Симон Петлюра - Виктор Савченко

Украины до 6 тысяч солдат, на Украинском фронте боеспособных «украинизованных солдат» было около 60 тысяч. На Западном, Северном, Кавказском фронтах было еще до 40 тысяч «украинизованных» солдат, но эти силы, из-за сопротивления большевиков, было практически невозможно перевести в Украину.

Армия Петлюры в ноябре 1917-го рассматривалась и большевиками как реальная стотысячная сила, способная дать отпор посягательству извне.

Петлюра прекрасно понимал, что полный развал старой армии — дело не столь далекого времени, поэтому пытался формировать «надежные» профессиональные части на основе Первого украинского корпуса под командованием генерала Скоропадского.

Генерал Деникин писал, что Петлюра, «владея базой снабжения обоих фронтов, стал поэтому фактически руководителем их...», но это была только одна из причин. Петлюра, на короткое время, сумел переподчинить, сплотить общей идеей и сохранить «украинизованные» армейские части численностью в сто тысяч человек. Это была внушительная сила, с которой большевики в ноябре—начале декабря 1917-го вынуждены были считаться.

17 ноября Генеральный секретариат одобрил разработанный Петлюрой и генералом Б. Бобровским проект реорганизации военного министерства УНР. Проект предполагал необходимость использования кадровых офицеров российской армии в составе армии УНР. В конце 1917 г. около 25 тысяч офицеров российской армии, оказавшись безработными в стране Советов, изъявили желание служить в украинской армии. Но Винниченко, Грушевский и другие «партийцы» по идеологическим соображениям отталкивали кадровых офицеров, боясь «правого» офицерского переворота и появления украинских «наполеонов».

Особое подозрение у «партийцев» вызвал созданный Петлюрой Украинский Генеральный штаб во главе с Борисом Бобровским — генерал-майором российской армии, выпускником Академии Генерального штаба. Вокруг Генерального штаба стали собираться кадры «военспецов»-профессионалов: генералы Дельвиг и Омельянович-Павленко; полковники Пащенко, Пилькевич, Сливинский, Кузьма. Петлюра сумел привлечь на службу Украинской республике генералов императорской армии, в большинстве своем неукраинского происхождения и далеко не «революционной» биографии. Командующими дивизиями и корпусами Украинского фронта стали генерал-майоры бывшей царской армии.

20 ноября в штаб Петлюры пришла страшная весть — главком Духонин был зверски растерзан солдатами на вокзале Могилева. Власть в Ставке перешла к приехавшему из Петрограда большевику-прапорщику Николаю Крыленко.

Через два дня в Киев приехали «остатки» штаба Духонина и военные миссии Франции, Англии, Румынии, которые находились при Ставке. Петлюра организовал пышную встречу «беженцам» из Могилева.

После краха «проантантовской» Ставки армия Петлюры стала рассматриваться представителями Антанты как сила, способная удержать хотя бы часть Восточного фронта, отвлекая на себя часть немецких и австрийских войск, и даже дать отпор большевикам. Положение Антанты было далеко не блестящим, особенно после осеннего, 1917 года, разгрома Италии, и блок искал силу, которая смогла бы противостоять немцам на Восточном фронте. Но ставка на Украинский фронт была только самообманом. Солдаты-украинцы не хотели воевать, и снова загнать их в окопы было просто невозможно. Надеясь на чудо, на то, что Украинская республика сможет хоть как-то помочь Антанте, Франция 5 декабря 1917 года признала государственность Украины «де-факто».

Если в начале ноября отношения между Центральной Радой и большевиками были достаточно лояльными и местные большевики даже требовали «портфелей» в украинском правительстве, то после разгрома большевиками Ставки в Могилеве отношения накалились.

По Украине поползли слухи о том, что на Киев наступают эшелоны с верными ленинскому СНК частями с целью разгромить Раду. 21 ноября, на фоне тревожных слухов, собралось чрезвычайное заседание Малой Рады. Снова, не признавая полномочий ленинского СНК, украинские политики мечтали о возникновении справедливого федерального правительства и о всеобщем мире «с согласия союзников».

23 ноября Петлюра заявляет об объединении Юго-Западного и Румынского фронтов в единый и самостоятельный Украинский фронт, войска которого будут подчиняться только приказам украинских властей, игнорируя приказы СНК. Командующим Украинским фронтом, по настоянию Петлюры, был назначен генерал-полковник Дмитрий Щербачев (выпускник Академии Генерального штаба, командир частей императорской гвардии, командарм, а с 1917 года — командующий Румынским фронтом).

Парадоксально, но опасность иногда заключалась не столько в недостатке армейских частей, сколько в их наличии. Одновременно с украинизацией армии на украинских землях шла активная большевизация солдатских масс. Целые корпуса, через солдатские Советы, заявляли о своем признании правительства Ленина и командования Крыленко. Большевистские агитаторы умело натравливали революционных солдат на Центральную Раду, «приглашая» их к походу на Киев для свержения «контрреволюции». Разложившаяся армия таила огромную опасность для Украинской республики.

Чтобы ликвидировать эту опасность, Петлюра издает приказ о демобилизации всех русских солдат из частей Украинского фронта, демобилизации подлежали также и офицеры, отказавшиеся служить Центральной Раде. Но этот приказ только увеличивал хаос и анархию в армии. Если большевики и анархисты убивали офицеров, то власти УНР стремились просто от них избавиться. Но куда могли деться тысячи русских офицеров тыловых организаций, у которых были на Украине свои семьи, квартиры? И кем их было заменить при отсутствии офицерских кадров в «украинизованных» частях?

Петлюра еще в начале ноября предлагал перейти к полному разоружению большевистски настроенных частей, особенно 7, 8, 11-й армий, однако Винниченко и в этом вопросе был категорически против, призывая проводить только «идейную борьбу». Винниченко в ноябре 1917 г. Петлюра уже стал раздражать своей самостоятельностью, независимостью, недостаточной «революционностью». Недруги Петлюры стали обвинять его в военной некомпетентности, используя критику Петлюры в армейских кругах 9-й армии. Однако фронтовой Совет Юго-Западного фронта поддержал Петлюру.

В эти же дни Петлюра ведет переговоры, по прямому проводу, с новым «хозяином Ставки» большевиком Крыленко. Пока еще обе стороны стремятся избежать открытого конфликта...

Крыленко требует задерживать на Украине все казачьи части, что продвигались с фронта «домой», и не пропускать их на Дон и Кубань, а также освободить для продвижения «красных» войск железные дороги Левобережной Украины — для удара в тыл казачьих войск. Но Петлюра ответил резким отказом на подобные требования, заявив, что он пропустит две казачьи дивизии на Дон и что не имеет морального права не пропускать домой казаков, а проблему Дона можно решить только путем переговоров.