Я буду помнить этот мир (СИ) - "Mingrih"

/Олла явно что-то скрывала. Она судорожно перебирала уголки на грязной тряпочке. Смотря то на Арэдель, то на меня, она давала понять, что мне тут точно не рады. Ну что же, да будет так. Просто пойду на встречу с подчиненными и прикреплю к Арэдель наблюдение.

— Олла, а где Антон? Он у себя? — спросила я, стараясь держать добродушную улыбку.

— Нет, его тут нет… — немного замялась и продолжила, уже смотря в глаза Арэдель — он ушел на охоту. Вроде как обещал оленя принести.

— А Горт и Дэвид? Арэдель сказала, что её муж у Горта.

— Горт болен. Дэвид его проведывает, а жену посылал за лекарствами… для Горта.

/Ох уж эти паузы… Она явно врет, даже покраснела. Но доказательств пока нет, как и причин не верить, но верить нечему.

— Тогда до завтра?

— Да, до завтра.

Я развернулась в сторону выхода и пошла к двери. Приоткрыв дверь, я повернула голову в направлении Оллы.

— Олла, как придет Антон, пусть меня найдет. Он знает где я живу.

Открыв дверь харчевни, я шагнула на улицу. Настроение испортилось сразу, как услышала о том, что его нет в харчевне. — Антона нет, возможно он и в правду в лес пошел, но не думаю, что Олла мне всю правду рассказала, но это уже её проблема, а мне свои проблемы решать нужно.

— Жалко, что Антона не увидела — на выдохе сказала я.

Взбодрив себя, шлепнув несколько раз по щекам ладошками, Кэттерин выдвинулась в сторону конспиративного дома, где её ожидали подчиненные. Ей хотелось скорее окунуться в работу, так время пройдет быстрее, да и голову надо занять чем-то кроме Антона.

Минуя несколько проулков, Кэттерин вышла на старый купеческий дом, оставленный на дворянские нужды в виду ненадобности и щедрости. Купец давно переехал в столицу, а о своей недвижимости решил избавиться в счет погашения всех налогов. Дом был из хорошего дуба, двухэтажный особняк выделялся красивыми гобеленами эльфийской работы, сделанных из цветной мозаики и мансардой, заставленной цветущими цветами-хамелеонами. Его расположение было настолько удачным, что по началу собирались основать тут службу глашатаев, но из-за их упразднения, и дальнейшего ввода магических сообщений и обучению элементарной магии населения здание все же отдали службе надзора и шпионажа.

Вступив на порог дома, Кэттерин убедилась, что её некто не видит, и только тогда открыла дверь секретнымключом, позволяющим открыть двери в этом доме, не включая тревогу.

На первом этаже как всегда тихо, пусто и мрачно. В виду экономии магической энергии, свет был только в тех комнатах, где находились сотрудники. Сейчас-же, свет от магических светильников выбивался из-под двери на втором этаже. Комната была защищена барьером тишины, не позволяющим услышать все то, что там происходило.

Войдя в комнату на втором этаже, Кэттерин привлекла внимание своих подчиненных.

— Оп-па! Леди Кэттерин! А вам идет! — высказал своё мнение капитан шпионов, осматривая хитрыми глазами свою начальницу снизу-вверх.

Комната была не большой и немного вытянутой, из-за чего Кэттерин была на виду у всех. Вдоль стенки, свободной от старых картин, оставивших после себя четкие контуры пыли, стояли широкие кожаные диванчики и кресла, по середине комнаты стоял стул, к которому был привязан не высокий человек с мешком на голове.

Кэттерин подошла к одному из диванчиков, аккуратно положив на него корзинку.

— Прошу без фамильярностей. Это не ваш профиль, капитан Глесс. Лучше доложите о ситуации.

Капитан сделал несколько шагов в сторону сидевшего, и сделал пасс рукой, воображая из себя высокого сэра, или слишком пафосного скульптора, представляющего свою новую работу.

— Прошу любить и жаловать!.. Бугор… Младший брат Луса — громко и слишком сладко представил не высокого мужчину, капитан Глесс.

— Вижу, молодцы. Мне очень интересно услышать от Пахти, то есть от Бугра, его версию истории, так сказать для отчета — немного высокомерно, но жестко сказала Кэттерин.

Кэттерин специально сказала настоящие имя связанного, ведь знала, что его имя известно только его родственники, а она его подслушала ещё три года назад, когда сдавала экзамен на старшего офицера гильдии шпионов. Тогда еще не сильно доверяли магии подслушивания, хотя она и до сих пор дает сбои, и её использование сильно ограничивается условиями.

Капитан снял мешок с головы связанного. Пахти выпучил глаза. Прямо перед ним стояла та дамочка, которая была в тот день. В тот роковой день, когда он прочувствовал перелом позвонков, разрыв почки и сотрясение мозга. Та, кто была с теми двумя быками, которые чуть не убили его, да ещё и смеялись над ним. Он был не только зол, он был испуган до мокрых штанов и зол на себя. На себя, который ослушался брата и в середине дня и промышлял грабежом, а не воровством.

— Это вы! Вы спасли мне жизнь! Спасибо… — дрожащим голосом, захлебываясь на каждом слове, мямлил Пахти — если бы не вы… я бы умер… но те двое меня сильно унизили, им придется заплатить кровью за это…

— Хорош! Дайте ему воды попить.

Кэттерин не ожидала такого. Этот вор и грабитель должен был её ненавидеть, но видимо он и в правду тогда сильно испугался, рас сейчас так хнычет и лепечет сквозь слезы.

— Ну что, грабитель-неудачник? Рассказывай.

Кэттерин поставила кресло напротив него и тяжело упала в него.

Рассказ Пахти был отрывистым и не связным, возможно сотрясение еще не прошло, но если все соотнести вместе, то Малик и Антон его очень сильно испугали. А вот если взять некоторые обрывки не членораздельного бреда, и перенести в факты, то получается следующее:

Булава, которая была из закалённой стали горных жителей, стала хрупкой и буквально рассыпалась в руках, когда он схватил её. Малик бил именно в ту точку, где была почка, которая от точечного удара моментально лопнула. Антон ударил под таким углом, который практикуется в закрытых легионах империи и тайной разведки темных дроу. Что Антон, что Малик были профессионалами, и их поведение было как минимум опытных солдат.

/Странно, я не помню, чтобы хоть кто-то из них двигался как убийца или шпион. Малик — это явно воин, а вот Антон не похож даже на кинжальщика, но по словам Пахти, они были профессионалы.

Надо серьезнее подойти к вопросу идентификации этих двоих. Возможно я что-то упускаю. Антон мог быть боевым магом, и это объясняет редкость использования магии, ведь она может быть направленна на убийство.

— Ладно, тогда скажи — обратилась к Пахти Кэттерин — что ты скажешь о их расе или национальности? Ты ведь по своей специальности должен знать всё и вся!

— Так знаю только о том громиле, это яркий представитель война с серых равнин, а вот про второго я не знаю. Скорее всего кто-то из затерянных. Может смесь дроу и людей, может дракона и дроу. Но такие острые черты лица только у дроу, а уши как у человека, хотя у ублюдков уши могут быть какие угодно, этот вопрос не ко мне.

— Хорошо. Он свободен — махнула рукой Кэттерин, в сторону выхода.

Двое из подчиненных быстро подорвались к Пахти, и взяв его под связанные руки, вывели из комнаты.

— Что нового в городе? Какие слухи и какие данные по нашим объектам?

Капитан Глесс, сделав несколько шагов в сторону окна, принял позу мыслителя, нахмурив брови и почесывая пальцами подбородок.

— Из самых проверенных источников нам стало известно — он сделал паузу, переведя взгляд в сторону Кэттерин и продолжил — говорят, что Антон стал объектом любви леди Кэт…

Глесс не смог договорить, в его голову прилетело спелое яблоко. Кэттерин не любила шутки про свою личную жизнь, но понимала, что это неизбежно, ведь долгое время она была одна, да и заметила, что за ней следят, ещё после первого доклада леди Майли.

— Отставить шуточки! Давай по существу! — рассерженно и даже смущенно приказала Кэттерин.

— Ладно — ладно… — подняв руки вверх, продолжил капитан — сдаюсь. Но пока нечего нет. Дошел слух от стражи, но он проверяется. Ночной патруль помог одному перевертышу одолеть Луса, и спасти какого-то человека, но это только слухи. Все лица, участвующие в ночном патруле сейчас на докладе у капитана стражи, а, следовательно, проверить мы можем только часть слуха. Двое наших отправлены в дом Луса, один ждет в приемной капитана стражи — Глесс немного задумался и продолжил — вроде как упоминались имена, но пока не точно.