О девстве и браке. О покаянии две книги - Амвросий Медиоланский

Глава двадцатая

129. Снова возвращаюсь, с вашего позволения, к тому, что было изложено выше, и прошу вас: молитесь, чтобы и мне было сказано: «Отплыви на глубину и закинь сети свои для лова». В самом деле, кто же без (помощи) Бога может ловить этот народ, особенно когда препятствуют этому столь великие бури и волнения этого мира? Но коль скоро Господь пожелает, Он повелевает закидывать сети, и вот тогда-то изловляется множество рыб; не только одна, но и другая лодка тогда наполняется; много церквей тогда наполняется непорочной толпою (народа). И хорошо, что Господь знал, что мы будем трудиться, и подал нам помощь в лице сотоварищей (sociis). Вот находится при мне рыбарь церкви Бононской (Bononiensis), искусный в ловитве этого рода. Господи! Ты даровал нам помощников, подай же нам и рыб!

130. Впрочем, мы пользуемся не своими сетями, а апостольскими. В эти изгибы (сетей) и как бы в не котором роде убежища ваши для апостольских размышлений пусть собирается, дочери, ваша семья. Да оживотворит вас, дочери, Петр; если он ходатайствовал даже за вдовицу (Деян. 9:39, 40), то тем более он будет ходатайствовать за деву! Он не мог более переносить плача вдовиц, был тронут их слезами и восставил (их) кормилицу. Пусть оживотворит вас Павел, который заповедал почитать вас (1 Тим. 5:3), и который говорит: «Хорошо им оставаться как и я» (1 Кор. 7:8), (Христос) привлекает вас наградами, поучает Своею проповедью и призывает примером (Мф. 4:20 и след.). Пусть оживотворит вас тот, кто оставил всех своих и последовал за Господом; таким последователем и был Павел, а также – Иоанн.

131. Посмотри, какую же пользу извлек этот ловец. В то время, как он искал свою добычу в море, он нашел жизнь всех. Оставив челн, он обрел Бога; покинув весла, он нашел Слово; развернув парус, он укрепил веру; свернув сети, он возвысил людей; он презрел море и приобрел небо. Итак, этот рыбарь, носясь по волнам бурного моря, утвердил на скале свои мысли, колеблющиеся благодаря своей неустойчивости.

132. Будем же чаще размышлять об искусстве рыболова, дабы совершеннее познать добродетель. (Иоанн) был ничтожным работником и стал славным евангелистом; он был неимущим бедняком и стал весьма богат добродетелью; он был бесславен и стал драгоценен по (своей) вере. Насколько мало вверяется рыболову, настолько много вверяется ему (теперь): ведь он говорит не свое, а Божие. Народная толпа повинуется ему; она оставляет надежду на мирскую мудрость и более стремится к мудрости духовной. Он, не изучавший закона, но знавший (все) законное, сам для себя является законом; он, не изучавший закона и рассуждающий сверх закона, получил (этот дар) от Того, от Кого пришел и самый закон (Римл. 2:14, 15).

133. Какая неожиданная честь? На горе Господней (Мф. 17, 1 и след.) два рыбака поставляются, с одной стороны, рядом с законодателем и, с другой – с исполнителем (этого закона). Посмотрите же, каков этот рыболов! Моисей, изведавший все земное и глубину земной мудрости, мыслию (своею) вознесся даже до неба и звезд; мысль же этого рыбаря не затемняется облаками, не ограничивается временем, не останавливается на таинствах небесной природы, но, возвысившись над всей материальной природой, увидела Слово у Бога и узрела, что само это Слово было Бог (Иоан. 1:1); (и мысль) Петра, при всей своей слабости плотского смотрения, однако не устрашилась, но даже в человеке познала Сына Божия (Мф. 16:17); так что восприятие плоти, сочетавшись с божественной природой (jus) воспринявшего, стало именем Творца.[42]

И когда Моисей говорит: «И сказал Бог… и совершил Бог» (Быт. I, 3 и след.), то он указывает в данном случае на Отца и Сына: я еще до сих пор не знал, а он (уже) знал. И, действительно, после закона народ блуждал, после же Евангелия уверовал. Велика благость Божия, являемая в разнообразных делах. В одном – за то, что мир описал, а в другом за то, что мира (он) не познал.

О воспитании девы и приснодевстве святой Марии к Евсевию

Глава первая

1. Ты поручаешь мне свое детище – посвященную Господу Амвросию, которая вместе с тем есть и мое (достояние); по причине благочестивой любви к ней ты заботишься о ней гораздо больше, нежели об остальных детях. И, действительно, так и должно быть при благочестивом сердце; других ты воспитываешь для того, чтобы отпустить из дому и сочетать с чужими, а эту ты постоянно будешь иметь при себе; конечно, и в отношении к остальным ты поступаешь по неустранимому влечению отеческой любви; в отношении же к этой ты возвышаешься (над обязанностями) отца: ты и обетом и заботами (своими) стремишься к тому, чтобы она была угодна Богу. Но все же она является главной причиной обетов и одна она только может уплатить все то, чем ты обязан и за себя и за всех детей (своих).

2. Это – жертва, которую Авель принес от первородных овец своих. Подобную (жертву) и апостол восхваляет предпочтительно пред другими, когда говорит коринфянам: Ибо «кто непоколебимо тверд в сердце своем, … и решился в сердце своем соблюдать свою деву, тот хорошо поступает. Посему, выдающий замуж свою девицу поступает хорошо; а не выдающий поступает лучше» (1 Кор. 7:37–38). Вот почему и Давид, прекрасно описавший дары (gratiam) Церкви, вся слава коей внутри, а не вне – ведь высшая похвала заключается в благих помыслах, в непорочном порыве к целомудрию и в намерениях чистой совести – затем продолжил (свою речь), говоря так: «Приведутся девы Царю вслед ее». И обратившись к Владыке Отцу: «искренния, – говорит, – ее приведутся тебе: приведутся в веселии и радовании, введутся в храм царев». (Пс. 44:15–16).

3. Кто же это – ближняя? Конечно, та, которая приближается ко Христу и которой Слово говорит: «восстани, прииди ближняя моя, добрая моя, голубица моя; яко се зима прейде» (Песн. 2:10–11). Пока (Церковь) не восприяла еще Божия Слова, она была бесславной, бесплодной зимой; когда же восприяла Слово Божие и распялась для мира, она стала летом. Тогда, согретая теплотою Святого Духа, она расцвела и начала источать благоухание веры, теплоту целомудрия и сладость благодати.

4. Посему он добавляет еще и в другом месте: «очи твои голубине, кроме замолчания твоего» (Песн. 4:1); это значит, что (Церковь), будучи всецело духовной и бесхитростной, как голубь, под образом которого Иоанн видел снисходящего Святого Духа, может видеть духовные тайны и уметь скрывать виденное в молчании. И действительно, добродетель молчания немаловажна: бывает время, когда нужно молчать, равно как – и время, когда нужно говорить. Об этом написано так: «Господь дает мне язык научения, еже разумети егда подобает рещи слово» (Ис. 50:4).

5. Итак, как бы некоторым придатком девства является скромность, приуготовляемая молчанием. Вот почему и слава Церкви – внутри ее, и, во всяком случае, она заключается не в многоглаголании, а в ощущении или даже в сокровении (in penetralibus) тайн, как она и сама говорит своему жениху: «Кто даст Тя, брате мой, ссуща сосцы матере моея? Обретши Тя вне целую Тя, и к тому не уничижат мене. Пойму Тя, введу Тя в дом матере моея, и в ложницу заченшия мя» (Песн. 8:1–2). И выше говорит: «введе мя Царь в ложницу свою» (Песн. 1:3).

6. Церковь лобзает Христа вне, и она вводится им в ложницу. Он облобызался с ней вне тогда, когда «яко жених, исходяй от чертога своего, возрадовался яко исполин тещи путь» (Пс. 18:6). Как исполин Он пребывает вне, так как не почитая хищением быть равным Богу, Он принял «зрак раба» (Филип. 2:6–7). Итак, Тот, Который был внутри, стал вовне. Когда ты читаешь, что Он – в лоне Отчем, то считай Его внутри; когда же Он взыскивает, дабы искупить нас, то познавай Его пребывающим вне. Он явился вне (себя), дабы быть внутри меня и стать среди нас.

7. Итак, будем находиться там, где пребывает среди нас Христос, вселившийся и утвердившийся в сердцах наших. Вот почему Он и Сам дал такое наставление: «егда молишися, вниди в клеть твою» (Мф. 6:6) и излей душу твою; клеть твоя – это сокровенные тайники (твои), клеть твоя – это совесть твоя. Далее, и Екклезиаст говорит тебе: «и в совести … твоей не клени царя, и в клети ложницы твоея не клени богатого» (Еккл. 10:20). Вот где, следовательно, молись и молись втайне, дабы услышал тебя Тот, Который слышит втайне; и молись без гнева и препирательства (1 Тим. 2:8), отвергнув тайное бесчестие: праведный боится не обнаружения преступления, а осквернения (им).

Глава вторая

8. Как хороша молитва, соединенная с милосердием! Хороша молитва, которая совершается в порядке и начинается прежде всего божественными похвалами. В самом деле, если и в человеческих отношениях мы стремимся умилостивить судью, то насколько более мы должны стараться о том, когда молимся нашему Господу? Итак, прежде всего принесем Богу жертву хваления; ведь и апостол говорит: «Итак, прежде всего прошу совершать молитвы, прошения, моления, благодарения» (1 Тим. 2:1).