Я всегда буду с тобой - Владимир Козюра

Он попытался представить, что же чувствует человек, которого застигла врасплох война. Наверное, то же, что и он сам. У тебя всё прекрасно: есть семья и кров, ты живёшь, планируешь своё будущее, радуешься успехам детей, огорчаешься каким-то неурядицам на работе… и вдруг… и вдруг всё это исчезает. Исчезает так быстро, что тебе кажется, будто это сон, а не реальность, и случилось это не с тобой. И лишь спустя некоторое время приходит острое, болезненное осознание всего происходящего, все твои радости и горести теперь оказываются такими несущественными и мелкими. А ещё больнее оттого, что ты никак не можешь повлиять на ход событий. Ты один ничего не можешь сделать, даже защитить своих близких и родных, самых родных… не в силах. Ты НИЧЕГО не можешь изменить!

Звук выстрела заставил Виктора пригнуться. Дочь успела крепко уснуть у него на коленях, и на этот раз не шевельнулась. Он аккуратно убрал прядь волос с лица девочки и едва заметно улыбнулся.

Виктор поднял голову и посмотрел вдаль, в промежуток между двумя орудиями: там один из лежавших встал, оглядываясь по сторонам. Снайпер заметил это и тут же ликвидировал мутанта.

Раздался едва слышный смех солдат, и всё вновь стихло.

Ночь поглотила Брест, и с её приходом воцарилась непривычная тишина. Не было слышно ни криков монстров, ни выстрелов, ни звука машин, ни мигалок «скорых» или «пожарных», ни криков молодёжи – ничего. Электричество по всему городу было отключено, и лишь всполохи нескольких пожаров не давали тьме полностью завладеть городом.

Жизнь в городе остановилась, Ночь и Тишина накинули на него невидимые сети, захватив в плен и превратив в призрака.

Время от времени звучали одиночные снайперские выстрелы, но Виктор не реагировал на шум. Ни один мускул на его лице не дрогнул – выстрелы становились нормой. Он любовался личиком дочери, которая осталась его последней надеждой в этом потерянном мире.

И вдруг ночную тишину разорвал крик, от которого у Виктора побежали мурашки по телу. Крик. Такой человеческий и такой живой.

– Не стреляйте! Прошу! – кричал мужчина взволнованным голосом. – Мы увидели свет и решили идти на него! Молю вас, помогите! Нас тут пятеро!

4

Анна заворочалась во сне. Виктор аккуратно переложил её голову на одеяло и привстал.

– Не стреляйте! Прошу! Помогите!

– Стойте, где стоите! – закричали солдаты. – Не двигаться!

Виктор всматривался вдаль. Из-за одного из взорванных танков вышло несколько человек с поднятыми руками. Отсюда их было сложно разглядеть – слишком далеко, да и свет прожекторов превращал людей в одинаковые чёрные силуэты.

Раздался выстрел, и люди попадали на землю. У очередного «проснувшегося» исчезла голова, и он свалился на землю, не издав не единого звука.

– Нет! Прошу вас! Нет! – кричали наперебой перепуганные люди.

Виктор развернулся к бронетранспортёрам, где на крышах стояло пятеро снайперов, целясь в приближающихся.

– Не стреляйте! Они ведь… – Виктор попытался найти какое-то особенное слово – «беженцы», «уцелевшие», «пленные», и прокричал отчётливо: – Они выжившие!

В окопе, возле орудий, расположилось около десятка автоматчиков, среди них был и Корнеев.

Он вылез из окопа и сделал несколько шагов по направлению к людям.

– Вставайте! Мы не в вас стреляли! Кто вы? Как вам удалось спастись?

Он развернулся к Виктору и жестом руки подозвал к себе. Мужчина, рванув было вперёд, остановился, бросив тревожный взгляд на спящую дочь.

– Эй! – негромко крикнул он солдату в окопе. – Пригляди за ней!

Военный ничего не ответил и лишь кивнул в ответ. Виктор быстро оббежал первую линию обороны и оказался рядом с сержантом.

– Не верю своим глазам! – проговорил военный, повернувшись к нему. – Как им удалось выбраться?

Виктор сам не понимал, как это произошло. Он посмотрел вдаль и закричал:

– Вставайте! Мы идём вам навстречу! Не бойтесь!

Корнеев поправил ремень автомата.

– Ты, как всегда, свой забыл дома в хлебнице, да?

«А он весельчак! – Виктор машинально коснулся плеча, на котором должен был висеть ремень автомата. – Я уж подумал… не помню, что я подумал!»

Виктор улыбнулся в ответ:

– А ты где свой обычно забываешь?

– Нигде! – без улыбки ответил сержант. – Он всегда со мной! Я с ним сплю, ем, переодеваюсь и…

Дикий рык прервал их разговор. Он слышался где-то позади пришедших людей, и Виктор ощутил, как оттуда повеяло холодом и… смертью. Да, это был запах зверя, который выследил свою жертву и готовился нападать.

– Давайте к нам! – закричал Виктор и услышал очередной выстрел. Он машинально пригнулся и начал быстро двигаться, как предполагал, к приникшим к земле людям.

Он обогнул глубокую воронку, явно не от обычного танкового снаряда, затем ещё одну, и, по его ощущениям, где-то здесь они и должны были находиться.

Он обернулся, дыхание участилось, и, прежде чем крикнуть, он сделал глубокий вдох.

– Где они? Они ведь были… – он ещё раз вдохнул. – Должны быть здесь.

Ещё выстрел. Крики солдат. Корнеев остался перед первой линией обороны и присел на колено, целясь, казалось, прямо в Виктора.

– Прямо тридцать! – донеслось со стороны снайперов.

– Стой! – закричал ещё кто-то, но эти слова Виктор не услышал.

«Так, прямо тридцать! – мысленно повторил он. – Мне ещё тридцать метров, они просто испугались и замерли!»

Виктор не знал, что на крепость началась атака, и снайперы распределяли цели. И команда «Прямо тридцать!» была адресована не ему, а другому снайперу.

Он развернулся и бросился вперёд. Ещё одна воронка. В ней несколько тел, и Виктору показалось, что одно из них поднимает голову… Уничтоженный танк, обгоревшее тело солдата, наполовину торчащее из люка…

Прозвучал выстрел, ещё, автоматная очередь. Несколько мутантов одновременно зарычали, им ответили другие, спешащие присоединиться к охоте.

Виктор пробежал половину пути к выходу из военной части.

– Ну, где вы? Вставайте! Нужно уходить!

Слева от него что-то зашевелилось.

– Давайте быстрее! – выдохнул он.

Теперь выстрелы звучали повсеместно, но Виктор слышал лишь крики людей, которых нужно было вытащить из ловушки.

Мощности прожекторов хватало, чтобы осветить всю территорию военной части, но на своём пути свет врезался в металлическую стену из танков и БТРов и частично терял мощность.

Виктор обогнул ещё один танк и оказался в тени, свет заметно потускнел, и с каждой новой преградой становился всё слабее и слабее.

Он обернулся туда, где стоял покорёженный Т-80, в надежде увидеть выходящих людей.

Медленно, постоянно закидывая вверх голову и громко втягивая ночной воздух, из-за боевой машины появилось существо в военной форме. Оно сразу заметило человека, и его ноздри перестали расширяться. Мутант замер, словно просчитывая варианты атаки. Существо посмотрело своими чёрными, как смола, глазами, в которых отразился беспомощный человек. Доля секунды… дикий рёв – и монстр бросился на жертву…

Виктор, который успел привыкнуть к подобным сюрпризам, мигом сделал шаг назад. Он ощутил, как земля ушла из-под ног и всё вокруг поднимается и затягивается тьмой. Дыхание перехватило от сильного удара по рёбрам, он сразу вскочил и сделал ещё один шаг, вновь уцепился за что-то мягкое и снова упал.

– Чёрт! – воздуха едва хватало. – Помогите!

Вокруг непроглядная тьма, словно на него набросили одеяло и начали душить. Жарко… очень жарко… воздуха не хватает…

– Кто-нибудь! – закричал он. Сердце колотилось, и казалось, что его удары начинают сливаться в один протяжный гул. – Спасите!

– Заткнись! – раздалось сверху. – Ноешь, как девка!

Виктор поднял голову и понял, что свалился в воронку от снаряда. Свет ночного неба вырвал из тьмы голову военного, который заглядывал внутрь ямы.

– Ты что, меня не слышал? Вылезай! Похоже, мы в осином гнезде!

Корнеев подал ему руку, и Виктор вмиг оказался на поверхности. Рядом с воронкой мордой вниз распласталось тело мутанта.

– Чего ты туда попёр? – закричал сержант.

– Я хотел…

– За мной, быстро! – не дожидаясь ответа, приказал военный.

– А люди! Как они?

– Всё в порядке! Они лежали и… – сержант сделал глубокий вдох. – Тварь была слишком близко. Потом вскочили и понеслись пулей. Я тебе кричал, но ты оглох, а потом и вовсе скрылся из виду.

– Спасены! – вырвалось Виктора, и улыбка коснулась его лица.

– Что ты там бормочешь?

– Нет, нет! Всё в порядке! – часто дыша, ответил мужчина.

Только теперь Виктор услышал, как активно ведётся огонь, как кричат солдаты, и как свирепо рычат эти твари.

Они подбежали к траншее и нырнули в неё. Траншея была полна солдат, которые громко переговаривались, периодически открывая огонь.

Виктор бросился к месту, где оставил дочь. Девочка спала крепким сном, так же наполовину раскрывшись.

«А ещё спрашивает, почему я не слышал криков?» – он аккуратно поправил сползшее одеяло.