Я буду помнить этот мир (СИ) - "Mingrih"

— Леди Вери, вы проницательны как никто другой. Вы верно подметили. Мне нужна информация, за которую я готова очень много заплатить.

— Я готова вам помочь, но только если это будет в моих интересах.

Вери с прищуром посмотрела на Леди Майли, с интересом всматриваясь в её карие глаза. Ей хотелось услышать то, о чем ей так сильно хочется знать. Не уж-то о папиных секретах культивации растений, или о секретах, связанных с лесом эльфов.

— Меня интересуют те двое, что вас сопроводили из леса. О Малике и Рохане.

В комнате зависла тишина, казалось, что даже птицы за окном перестали щебетать.

Вери смотрела в карие глаза Майли, не отрываясь, держа чашечку с чаем, за тоненькую ручку, в нескольких миллиметрах от губ. Она судорожно вспоминала все качества и особенности этих двоих, что оказались отличными соратниками, охранниками и воспитателями, коих ей никогда не приводилось видеть. Она понимала, что они как люди, более чем не обычные, их манеры, их стиль общения, их прямолинейность и не желание подчиняться крови и титулам. Было в них что-то ещё, но уловить она не могла, не считая их внешности, коих ранее не видела, они были интересны, но не более. Что-же Майли именно их выделяет, почему именно они ей так интересны?

— Тогда раскройте секрет — что вас так заинтересовало? Возможно я смогу ответить на этот вопрос и вам не придется слушать весь мой рассказ.

— Вы правы, Леди Вери, тогда уточню вопрос. Эти двое опасны империи, и если да, то на сколько опасны?

Вопрос Майли был четким, но Вери не могла ответить категорично. Рохан и Малик были для неё очень хорошими людьми, определить их силу она не могла, а вот их опыт чувствовался очень хорошо.

— Знаете, Леди Майли — решила немного поюлить Вери — вы должны понимать, что сила, зачастую, не в каких-то способностях, а в уме, мудрости и опыте. Точно могу сказать, что они очень опытны, очень умны, а вот их силу я не видела. Они не демонстрировали её.

/Опять нет четкого ответа. Как-же любит эта плутовка юлить.

Леди Майли еле сдерживала досаду. Она уже поняла, что Вери нечего не видела, что доказать, как их силу, так и слабость нельзя. Также, она хотела договориться на присутствие Леди Вери на балу, в честь праздника солнцестояния, но тут нужно заинтересовать Вери, а это тяжело. Держать в руках хрупкую чашку чая, из тончайшего фарфора уже было невозможно. Она могла треснуть от напряжения.

— Что же, тогда предлагаю нам обоим узнать о них больше. Я намерена пригласить их на бал. Вы ведь придете? Я буду очень рада Вам. А также, это будет для нас обоих большой возможностью поговорить с этими двумя, так сказать ближе познакомиться.

— Согласна, но сразу после, я буду вынуждена, отправится в столицу, и попрошу меня сопроводить.

— Договорились, Леди Вери. Я прикажу выделить вам стражу, дабы вам нечего не грозило в этих землях.

Разговор ничего не прояснил, появились только новые вопросы. Остается только ждать бала.

Так разговор Леди Майли и Леди Вери перешел с делового на не официальный. Последующие несколько часов они обсуждали новые тенденции моды, культуры и даже танцы, предлагая посмотреть на инновации разных народов и рас.

Графство Мартирр, третий круг города, шесть часов утра.

Кэттерин шла из съемной квартиры в штаб разведки, где её уже ждали подчиненные, которые должны были дописать отчет по происшествию на площади Тюльпанов. Аналогичный отчет она еще вечером того дня отправила леди Майли, но вот отчеты от своих подчиненных нужно еще откорректировать, да и допросить того вора следовало. По её приказу, его должны были доставить для личного допроса. Вора она должна допросить сама, как и составить отчет о допросе. Плюс — сегодня ей нужно навестить Рохана.

Пройдя до ворот второго и третьего круга, Кэттерин решила немного расслабиться, купив с бутылочку местного вина, которое она хотела распить с Антоном. Кэттерин была навеселе, идти было легко. Ноги сами несли в сторону выхода из третьего круга, рядом с которыми и была временная база наблюдения. Ей совсем не хотелось идти по подземным ходам, хотелось насладиться утром и свежими запахами города. Где-то пекли хлеб, где-то готовили жаркое из свежего кабана, кто-то открывал лавочку цветов, а буквально в паре шагов от неё открылась лавочка с фруктами.

/Что же, куплю фруктов подчиненным, так сказать — проявлю заботу о государственных служащих. Мне ведь были доверены не только их жизни, но и здоровье.

Купив десять апельсин, шесть яблок и одну большую мелону (дыню), она сложила все в корзинку, купленную в той же лавочке.

У оружейной, мимо которой она шла, Кэттерин увидела Мелису и Арэдель СелиХша, которые, держась за руки. Они шли быстрым шагом в сторону ворот третьего и четвертого круга.

— Доброе утро! — позвала Кэттерин.

Девочка повернулась в сторону приветствия, и с явным беспокойством в глазах, что-то шепотом сказала своей матери.

— И вам доброго утра, леди Кэттерин, прошу простить нас, но мы спешим к моему мужу.

— А где он? Я думала, что он из оружейной не выходит.

Кэттерин искренне удивилась, ведь Дэвид был замкнутым мужчиной, старался не говорить без надобности, от чего у него совсем нет друзей или приятелей, согласно отчету разведки, а гильдия ремесленников, которая уже полтора года пытается добиться от него вступления в свою гильдию, только ходит вокруг да окало. Дэвид на их потуги только пожимает плечами и говорит что-то вроде: «Мне и так хорошо».

— Он у друга, в гостях — немного тихо, но все-же слышно проговорила Арэдель.

/Что же, теперь это даже не обман, а скрытие чего-то очень важного. Не поверю, что этот тихоня завел друзей. Надо либо пойти вместе с ними, либо тайно проследить — думала Кэттерин.

— Тогда пойдем вместе? Мне как раз в ту сторону — налепив искреннюю улыбку, предложила Кэттерин.

— Не стоит, мы не на долго, только сверток отдать, не более — немного нервничая и запинаясь говорила Арэдель — Вам не стоит беспокоится. Мы сами.

/Черт, придется следить… но тут уже нечего не попишешь. Моя интуиция прямо кричит: «Они что-то скрывают! Не упусти их!»

— Тогда ладно. Но я иду в харчевню «Довольный Горт», там у меня друг живет, я его в вашу оружейную водила. Антоном зовут.

Арэдель передернуло, слепые глаза бегали по пустоте, судорожно перебирая варианты ответа или действий. Даже в слепых глазах Кэттерин могла прочитать панику, и это была именно она. Мелиса, в свою очередь, сжала сильнее ладошку мамы и что-то прошептала на эльфийском наречие, которому Арэдель её научила.

— Нам туда-же… — Арэдель замялась, но продолжила — Дэвиду отнести сверток надо.

— Тогда пойдем вместе. А ваш муж не часто выходит из оружейной. Он так сдружился с Гортом?

— Да, они друзья уже давно. Просто не всегда встречаются лично — немного помолчав, она добавила — они переписываются.

/Врет. Врет и думает, что складно. Ну да ладно. Моё дело — узнать правду. На месте все и выясню, а пока пойду с ними.

Кэттерин, Арэдель и её дочка, шли по улице, вдоль лавочек, мило щебеча о разных безделицах и даже о размерах свежей рыбы, привезенной купцами днем ранее. Оставалось буквально квартал до харчевни Горта и три дома до конспиративной базы шпионов. — Что же делать? Мне нужно в оба места. Надеюсь у Горта я не задержусь… — думала Кэттерин, прикусывая нижнюю губу — ладно, будь как будет.

У самой харчевни Горта, было тихо. Войдя в неё, следом за Арэдель, Кэттерин не застала самого Горта, а вот Олла стояла в зале, вытирая столики. Как только на пороге появились Арэдель с дочкой, Олла отвлеклась и быстрым шагом направилась к ним, а увидев Кэттерин, моментально остановилась.

— Доброе утро, Олла, мы принесли сверток для мужа, передайте ему. Мы пока посидим здесь.

— Я отнесу, а вы пока посидите здесь.

Олла вытерла руки об фартук и, не отрывая взгляда от Кэттерин, забрала сверток.