На пороге - Денис Иванов-Ковалёв

поездов диаметр. Складывалось впечатление, будто конструкторы не то в шутку, не то специально перемасштабировали свое детище на этапе производства составляющих.

– Наверное, теперь я видел все, – сухо усмехнулся вояка. – Откуда же ты взялся, малыш?

– Малыш? – хохотнул Чайкин, переглянулся со сталкерами. – А знаете, пусть будет «Малыш». Хоть название и фигурально отражает суть аномалии, но мне нравится!

Научник жестами попросил Трития стянуть рюкзак с измерительными приборами.

– Ты уверен, что это безопасно? – Сергей недоверчиво покосился на молчащий детектор.

– Это мы и проверим… Осторожно, конечно.

– Не хотелось бы задерживаться, – добавил старожил с опаской. – Мы тут как на ладони.

– Я быстро.

Захватив кое-какую аппаратуру, доктор направился к исполину. Плеск загребаемой сапогами воды постепенно затих в шелесте камыша. Пустующее побережье отозвалось приглушенным позвякиванием, заинтересовав оставшихся на берегу товарищей.

Неуклюже перебравшись по песку до заросшего пригорка, Равлик повел головой, не сразу выявив источник шума, беззвучно стащил с плеча автомат. Дезертир, держа небольшую дистанцию, с подозрением смерил взглядом коряги и арматуры, образующие импровизированную ограду, на кольях которой болтались жестяные банки, стеклянные и пластиковые бутылки, обрывки тканей…

Неистовый вопль заставил напарников попятиться. Гаркнула спугнутая птица, всполошив округу трепетом крыльев, затихла в глубине ближайшей рощи.

– К воде, – коротко скомандовал Сергей, и сталкеры, не выпуская из поля зрения прибрежный кустарник, отступили.

Через мгновение на песок выпрыгнуло обезьяноподобное существо в лохмотьях. Полностью скрывающий лик капюшон, сделанный из совершенно иного материала, нежели основное облачение, дернулся: тварь потянула носом воздух.

Представшее перед проводниками нечто хоть когда-то и было человеком, но на данный момент им точно не являлось. Передвигаясь рывками, дикарь заметался по побережью, выискивая нарушителей своей территориальной границы, замер, прислушался, вытянув шею.

Затихнув на самой кромке воды, неслышно слизывающей с обуви грязь, сталкеры затаили дыхание, не спеша открывать огонь. Было совершенно неясно, сколько еще поблизости находится «нелюдей», любящих сбиваться в стаи. Хорошо, если на сигналы одного сбегутся от силы две или три особи, но сколько подтянется на стрельбу… Проверять это на практике значило подписать себе смертный приговор.

– У вас там все хорошо? – донеслось со стороны ученого.

Секундное замешательство – и товарищи, подняв за собой тучу брызг, уже переводили дух под защитой камышового сухостоя. Преодолев расстояние, отделявшее их от «Малыша», они, безусловно, привлекли внимание тварюги, однако теперь хотя бы могли быть в полной уверенности, что Чайкин никуда не денется.

– Наверх! Лезьте! – махнул научнику и вояке Равлик, привалившись спиной к гигантскому колесу и взяв на прицел просматривающийся сквозь стебли берег.

Лишних вопросов не последовало, чему сталкер оказался несказанно рад. Выждав, пока Тритий с Алексеем разместятся на крыше электровоза, старожил, совершив хороший отправной толчок, скоро и сам вскарабкался на кабину, где ему уже помогли две пары рук.

– Вот зас-сада, – процедил военный, стоило Сергею оказаться на растрескавшейся ржавой поверхности.

На побережье высыпало еще с пяток дикарей. С одних грязными лоскутами свисали комплекты индивидуальной защиты, с других – мотки послойно скрывающего различные увечья, язвы и клочья волос рванья. Некоторые были вооружены древками с насаженными сверху лезвиями ножей, закрепленных довольно примитивно.

Доктор, ненадолго потерявший дар речи, сглотнул и, запинаясь, поинтересовался:

– Почему… Чего они ждут?

– А куда им торопиться? – Тритий, видимо, смирившись с ситуацией, непринужденно свесил ноги, вздохнул, сняв с предохранителя «Бизон». – Мозгов им хватит понять, что нам никуда не деться.

– Но ведь они…

Не договорив, научный сотрудник с изумлением проследил глазами за парочкой одичалых, что осмелились приблизиться к реке ближе остальных. Таращась то на людишек, сбившихся в кучку на «спине» у «Малыша», то на само чудо техники, они топтались, ворчали, но нападать не спешили, будто их что-то удерживало.

– Чувствуют, твари, – усмехнулся Равлик, цепляющийся за обшивку электровоза и тоже наблюдающий за дикарями. Шероховатые покровы металла приятно отдавали теплом, которое успели накопить за день под солнцем.

– Ч-чего? Чувствуют? – Алексей обеспокоенно заерзал, нечаянно пихнув сталкера.

– Что с боем будем прорываться, – сказал дезертир. Судя по тону его голоса, он не верил в эту затею и до последнего старался оттянуть момент, когда придется пролить кровь доходяг.

Рассредоточившись по побережью, «нелюди» тем временем продолжали вести себя из ряда вон странно. Звериная натура и инстинкты уже давно взяли свое, однако все же было в их ужимках, попытках говорить друг с другом что-то человеческое. Слишком близко подобравшийся к воде дикарь послушался сородичей, сторонящихся места лежбища «Малыша», небольшими скачками убрался подальше.

– Нет, что-то здесь явно не так, – заключил Чайкин, нервно теребя изгибы контейнера под артефакты на поясе.

– Тебя удивляет, что бывшие люди не похожи на людей? – старожил повернулся к ученому.

– Напротив. – Научник, вытянув палец в направлении берега, вдруг переменился в лице. – Насколько можно судить по экипировке… они ведь сталкеры в прошлом?

– Кто их разберет, – отозвался Тритий, – жертв темников и непредсказуемой Зоны.

– Но вы только поглядите. – Приподнявшись, чтобы полностью окинуть взглядом «бандерлогов», доктор чуть не свалился с крыши, но удержал равновесие, замахав руками. – Они ведь не нас боятся…

– Они вообще мало чего боятся, – фыркнул Сергей. – У них в голове каша.

– Не скажите, – протянул Чайкин. – Глядите, как они старательно избегают этой области. И знаете, я, кажется, начинаю понимать почему!

На ученого воззрились две пары скептически прищуренных глаз.

– Рефлексы, оставшиеся еще с прошлой жизни, не позволяют им вот так просто принять неведомое. – Научный сотрудник постучал ногой по обшивке, давая понять, о чем идет речь.

– Ты хочешь сказать, – вояка переглянулся с напарником, – что дикари чувствуют в «Малыше», э-э… аномалию?

– Конечно! Это ведь очевидно!

– Очевидно ему, – пробурчал себе под нос Равлик. – Ну и?

– И то, – поучительным тоном выдал Алексей, – что можно попробовать сыграть на других рефлексах, если они, конечно, тоже остались…

– Ты чего задумал? Эй!

На всякий случай придерживая разволновавшегося ученого за складки комбинезона, сталкеры не без удивления оценивали одно его действие за другим. Отцепив с пояса контейнер, научник завозился, вскоре явив на свет несколько аномальных образований.

– Нет, не то, не то, – бормотал Чайкин, – нужно что-то более яркое, привлекающее внимание…

Когда в перчатку вывалилось «черное солнце», заиграв алыми отсветами в глазах склонившихся над артефактом людей, Алексей помедлил, взвесил диковинку в руке.

– Попробуем…

Вскочив на ноги, доктор громким возгласом привлек внимание дикарей, следящих за своей добычей с безопасного расстояния. Следом на берег полетел, полыхнув в воздухе как головешка, артефакт. Несколько одичалых шарахнулись от приземлившегося в песок огненного комочка, застыв в ожидании, как им казалось, готовящейся атаки. Другие же просто напряглись, из любопытства вытянув шеи. Но стоило самому смелому приблизиться к месту падения занятной вещицы, округа тотчас