Игра без правил - Энтони Гальяно

— Где она?

— Внизу, танцует.

Ник шагнул к перилам, но с опаской, словно боялся, что я столкну его вниз. Он снял очки и протер стекла носовым платкам. Надел их, огляделся и указал куда-то вниз. Даже в полутьме было видно, что он напуган и к тому же бледен, как человек, который много лет проработал в подвальном помещении.

— Видишь ее? Вон, в черном платье. Она танцует с девушкой.

Проследив направление, я наткнулся взглядом на Вивиан. Да, она танцевала, и это зрелище меня загипнотизировало. В приличной школе таким танцам не учат. Я почувствовал, что краснею. Несколько секунд я наблюдал за ней, завороженный ее пластикой. Казалось, музыка расплавила ее скелет. Потом они с девушкой поцеловались.

«Саут-Бич во всей красе», — подумал я.

Ник наклонился к моему уху.

— Мы думали, ты погиб!

— Ты это уже говорил. Не делай вид, что разочарован. Скажи лучше вот что: почему Уильямс вас преследует?

— Долгая история. Он думает, мы хотим его обмануть.

— Как обмануть? — спросил я.

— Джек, пожалуйста. Давай сначала уйдем. Ты что, не боишься Уильямса?

— Если Рудольф так страшит тебя, то что ты здесь делаешь?

— Мы думали, в толпе безопаснее, — ответил Ник.

— Уверен? Подумай еще разок.

В темноте я достал пистолет и сунул Нику под ребра. Обернулся, но на нас никто не смотрел. Парочки за столами были поглощены разговорами, на лицах играл отблеск свечей и, вероятно, кокаина, от небольшой дозы которого я и сам бы сейчас не отказался. Слишком уж длинными выдались последние два дня.

— Что ты творишь?! — отчаянно зашипел Ник, — Убери эту штуку!

— Позволь задать тебе один вопрос, Ник. Насколько я, по-твоему, безумен?

— Как можно задавать такие вопросы? Я не знаю. Понятия не имею. Да я никогда не думал, что ты безумен. Возможно, немного глуповат, но не безумен точно.

— А сестра тебе никогда не говорила, что я безумен?

Я ткнул его стволом пистолета.

— Нет! Никогда! Она никогда не говорила, что ты безумен. Богом клянусь, не говорила!

— А знаешь что? Она тебя обманула! Я сегодня главный псих! Уильямс по сравнению со мной просто святоша. Понимаешь? Повтори, чтобы я слышал: «Ты самый безумный сукин сын, которого я когда-либо видел». Ну!

Я надавил ему дулом на живот.

— Ты самый безумный сукин сын, которого я когда-либо видел, — кротко повторил Ник.

— Неубедительно. Громче. Говори, пока я не скинул тебя отсюда!

— Ты не можешь так поступить! Я на кого-нибудь упаду!

— Его проблема. Нечего было являться в этот притон.

— Ну ладно, хорошо! Ты самый безумный сукин сын, которого я когда-либо видел! Я серьезно, Джек. Первый раз просто так сказал, а теперь серьезно. Ты сумасшедший, мать твою. Ты еще хуже Уильямса.

— В данный момент буду считать это комплиментом.

Я убрал пистолет под рубашку. Ник расслабился, но я не хотел давать ему спуску, поэтому схватил за локоть и надавил большим пальцем на локтевой нерв. Он попробовал вырваться, но я не пустил.

— Шагай вперед, — сказал я. — Мы спускаемся и забираем твою сестру. Только попробуй сбежать — я тебе задницу прострелю.

Я ожидал, что он бросится наутек, но он послушно пошел мимо столиков к лестнице. То ли я старею, то ли сказалось напряжение последних дней, но «Угольки» раздражали меня, и хотелось уйти как можно скорее. Надо было увезти Вивиан и ее брата в отдаленный тихий уголок, где можно без помех поговорить, местечко с парой железных стульев, галлоном сыворотки правды, наручниками и ярким немигающим светом.

Пробиться сквозь давку на первом этаже оказалось тяжело, и мне потребовалось добрых пять минут, чтобы медленно просочиться к тому месту, где я видел Вивиан. Я пробирался сквозь толпу красивых женщин, не замечая их. Музыка колотила по ушам, подобно грому. Я шел сосредоточенно, как ищейка по следу. Пришлось потолкаться, и не всем это понравилось. Высокий мальчишка с красивым, как у модели, лицом начал было возражать, но что-то в моем облике его остановило. Я поймал его взгляд, в котором однозначно читалось: «Твою мать, этот парень — легавый». Однажды приобретя повадки полицейского, сохраняешь их на всю жизнь.

Когда я наконец-то нашел Вивиан, она уже не танцевала. Она сидела у подковообразной барной стойки в центре танцпола, с бокалом в руке и ко мне спиной. Я подошел и сел рядом. Высокий мужчина в черной рубашке и черных же брюках поднес ей зажигалку. Ник маячил рядом, как призрак прошедшего Рождества. Я легонько похлопал Вивиан по руке. Видимо, она привыкла к такому обращению и не обернулась. Мне пришлось постучать по красивому бронзовому плечу, словно в дверь. Мужчина в черном сурово взглянул на меня, но я не обратил внимания. Вивиан оглянулась, изумление вспыхнуло в ее глазах, она покосилась на брата, и на ее лице последовательно отразилось несколько эмоций.

Надо отдать ей должное, сыграла она хорошо, во всяком случае, не хуже Ника. Она вскочила со стула и бросилась мне на шею, а я через ее плечо яростно уставился на мужчину в черном. Я смотрел на него таким безумным взглядом, что его загар несколько побледнел.

— Почему ты даешь прикурить моей жене, сукин сын? — осведомился я.

Он смутился. Лет тридцать пять, красивый, с ранней сединой.

— Жене? — пробормотал он. — Да я не знал. Она попросила прикурить. Забудем, ладно?

Он выставил перед собой ладони, как пару морских звезд. Потом улыбнулся, как Джимми Картер, подписавший Кэмп-Дэвидское соглашение,[19] подхватил бокал и растворился в толпе.

Вивиан целовала и обнимала меня так, словно я вернулся из Вьетнама. Ник с угрюмым видом стоял рядом. Подавив желание укусить Вивиан, я обнял ее за плечи.

— Господи! Я так переживала за тебя! — воскликнула она. — Я думала, ты погиб!

— Тогда понятно, почему ты в черном платье, — ответил я, оглядывая толпу. — Идем. Надо кое-что обсудить. Сейчас я не хочу слушать эту чушь.

Я только поднялся, как Ник толкнул меня локтем. Я проследил направление его взгляда и увидел Уильямса, чья лысина тускло мерцала в водовороте света. Он осматривался по сторонам. Я схватил Вивиан за руку, но было поздно. Уильямс уже заметил нас. Наши взгляды встретились поверх барной стойки, и мне показалось, что он улыбнулся. Это была улыбка человека, который отрезал носы и уши, наслаждаясь каждым трофеем.

Уильямс не колебался ни секунды. Он пошел на нас, раздвигая толпу мощными, как у футбольного защитника, плечами, пробиваясь сквозь людское море, как пловец, расталкивая танцующих в стороны, словно колосья пшеницы в поле. Нас разделяла по меньшей мере сотня человеческих тел, и для любого другого это послужило бы препятствием. Но не для Уильямса.

— Уходим! — крикнул я. — Держитесь рядом.

Я вклинился в толпу и рванулся вперед, не размениваясь на любезности. Я не такой здоровый, как Уильямс, и не такой сильный, но страх помог. Толпа, как многоголовый зверь, почувствовала, что начинается погоня, и я ощутил, как по залу прокатилась молчаливая волна ожидания — танцующие оборачивались и быстро уступали дорогу. Я оглянулся и увидел, как один из вышибал в белой рубашке с розовой бабочкой побрел наперерез Уильямсу. Еще двое его коллег, одетых так же, приближались сзади. Я толкал Вивиан и Ника к выходу. Мы уже почти добрались до края танцплощадки.

Вивиан поскользнулась, чуть не упав. Она наклонилась, сорвала туфли и побежала вперед босиком. Толпа, сочувствуя беглецам, расступалась перед нами. Мелькали лица наблюдающих за погоней людей. Ник был уже далеко впереди. Я почти не сомневался, что он намерен исчезнуть, но он остановился и подождал нас. Обернувшись, я заметил, как вышибала с фиолетовым «ирокезом» ухватил Уильямса за плечо. Уильямс развернулся и ударил его ребром ладони в гортань. Тот упал. Двое других вышибал бросились на Уильямса, стараясь повалить его на пол. Видно было, что они дерутся в полную силу. Я мысленно пожелал им удачи. Она им понадобится.

Я побежал вперед и подтолкнул Ника и Вивиан к пожарному выходу. Нет смысла даже пытаться уйти через центральную дверь. Полиция наверняка остановит любого, кто захочет слинять из клуба. Я обеими руками выбил защитный брус и потом вернул его на место.

— Где твоя машина? — крикнул я Нику.

— Отдал служащему.

— Возьмем мою, — сказал я. — Она у парка. Пошли!

Нельзя было терять ни минуты. Вивиан побежала, держа в руке черные туфли. Я то и дело оглядывался через плечо, в любую минуту ожидая, что на нас обрушится наказание Господне. Добежав до «бумера», мы прыгнули в салон. Я посмотрел в зеркало заднего вида и увидел, что к нам несется огромный силуэт.

Я моментально завелся и рванул с места, включив фары, только когда завернул за угол.

— Куда ты нас везешь? — спросил Ник.

— В Диснейленд, — ответил я. — Пора познакомиться с Микки Маусом.

— Ты псих, — бросил Ник. — Раньше я так не думал, но теперь не сомневаюсь.