Изумруды для Офелии - Кэролайн Барт

— Она сказала, что только что побывала в материнском доме, — проговорила Мэгги, опустив глаза и сжав пальцы в сухие кулачки.

— Продолжай, — потребовал Гарри, остановившись возле ее стула. — Не тяни, тебя все ждут…

— Облегчите свою участь, — проговорил стажер с интонациями священника, исповедующего грешницу.

Кэтрин едва заметно улыбнулась этой аналогии.

Мэгги приняла эту улыбку на свой счет, и она подбодрила ее. Женщина набрала в легкие воздух и заговорила, запинаясь и путая слова:

— Она сказала, что мать ее встретила дружелюбно, что она ее почти простила, назвав ее визит «возвращением блудной дочери». И все было бы хорошо, если бы не вмешательство мисс Сарпл, новой сиделки.

— И в чем же выражалось вмешательство мисс Сарпл? — строго спросил шериф, опять недоверчиво покосившись на Кэтрин.

— Она все время присутствовала при их визите, что-то постоянно нашептывала мисс Браун и с ненавистью смотрела на Джеки.

Гарри с недоумением переводил взгляд с Мэгги на Кэтрин и наоборот.

— Это неправда, — не могла не вмешаться Кэтрин. — Я сразу же вышла и все время была в кухне с Полли. Можете спросить у нее!

— Подождите, мисс Сарпл, — грубовато прервал ее шериф. — Мы спросим и Полли, и вас.

В его голосе прозвучала прежняя подозрительность.

— Продолжайте, Мэгги, — хозяйским тоном велел Гарри.

Он уселся на подоконнике и стал нетерпеливо ждать продолжения ее рассказа.

— Джеки сказала, — торопливо заговорила Мэгги, — что мисс Сарпл обладает даром гипнотизера — она ведь психолог. И совершенно подавила волю хозяйки. Она сказала, что об этом ей говорили все слуги.

Припоминая слова Джеки, сиделка, казалось, опять подпадала под влияние всего сказанного дочерью ее любимой хозяйки. Взгляд Мэгги становился суровым, ею опять овладевало желание во что бы то ни стало помочь Луизе.

— Дальше, — бросил Гарри.

— Якобы слуги сказали, что она распространила свое колдовское искусство даже на молодого хозяина. Гарри влюбился в нее.

При этих словах Гарри расхохотался. Он смеялся от всей души, запрокинув голову и раскачиваясь.

Кэти, глядя на него, тоже засмеялась. Шериф и стажер недоуменно переглядывались.

— Так вот, значит, каким образом я в тебя влюбился! — все еще смеясь, проговорил Гарри. — На костер ее!!!

Он обнял Кэти за плечи и крепко поцеловал в губы. И на этот раз девушка не отстранилась…

— Ну это несерьезно! — поддержал шериф. — Ладно, продолжайте.

Джон Бронски махнул рукой, с досадой посмотрев на Мэгги.

— Я просто пересказываю то, что мне сказала Джеки, — смущенно проговорила женщина. — Влюбился или не влюбился — это не мое дело.

Мэгги поджала губы и обиженно посмотрела на Гарри, который вновь рассмеялся.

— Вы остановились на том, что мисс Сарпл с ненавистью смотрела на Джеки, — напомнил шериф.

— По словам самой Джеки… — добавила Кэтрин.

— Джеки сказала, что мисс Сарпл поставила цель выйти замуж за Гарри и, значит, совсем не в ее планах возвращение дочери миссис Браун.

Гарри, улыбаясь, нежно смотрел на Кэти, продолжая слушать россказни сиделки.

— Джеки рассказала, — говорила Мэгги, все больше увлекаясь воспоминаниями, — что, поддавшись гипнозу мисс Сарпл, миссис Браун начала совершенно менять свое отношение к дочери. И, наконец, все кончилось тем, что мать выгнала свою дочь, которая пришла к ней с покаянием.

Мэгги увидела, что ее последние слова произвели впечатление на шерифа. Он качал головой, кидая на Кэтрин неприязненные взгляды.

Кэти и Гарри теперь вместе сидели на подоконнике, и по решительному виду молодого хозяина было понятно, что он теперь не даст девушку в обиду. Кэти грустно смотрела на сиделку, понимая, что из-за фанатичной преданности хозяйке и ее дому она могла бы пойти даже на убийство.

— Джеки рассказывала все это и плакала, — продолжала свой рассказ Мэгги. — Она сказала, что только я смогу помочь ей. Она осталась совсем без средств к существованию и пришла просить у матери помощи. Мисс Браун уже была готова помириться с дочерью, но тут вмешалась Кэтрин, и мать ее выгнала.

— Про это вы уже говорили, — оборвал ее шериф. — Расскажите, как вы решились на ограбление.

— Джеки попросила меня забрать драгоценности, которые, конечно, рано или поздно попадут в руки к мисс Сарпл. А ведь это фамильные драгоценности, и они по праву должны принадлежать дочери Луизы.

Мэгги, наверное, и сама не осознавала, что ее интонации и тон изложения свидетельствовали, что она на стороне Джеки.

Бедная слабая душа, с жалостью думала Кэти, ни малейшего чувства собственного достоинства. Одна сплошная фанатичная преданность и безграничная зависимость от чужого мнения…

— Джеки разработала план изъятия фамильных драгоценностей, по которому подозрение должно было пасть на мисс Сарпл, — бесстрастно рассказывала Мэгги. — Тут было и платье, и выход через центральный вход, чтобы видела охрана…

— Так, значит, драгоценности у Джеки, — сделал вывод Гарри. — И это она ждала тебя в машине за оградой парка.

Мэгги опустила глаза и утвердительно кивнула головой.

— Где она сейчас находится? — спросил шериф.

— Она собиралась уезжать в Нью-Йорк, — покорно ответила Мэгги. — Она живет там у своей подруги, в Бронксе…

— Докатилась… — горестно произнес брат. — Живет в Бронксе… Где живут отбросы общества. — Помолчав, Гарри обратился к шерифу: — Ну что, Джон? Ваши дальнейшие действия по следствию?

— Инспектор Сандерс и Майкл, — тот кивнул в сторону стажера, — завтра же поедут в Нью-Йорк.

— Надеюсь, вашего профессионализма хватит на то, чтобы найти Джеки?

Слово «профессионализм» Гарри произнес с весьма заметной иронией.

Когда служители закона ушли, забрав с собой Мэгги, Кэти и Гарри остались одни впервые за много дней. Гарри восхищенно посмотрел на Кэтрин:

— Ну ты молодец! Как тебе удалось раскрутить Мэгги?

— Сама не знаю, — скромно ответила девушка.

— Просто не мисс Сарпл, а мисс Марпл, — хохотнул Гарри.

Кэти рассмеялась. Ей было приятно, что он сравнил ее со знаменитой героиней детективов Агаты Кристи.

— Интересно, найдут ли Джеки наши горе-детективы? — Кэтрин задала вопрос самой себе. — Ведь Нью-Йорк — это не Ферфакс и даже не Вашингтон.

— Не поехать ли тебе в Нью-Йорк к ним на помощь? — пошутил Гарри.

— Я бы поехала, — подхватила его шутку Кэти. — Давно не была в Нью-Йорке.

У девушки было приподнятое настроение. Дело об ограблении почти закончено. Подозрения с нее сняты, все выстроилось так, как она предполагала. Отношения с Гарри перешли из натянутых в дружеские. Теперь Кэти могла спокойно смотреть ему в глаза без смущения и обиды. Правда, между ними теперь не может быть ничего, кроме приятельских отношений. Слишком глубока трещина, возникшая после второго августа.