Застывший шедевр - Инесса Рафаиловна Давыдова

вышел из дома и намеревался сесть в машину, но услышав птичью трель мобильного телефона, взглянул на дисплей. Первыми цифрами определившегося номера значились «49» – код Германии. Бирк ответил на звонок.

– Rasmus? Guten Аbend14.

Он узнал ее по специфическому баварскому акценту. Это была Эрика – детектив берлинского специального отдела особо тяжких преступлений. Они познакомились на симпозиуме, где он читал лекцию по психоанализу, позже Эрика консультировалась у него по ряду случаев. Полноватая блондинка невысокого роста с заостренными чертами лица работала в столичной полиции недавно, но быстро снискала уважение коллег.

Разговор продлился три минуты. Бирк краснел, бледнел, заикался. Таким взволнованным и обескураженным Сото его еще никогда не видел.

– Что случилось?

– Звонили из берлинской полиции. Они нашли труп в заброшенном бункере. Рядом с замурованной дверью лежал нож, на котором обнаружили ДНК, не принадлежащую жертве. ДНК прогнали по базе. – Бирк нервно сглотнул. – Совпадает с моей ДНК на тридцать семь процентов, а это значит, что убийца мой родственник.

– Откуда у них ваша ДНК? – удивился Сото.

– Я проходил несколько процедур по идентификации, перед тем как меня допустили к преподаванию в школе ФБР.

– Понятно. Думаете, это Михкель?

– Не знаю, что думать, – признался Бирк и развел руками. – Нож нашли рядом с жертвой, выходит, он…

– Совсем не обязательно, – резко парировал Сото, – вам ли не знать. Его могли подставить или использовать. Никто не знает, через что ему пришлось пройти. Расмус, главное, что он жив.

– Прошел год, как я поставил жирную точку в безнадежных поисках брата. Три месяца назад появилась Кира, и я узнал в ней девочку с фотографии. Теперь этот звонок. У меня такое чувство, что все подстроено.

В глазах Сото промелькнул страх, уж он-то знал, какие у Бирка могущественные враги.

– Отмени встречи. Закажи мне билет на ближайший рейс.

Бирк решил пройтись по роще, проветриться, все обдумать. Его мысли занимал пресловутый анализ ДНК. Последние двадцать пять лет он фанатично искал брата всеми возможными способами. Чтобы приблизиться к правоохранительным органам разных стран, он бесплатно консультировал, вызывался читать лекции на различных полицейских курсах и семинарах. Он так был поглощен поиском, что совершенно не считался с личными потребностями. Но уход матери все изменил. На смертном одре она взяла с него обещание закончить поиски и жить своей жизнью, создать семью, завести детей. Мать хотела, чтобы ее сын был счастлив, а Расмус хотел найти брата. Каждый раз, закрывая глаза, он представлял испуганного мальчика в темном подвале, голодного, измученного жаждой, который плачет и просит о помощи.

Проходя мимо гостевого домика, Бирк заметил Киру. Она сидела на пороге гостиной в длинном сарафане, склонив голову на колени.

«Вот еще одна жертва того же похитителя – девочка, которая никак не может забыть друга детства», – подумал Расмус.

Внимание Киры привлек звук оповещения, она посмотрела на экран ноутбука. Лицо тут же переменилось, она вскочила на ноги.

– Кира? – Расмус вышел из темноты.

– Иди сюда! – возбужденно скомандовала она, показывая на ноутбук.

– Что там? – Бирк поспешил в гостиную.

– Тебе послание! Пришло на мою личную почту.

Бирк взял ноутбук и опустился с ним в кресло. На экран была выведена аудиозапись, он нажал на воспроизведение, и из динамиков послышался уже знакомый голос:

«Приветствую вас, доктор Бирк! – помпезно произнес неизвестный. Послышался шум аплодисментов. – Я приветствую вашу леди, которую имел честь потревожить и привлечь к нашей беседе, а также вашего экзотического помощника. Сегодня, впрочем, как и всегда, он будет шарить, словно слепец, по просторам Всемирной паутины».

Небольшая пауза. Послышался нарастающий звук арии.

«Вы, наверное, спрашиваете себя, доктор, почему я выбрал именно вас?»

Кира хмыкнула, она точно знала, что Бирк не задает себе таких вопросов.

«Искусство созидания всегда приходит из трагедии. Ваша душа должна пережить драму, и тогда духовный мир распахивает перед вами объятия. Но не потому, что хочет, чтобы вы страдали, а потому, что только в этот момент вы способны впитать сущность бытия. Горе оторвало вас от унылой обволакивающей повседневности, от быта, от рутинной работы. Вы словно пустой сосуд. Внутри такая тишина, только в этот момент вы способны услышать шепот Вселенной. Она говорит с нами непрерывно, но мы глухи. И только в момент горя мы чутки и восприимчивы».

Послышался хор мужских и женских голосов.

«Я знаю о вас все, доктор Бирк. Знаю, что вы едите, где спите. Знаю, что вам пришлось пережить и почему стали таким затворником и параноиком. У вас много секретов, но кто я такой, чтобы их раскрывать. О! Вот сейчас будет мой любимый момент. – Звук стал громче, пение знаменитого итальянского тенора заполнило уютную гостиную, незнакомец тоже запел, но на русском языке. – Пускай никто не спит! Никто не спит! Ты тоже, о, принцесса».

Он залился поддельным смехом.

– Это последний акт оперы «Турандот» Пуччини, – пояснил Бирк.

«Давайте заключим сделку, доктор Бирк. Птичка напела, что вы любите заключать сделки. У меня припрятано много сюжетов, но даю вам слово, если вы последуете моей просьбе, я сейчас смотрю на последнюю героиню живой картины. Ее мертвые, уже остекленевшие глаза будут последними. Решать вам, доктор Бирк. Признаюсь вам как на духу, я хочу только одного – покоя. Хочу покинуть это бренное тело, этот пропитанный ложью мир, эту отравленную землю. Хочу вознестись, раствориться и стать частью космической пыли. Обожаю космос! Он завораживает, манит своей бесконечностью».

Музыка зазвучала тише и через минуту совсем стихла. Он еле слышно затянул:

Сияли звезды…

Земля благоухала…

Скрипнула калитка в саду…

По тропинке ее шаги.

Она пришла прекрасная

И упала в мои объятия…

Бирк наклонился корпусом вперед, указательный палец завис над кнопкой «Стоп», доктор был готов в любой момент прервать монолог убийцы.

«Я знаю, что с недавнего времени вы стали слушать другую арию. О чем вы в этот момент думаете, доктор Бирк? О ней? Это понятно, невозможно быть все время одному. Недавно у вас появилась надежда. Мизерная, зыбкая. Вы боитесь, что доставите ей боль. Скорее всего, так и случится. Но если бояться, зачем жить? Зачем вам жизнь, доктор Бирк? Посвятить себя поискам того, кто никогда к вам не вернется? Ведь он никогда к вам не вернется!»

Побледневший Бирк вскочил с кресла и стал расхаживать с ноутбуком по комнате взад-вперед. Кира давно потеряла нить повествования, голос незнакомца словно проник внутрь и заблокировал мозг. С отстраненным видом она наблюдала за пружинистой походкой Бирка и никак не могла понять, о чем толкует убийца, но доктор точно понимал.

«Я чувствую, что задел