Ивилина и эльфйиский принц - Анастасия Литвиненко

— Нет. Теперь я не боюсь ничего, — я улыбнулась. Горькая улыбка, мне было так больно.

— Что-то не особо верится, — сказал эльф и улыбнулся в ответ.

— А ты не думай об этом, это же не имеет значения. Выполняй свою миссию, учи меня. Больше ничего от тебя не требуется. Мое душевное состояние не касается тебя.

В его взгляде что-то изменилось, или мне так показалось.

— Может быть ты и права, — он провел своей рукой по моей щеке. Я вздрогнула, отойдя от него на один шаг. Принц удивленно приподнял бровь.

— А что ты думал? Думал я поддамся на твою провокацию? — во мне кипела злость. Этот негодяй решил меня очаровать. Он хотел узнать все, о чем я думаю. Расчетливый же ты. Но применять ко мне магию очарования было ошибкой.

— Ты чувствуешь?

— Да ушастик, я чувствую направленную на меня магию. И она не действует на меня.

— И давно ты это знаешь?

— Не очень. Чего ты хотел? Что бы я как дурочка рассказала все, что меня тревожит? Даже не мечтай.

— Ивилина, ты не так все поняла, я лишь хотел помочь тебе.

— Может быть я и не понимаю ничего в магии, но не нужно думать, что я совсем тупа. Мы здесь, что бы заниматься, так приступим.

Промаявшись пол-дня, мы так ничего и не достигли. Те огненные шары, что раньше летели в Аньери, пропали. Теперь он просто меня закидывал непонятными заклинаниями, и ничего не происходило. Принц пытался научить меня произносить некоторые из них, но не выходило ничего. Он был в недоумении. И ему не оставалось ничего, как признать свое поражение.

Мы отправились в путь после обеда. Я так же ехала в конце колонны и грустно смотрела на впереди едущих всадников. Аньери остановил лошадь и дождался меня.

— Ивилин, а как ты относишься к оружию?

— Никак, я его в руках не держала.

— Значит, будешь учиться. С завтрашнего дня тебя будет тренировать Винальдио. Я признаю провал своей миссии, — больше ничего не добавив, он уехал вперед.

Так прошло еще четыре дня в тренировках и постоянном пути. Успехи в занятиях с Винальдио были удивительны. Заговоренный драконицей кинжал будто ждал меня всю жизнь. Уже через два дня гном носился от меня по всей поляне с криками: «Остановите ее, она же меня убьет».

Да, и это был мой учитель. Как ни странно боевая магия была мне не доступна. Зато внушение кому-то определенных эмоций выходило само собой. Аньери сначала этого даже и не понял. Но когда мы стали тренироваться с Винальдио, и я стала его побеждать в наших рукопашных схватках, а он был одним из лучших учителей, принц стал подозревать меня в том, что я врала, что не умею пользоваться оружием.

Но, как потом выяснили на вечернем совете, дело было в том, что я не владела боевой магией. Зато драться научилась слишком быстро. Осваивала я все нереально хорошо. При этом пугая на ментальном уровне гнома. Это было забавно, если бы я не начала замечать в глазах остальных страх. Единственные, кто не боялись меня и были так же приветливы, это Дириан и Саннарин. Аньери же не боялся, но постоянно наблюдал.

Глава 26

Лес неожиданно закончился, и мы остановились. Я подъехала ко всем последняя, и моему взору открылась неописуемая картина. Горы. Куда не посмотришь, везде вздымались горы. Это были земли Андрасов. Неописуемо прекрасные в своей величественной красоте они манили и притягивали взор.

— Ну, вот мы и прибыли, — весело сказал Дириан.

— Может, поедем дальше? — не обращая внимания на Дириана, сказала Илфирин.

— Нет. — Аньери спрыгнул с лошади. — Мы не поедем дальше. Вы остаетесь.

— Не понял? — спросил, всегда о чем-то мечтающий и дремлющий, Саннарин.

— Вы не идете никуда. Так решил совет.

— Но нам никто об этом не говорил, — возмутилась Илфирин и прищурилась. — Ты же врешь Аньери.

— Нет, спроси сама у них, когда вернемся.

— И что же мы тогда сюда приехали? — спросил эльф.

— Вы остаетесь тут. И я не буду слушать больше ваши возражения. Мы ночуем тут, а утром я и Ивилина уходим.

— Даже и не думай! — закричала эльфийка, кинувшись на шею принцу. Он что сума сошел? Решил угробить себя? Нас же вдвоем прибьют там. Хотя нас все равно убьют, не важно с кем. Или может Аньери боится за всех. И хочет оградить их от меня.

— Аньери, если ты думаешь что вы пойдете вдвоем, ты ошибаешься, — сказала Севила.

— Вы останетесь тут и будете нас ждать!

— Аньери…

— Готовьтесь к ночевке, — взяв за руку невесту, принц скрылся с ней в лесу. Видимо, пошли прощаться. Мне было все равно. Пустота была теперь моим постоянным спутником. Все эти четыре дня я беспрестанно тренировалась и старалась забыться в этом и не думать ни о чем.

Пока кто-то готовил ужин, а кто-то спальные места, ко мне подошел Дириан.

— Иви, я не хочу отпускать тебя, — он был обеспокоен.

— Дириан, так будет лучше, уж лучше погибнем мы вдвоем, чем все вместе.

— Но вы не справитесь одни.

— Все будет хорошо, ты главное не доставай совсем Илфирин, — сказала я и улыбнулась оборотню.

— Я не буду, но буду очень за тебя беспокоиться, — он был очень расстроен, и это меня трогало. Стало вдруг опять так грустно и печально. Дириан заметил перемену моего настроения и обнял меня.

— Все будет хорошо.

— Да, только ты расскажи Илфирин о своих чувствах!

— Расскажу, когда ты вернешься.

Ужин прошел в напряженной тишине. Севила смотрела на меня с беспокойством. Но заговорить не решалась.

Перед сном я подошла к девушке.

— Севил, прости, что говорила тогда с тобой так.

— Нет, это ты меня прости.

— Все хорошо, просто знай, я все та же Ивилина. — Севила посмотрела на меня с удивлением.

Я встала и, отложив свою еду, пошла прогуляться. Спустившись по склону с горы, на которой заканчивался лес, я устроилась на камнях и, подперев подбородок коленями, устало вздохнула.

— Ивилина, — это была эльфийка. И как она меня нашла, следила что ли.

— Что? — Я повернулась на голос эльфийки. Она стояла вся сияющая и очень красивая, но на лице ее было видно беспокойство и печаль. Мне стало ее отчего-то жалко.

— Все не хотят отпускать вас одних, я тоже. Я вообще думаю, что Аньери делает глупость. — Не говори ничего. Просто я хотела чтоб ты знала…

— Постой, не говори того, о чем потом будешь жалеть, — прервала я ее. — Ты должна знать. Мне очень страшно, и я думаю, что живыми оттуда будет выйти очень трудно, но я хочу, чтоб ты знала, он вернется. Я вижу, ты его любишь, и он тебя. Я сделаю все, чтоб он вернулся, — наверное я говорила очень убедительно, а может эльфийка поняла что-то. Но на ее лице было написано искренне удивление.