Я всегда буду с тобой - Владимир Козюра

Он в полуприседе сделал шаг вперёд, развернулся вокруг своей оси с полусогнутыми руками и выставленными вперёд лезвиями. Послышался звук лопающихся сухожилий, чёрные капли брызнули из раны. Фёдорович немного привстал и ещё раз повернулся. Всё повторилось – звук рвущейся ткани и хлынувшие потоки биологической жидкости… Он выпрямился во весь рост и сделал ещё один поворот. Оба лезвия прошлись по горлу твари, которая до сих пор держалась за окровавленную пасть. Затем сделал шаг назад и, замерев со скрещёнными руками, в которых сверкали окровавленные лезвия, посмотрел на падальщика.

Фонтан чёрной жидкости брызнул из горла мутанта, и зверь схватился обеими лапами за развороченное горло, судорожно пытаясь остановить кровотечение. По нижним конечностям чудовища прошли электрические импульсы, заставив содрогнуться тело, ноги подкосились, и оно грузно упало на колени, не убирая лап с горла. Глаза твари, до этого излучавшие мощь и силу, теперь наполнились страхом и, казалось, уменьшились в размере. Мутант разинул окровавленную пасть и хотел зарычать, но вырвался лишь приглушенный хрип, сопровождаемый чёрными брызгами.

Мужчина опустил руки и гордо выпрямился. Он поднял с земли изодранный платок, затем аккуратно протёр лезвия ножей и выкинул грязный лоскут. Быстрым движением поднял полы плаща и вернул оба лезвия в ножны.

Мутант переместил взгляд на бёдра мужчины, там крепились две кобуры с пистолетами.

Фёдорович заметил это:

– Ты думал, у меня только автомат? – он улыбнулся и подошёл почти вплотную к мутанту. – Я же предупреждал: у тебя нет шансов.

Улыбка исчезла с лица мужчины, которое выражало теперь только ненависть и отвращение. Он медленно обошёл существо и направился к лежащему автомату.

Чудовище, падая, резко выбросило вперёд правую лапу, чтобы удержаться и не свалиться плашмя на землю.

Фёдорович услышал странный звенящий звук и новые приглушенные хрипы. Звук показался знакомым, словно рвалось что-то… тонкое.

Он поднял автомат, заменил магазин и вернулся к монстру. И теперь каждый его шаг означал лишь одно: месть и смерть. Монстр это почувствовал, и пытался рычать громче, но вылетали лишь сдавленные и хриплые звуки, в них не было ничего пугающего.

Фёдорович обошёл мутанта, который одной лапой держался за горло, а другой упёрся в землю. Из ран вытекло много жидкости, и успела образоваться чёрная лужа, над которой и склонился зверь.

– Никогда не давай шанса врагу! НИКОГДА! – он передёрнул затвор и безжалостно нажал на спусковой крючок.

Пули вошли монстру в спину и как будто невидимыми штырями мгновенно пригвоздили тело к земле… Монстр не издал ни звука… Его тело рухнуло в лужу собственной крови и замерло навсегда.

Мужчина перебросил автомат через плечо и посмотрел вдаль, туда, где валялся мотоцикл и ещё один подстреленный падальщик.

– Пойду, проверю твоего дружка! – сказал он, не взглянув на лежащую тварь. – Мало ли, подлечить надо!

Ненадолго выглянуло солнце, и солнечный луч отскочил ярким бликом от небольшого предмета, лежащего в стороне от мёртвого тела. Блеск привлёк внимание Фёдоровича.

– Это ещё что такое? – он подошёл поближе и наклонился.

На земле лежал медальон, скорее всего, золотой, он крепился на золотой же цепочке. По-видимому, мутант, отдёрнув лапу от горла, зацепил и разорвал цепочку, отшвырнув украшение в сторону.

– Ну да! Скажи ещё, что ты наряжал… – он не договорил, дрожь пронеслась по вспотевшей спине, когда он повнимательнее рассмотрел медальон. Дрожь докатилась до рук, и он едва не выронил предмет.

– Бог ты мой! Нет! Этого не может быть! – он закрыл глаза.

– Н-ЕЕЕТ! – закричал мужчина и из его глаз хлынули слёзы.

3

Мужчина стоял на коленях и плакал. Рядом с ним лежал мёртвый мутант. И, казалось, человек оплакивает только что убитое им чудовище…

Фёдорович узнал медальон. Этот кулон, точнее, два кулона, он с женой дарили на свадьбу сыну и будущей невестке. Украшения создавались на заказ и должны были стать особенными. Ювелир поинтересовался знаками Зодиака молодых и, узнав, что это Овен и Рак, предложил взять за основу идею слияния двух стихий. На круглом диске солнца волна налетала на пламя огня, но не тушила его – две противоположности становились единым целым.

По краю диска мастер выгравировал латинское выражение – Amor omnia vincit (Всё побеждает любовь). С обратной стороны были начертаны имена молодых: для Вити – Надежда, а для Нади – Виктор, и их стихии – несущаяся волна у Виктора и всепоглощающее пламя у Надежды, символизируя то, что они могут управлять стихиями друг друга. И ещё одно выражение на латыни: Dum spiro, amo atque credo (Пока дышу, люблю и верю). Это настолько восхитило родителей, что решение было принято сразу, без раздумий.

Сейчас Фёдорович сжимал медальон, на обратной стороне которого значилось – «Виктор».

Мужчина открыл глаза, перед которыми до сих пор стояли его сын, невестка, и две хохочущих девчушки, и рукой вытер слёзы.

– Не может быть! – он привстал и бросил взгляд на убитого. И теперь его глаза наполнились жалостью и болью. – Этого просто не может быть. Это несправедливо, – гораздо тише сказал он.

Мужчина на ватных ногах подошёл к убитому водителю мотоцикла и осмотрел шею, холодея от мысли, что найдёт второй медальон, но украшение отсутствовало…

Фёдорович молча развернулся, подобрал мешок и направился в свой дом-крепость.

Это тело мутанта будет первым, которое он закопает в землю и поставит крест на могиле, а не предаст огню, как предыдущие…

4

Он открыл калитку и аккуратно переступил растяжку, сделал два шага и вновь переступил едва заметную светлую нить.

«А ведь я когда-то забыл про гранату!» – он вдруг живо вспомнил, как, за долю секунды сообразив, что произошло, пулей сорвался с места и в мгновение ока долетел до угла дома, укрывшись за ним. Прогремел взрыв… Окна вылетели, и сотни стёклышек, переливаясь разноцветными огоньками под лучами гаснущего солнца, тревожно зазвенели и осыпались на землю.

Стряхнув с себя несколько осколков, он сказал:

– Так даже лучше! – и попытался улыбнуться, но улыбка получилась неестественной и тусклой, словно человек сожалел о невосполнимой утрате. – Будут думать, что искать здесь нечего…

Мужчина ступил на бетонную дорожку и двинулся вдоль дома.

Два года назад к этой кирпичной стене под прямым углом примыкал металлический каркас, по которому вверх тянулся ветвистый виноград. Коричневые ветви с огромными зелёными листьями густо переплелись и полностью скрыли искусственный скелет, погрузив эту сторону дома в тень. Знойными летними днями отец любил посидеть в прохладе с сыном, планируя очередную поездку на рыбалку или обсуждая последние новости.

Прошло совсем немного времени, и многолетний виноградник погиб. Он просто засох и превратился в пыль, которую наглый ветер подхватил и унёс прочь. Металлический корпус сильно деформировался, частично от перепадов температур и постоянных дождей, а частично от взрывов. Некоторые прутья изогнулись вверх, некоторые – вниз. Часть металлоконструкции и вовсе лежала на земле.

– Бардак! – говорил хозяин и не верил своим глазам: весь огромный сад и лесок, которые они сажали с сыном, погибли…

Фёдорович любил деревья. Как только они с женой переехали сюда, он сразу заложил сад. Земли было много, и ему нравилось экспериментировать. Через шестнадцать лет во дворе насчитывалось 163 дерева, среди них были различные сорта груш и яблок, туи, алыча, вишни, грецкие орехи и многие другие, десятки кустарников. На заднем дворе он посадил с десяток берёз и множество елей и сосен. Спустя пять лет вырос миниатюрный лес, которым он очень гордился. Ветви деревьев давали прохладу, а осыпающаяся хвоя сформировала особенный настил, характерный для лесной чащи. Не хватало только мха.

В леске мужчина поставил мангал и навес, но пользовались ими нечасто. Семья выбиралась на пикник в собственный лес, лишь когда родные собирались вместе: Виктор с женой и дочерьми, и дочь Алеся с мужем и разбойником-сыном.

В остальное время они с женой отдыхали в тени деревьев на искусно сделанных скамейках. В центре двора размещался неглубокий, выложенный камнем бассейн с фонтаном, возле которого семья собиралась вечерами и любовалась гладью воды и играющими в ней бликами заходящего солнца. В нём же радостно плескались и обливались водой маленькие внучата. Всё хозяин сделал своими руками.

– Куда всё это девалось? – часто спрашивал себя Фёдорович.

Он молча смотрел в затянутое густыми тучами небо, пытаясь что-то увидеть или кого-то услышать, затем опускал голову и шёл прятаться в своё подземное царство.

Перед самой дверью мужчина перешагнул через ещё одну растяжку и потянул за ручку двери.

Он открыл её наполовину, дверь противно заскрипела, словно сопротивляясь, протянул руку и снял крючок, который крепился к ручке с обратной стороны и соединялся верёвкой с кольцом гранаты. Мужчина осторожно закрыл дверь и повесил крючок на место. Он сделал несколько шагов и повернул налево. Открыв ещё одну дверь с такой же хитроумной ловушкой, Фёдорович оказался в небольшом коридоре.