруженные солью, провизией и кое-каким оружием, выехали из села. По дороге, правда, я заскочил ненадолго домой – переодеться, домашних харчей прихватить, ну и жену потискать, чтоб помнила мужика своего.

Дорога, дорога… за неполных три месяца, я уже наездил с Вороном, по маршруту хутор – тракт, наверное больше, чем со всеми лошадьми, с которыми был лично знаком в своей жизни. Собственно, и жизнь моя поменялась полностью с той первой стычки с совхозными…