Виражи Судьбы (СИ) - Теллер Тори

правда гораздо примитивнее.

Алан исподтишка разглядывал свою протеже — что-то в ней изменилось.

Повзрослела? Почувствовала независимость?

А может — и то, и другое?

И выглядела как-то ярче, женственнее: яркое платье, яркая помада, черный лак на ногтях, и — матерь божья! — она так ездит на мотоцикле??

Блейк смотрел, смотрел и… все понял! У нее появился взрослый любовник.

Ах, он, старый осееел…

А Сторм — так просто идиот. Удивительно, что она вообще вернулась.

*

— Надеюсь, ты вправду не думала, что у тебя вот так с маху все и получится?

— У меня уже получилось! — упрямо вздернула она подбородок.

— Не смей на меня повышать голос, — оборвал ее Блейк.

Под маской злобного босса он любовался своим созданием — как она была сейчас хороша…

Не зря он потратил силы и время — она узнала себе цену и не сломалась!

Но все же была… неосмотрительна.

— Прости, Алан. Не могу больше быть твоей собачкой на привязи! Я даже не понимаю, кто я тебе теперь… Партнер, которого ты решил кинуть?

— Партнер-партнер…

Он поймал ее руку, вытянул в сторону, вторую положил себе на плечо и порывисто подхватил девушку под спину крепкой сухой ладонью — чуть выше талии.

— Музыку слышишь? — негромко спросил Блейк и потребовал — Танцуй со мной!

И повел ее — властно, жестко, очень по-мужски.

Несущееся из динамиков Argentine tango, рвало душу, не оставляя надежды на мягкое примирение — такие заскоки своего гуру Хэлл понимала сразу. Но она больше не хотела чувствовать себя нанятой сироткой, приживалкой-беженкой без собственного имени…

Она воспротивилась.

Ощутив неподатливость ее тела, Мэтр притиснул Хэлл к себе и свирепо прошептал на ухо:

— Хочешь быть партнером — так будь! Но ты не умеешь им быть! Ты даже танцевать в паре не умеешь! Танго — это как жизнь: создаешь иллюзию подчинения и делаешь с партнером, что хочешь… — он раскрутил ее, отталкивая, и рванул обратно, не давая опомнится и прижимая к себе спиной.

Не прекращая движения, Марина вывернула шею и огрызнулась:

— Я и так делаю, что хочу!

— Нет! Нет, — мелодия смолкла, но Алан крепко держал ее руки и строго, требовательно смотрел в глаза. — Ты просто сводишь всех с ума. Почти в прямом смысле. И себя — в первую очередь. Не беги впереди паровоза — передохни! Ты в Голливуде, детка. Здесь выскочек не любят.

— Здесь любят контракты, бабло, и кончают при словах “It's a deal!*, — зло выговорила девушка. — Отпустите, Мэтр, мне больно!

— Тебе больно? — Алан сделал ударение на первом слове.

Потом все же оставил ее руки, буквально оттолкнув от себя.

Отошел к дивану, сел.

Марина развернулась и нерешительно направилась к дверям.

— Стоило мне уехать на пару дней… — услышала она в спину.

— Вы бросили меня! Оба!! Нет, я ничего не просила и справилась бы сама, но… Алан! Это же была твоя затея! И этот гребаный квест… Я все приняла всерьез и выполняла честно!

Девушка снова стояла перед Мэтром — вытянувшаяся, напряженная…

Обрезаться можно.

— Сядь уже! Сядь, пожалуйста, — поморщился он от стреляющей в виске боли. — Я действительно всего лишь хотел пару дней отдохнуть, пока ты наиграешься в самостоятельность. Не мог же я предвидеть, что твой Годзилла тоже исчезнет! И не смотри на меня так — это правда. Чтоб ты знала: он очень хочет сниматься в “Swan Lake”.

Марина скривилась в подобии усмешки.

— И он еще не отошел от того, что увидел своими глазами твои правки «Вальмона»! Ты ж все там комментируешь в язвительной манере Нэт Хэлл — пейринги с его экс-подружками, неоднозначные сцены с братом… — укорил ее Блэйк. — Задела мужское самолюбие — получи бумеранг.

— Я писала это тебе — не ему. Прилететь должно было тому, кто подсунул…

— Никто ничего Алексу не подсовывал. Всю пикантную куртуазность ему разрисовали в глаза!

— Да кто же, если не ты?!

— Отец, — пожал плечами Блейк. — Я тоже не ожидал такого от обласканного Фемидой Олле-Стуре, но… факт есть факт.

Марина так опешила, что застыла с открытым ртом.

— Он… что… ревнует?? — догадалась она.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Конечно! В большой семье Олле-Стуре звездой всегда был только он сам.

Они помолчали — каждый о своем.

Блейк продолжал внимательно изучать свою Элизу Дулитл.

— Впредь будешь умнее. И твой квест — не шутка, как и наш спор. На кону, по-прежнему семилетний контракт.

— Алан, хватит меня разыгрывать, — досадливо отмахнулась девушка. — Никакого спин-оффа нет!

— Ошибаешься, дорогая, с нескрываемым удовлетворение парировал Блейк. — Сценарий написан, необходимые средства и команда собраны. В настоящее время подбираются локации, идут переговоры с актерами. Алекс прогнозируемо отказался, но стоит мне подписать контракт с тобой — и он вернется как миленький.

— Ты главный режиссер?

— Нет, шеф-продюсер. И шоу-раннер первого сезона.

Марина угрюмо присвистнула.

— Значит снова — Карабас-Барабас и его театр марионеток…

— Ну, концепция несколько поменялась, и нам не помешает отсутствие Алекса в касте… Но это все потом. Сначала ты выполнишь третье условие.

— Какое, Мэтр? — устало отозвалась девушка.

— Рождественскую статью в «Роллинг», посвятишь заключительному сезону сериала Сторма — в качестве извинения. И внутрь статьи вставишь живое интервью со шведской звездой — такое, чтобы папаша его подавился!

— Кто мне позволит, Алан? — разозлилась Марина. — У издания совершенно другой формат!

— «У издания»… — передразнил Блейк. — Не прикидывайся беспомощной овечкой — ты можешь продать лысому расческу, а эскимосам — снега!

— Спасибо, но мне — мне, Алан! — Сторм не будет изливать душу, как это заведено в рубрике. В лучшем случае, он просто откажется от интервью. В худшем — постарается обидеть, через пресс-агента прислав стандартный набор ответов, как заштатному репортеришке.

— Неет. С вашим изданием у него такое не пройдет — не дорос еще до элиты, чтобы так пальцы гнуть. Так что, думай.

И, немного помолчав, добавил:

— Или снимайся в вампирской франшизе — тебе очень пойдут клыки.

Девушка скривилась, поднесла два пальца ко рту и высунула язык.

Алан расхохотался.

— В конце концов, почему бы тебе не поступить так, как поступают все женщины?

— Что ты имеешь в виду?

— Обмани его. Собственно, этого-то я от тебя и добиваюсь. Ты должна научиться блефовать по-настоящему! Настолько по-настоящему, что сама будешь верить в свою игру. По Станиславскому, по Чаббак**… как угодно! Без этого ничего не получится.

— Алан, почему именно его? — глухо отозвалась Марина.

— Объясню, если справишься.

— А если не справлюсь?

— Зажарю и съем, — засмеялся Блейк.

_______________

*It's a deal — англ. «по рукам», «договорились», «заметано».

**Ивана Чаббак — американский преподаватель актерского мастерства,

готовит кинозвезд первой величины по собств. методике

Эпизод 37

Загадочность —

самый элегантный способ управлять людьми.

С этим «обмани его» я прожила неделю. Я ним спала, ела, чистила зубы, строчила статьи… И, наконец, примирилась. Все равно надо было как-то разруливать наш треугольник, потому что в близких отношениях я не выношу всех этих геометрических фигур.

Кая я не обманывала — ведь он ничего и не требовал от меня. Но он был больше чем просто любовник: секс с ним был прекрасным продолжением не менее прекрасных отношений, куда более разносторонних и комфортных для меня, чем… сами знаете с кем. Но секс по дружбе — это не мое, и если до такого дойдет, то я это прекращу. А сейчас — пусть все идет, как идет.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Тем более, что обязательства перед Блейком сейчас на первом плане.

*

Договорившись с выпускающим редактором о статье без подписи, я сделал все, чтобы интервью со Стормом организовали официально — через его пресс-агента и без моего участия. Коллеги пошли мне навстречу, хотя и едко похихикали о «звездной болезни, передающейся половым путем», покрутив пальцем у виска. Пришлось сказать, что готовлю рождественский сюрприз — тут даже врать не пришлось.