Цикл "Детектив Киёси Митараи. Книги 1-8" (СИ) - Симада Содзи

Бич-Пойнт — место теплое, и даже при постоянно открытых окнах комната не должна остывать; а как в дождливые зимние дни? Не холодно ли здесь спать? Размышляя над этим, Эрик вспомнил, что на внешней стороне верхнего окна имеются раздвижные металлические дверцы. Наконец он понял, зачем они нужны. Видимо, их закрывали на зиму или в особо холодные дни.

Если так, то и на нижнем окне должно быть похожее устройство.

Он быстро вышел наружу, спустился по железной лестнице и остановился там, куда, по его предположениям, выходило маленькое окно. Там оно действительно и было. Это окно также закрывалось снаружи. Но, в отличие от верхнего, оно было поменьше и закрывалось одной-единственной металлической дверцей, сдвигавшейся в сторону, поэтому выглядела та, скорее, не как дверца, а как крышка. Так или иначе, она была до упора сдвинута вправо, оставляя окно открытым.

Подтянув провод, Эрик высоко поднял лампу и попробовал посветить в окно. Оно выглядело совершенно так же, как верхнее, только размером поменьше.

Стены башни были достаточно толстые, и на углублении примерно двадцати сантиметров от внешней поверхности видно было прочную металлическую решетку. Она была частая, так что просунуть сквозь нее руку казалось сложным. Находясь снаружи, невозможно было снять решетку и ткань от комаров, это даже не стоило и проверять. Исключались также любые манипуляции внутри запертой комнаты с иголкой и ниткой.

Эрик попробовал закрыть окно, двигая дверцу за маленькую ручку. Эта металлическая дверца тоже была закреплена металлическими направляющими, установленными в верхней части. Оказалось, что она поддается с большим сопротивлением, и чтобы сдвинуть ее, потребовалось приложить силу. Возможно, из-за ржавчины. Но когда Эрик с усилием передвинул ее до упора, дверца прилегла к вертикальным боковым ограничителям настолько плотно, что полностью исключалась возможность какого-нибудь сквозняка.

Передвигая дверцу в прежнее положение, он сообразил, что касался ручки пальцами, и пожалел, что не учел возможности снятия отпечатков пальцев и не обмотал руку носовым платком.

Поднимаясь обратно по лестнице, Эрик увидел фигуру спокойно курящего Рикки Сполдинга.

— Кто зажег лампу в комнате, когда вы вчера вечером провожали мистера Алексона? — спросил Эрик.

— Я, — ответил Сполдинг. — Мистер Алексон взял за правило не курить сигар перед сном, так что зажигалки у него не было.

Эрик подумал, что в комнате действительно не было ни пепельницы, ни окурков. Он не курил по соображениям здоровья или опасался пожара из-за курения в постели? Рассуждая об этом, он еще раз осмотрел комнату от входа и вновь отметил, что на двух стеклянных окнах не было занавесок.

В таких условиях после восхода солнца здесь было невозможно спать. Эрик, которому часто приходилось работать по ночам, подумал, что он никогда не выбрал бы эту комнату для спальни. С учетом этого можно было гораздо раньше почувствовать неладное, когда Ричард не вышел из комнаты, но для Пола Алексона, странноватого ученого-отшельника, который ложился с заходом солнца и вставал на рассвете, это, возможно, подходило. Однако Ричарда, если б он решил тут пожить, такое не должно было устраивать. Раз он не велел повесить занавески, значит, не собирался использовать башню в качестве загородного дома. Размышляя таким образом, Эрик вошел в комнату и подошел к стеклянному окну.

Потом, обернувшись к кровати, он снова увидел труп Ричарда Алексона. Тот все так же продолжать плыть по полу.

Эрик выдохнул через нос и неожиданно для себя самого рассмеялся. «Все, хватит, хватит», — подумал он. Какой смысл размышлять о том, что произошло в запертой комнате? Загадку этой странной позы и выражения на лице трупа так все равно не разгадать.

Что значит это странное выражение на лице плейбоя-предпринимателя? Непохоже, чтобы этот случай был заурядной загадкой с убийством в запертой комнате.

Пока Эрик Бернар рассуждал об этом, глядя на море через маленькое окно, вернулся Харрисон Тайнер в сопровождении мастера по реквизиту Тома Гейли. Их стало уже трое, и, чтобы не наследить на месте происшествия, Эрик вышел из комнаты и закрыл дверь. Лампу он, конечно, тоже вынес наружу и велел Харрисону выключить генератор на крыше. Он поручил также отнести на крышу газовый резак и маску. Ведь было ясно — когда полиция приедет и поймет, что произошло незаурядное убийство, здесь будет суетиться множество полицейских и станет тесно. Только лампу Эрик оставил лежать на площадке. Отдав все распоряжения, он решил дожидаться прибытия полиции перед дверью.

Когда он спросил, как прореагировал режиссер Тофлер, ему сказали, что, услышав об обнаружении трупа, тот был несколько обескуражен, но только кивнул, не говоря ни слова.

Прошло уже полтора часа, когда у основания башни послышался какой-то шум. Ездивший звонить в полицию Стивен Олсон вернулся с большой группой полицейских и криминалистов. Даже без сирен и красных мигалок любой догадался бы, что прибыла полиция.

Несколько человек с уверенным топотом стали подниматься по винтовой лестнице. В пирамиде все звучала музыка — съемки еще продолжались. На вопрос, много ли осталось, Харрисон ответил, что все может закончиться в любую минуту. Эрик решил, что об этом сразу надо сказать полиции. Ни в коем случае нельзя мешать съемкам. Его наручные часы показывали час сорок.

Из-за изогнутой стены показался крупный мужчина. Несмотря на темноту, было понятно, что на нем узорчатая рубашка и коричневые брюки. За ним следовал мужчина в очках, белой рубашке с галстуком и серых брюках.

— Труп мистера Алексона тут? — задал прозаический вопрос мужчина в узорчатой рубашке.

Эрик кивнул.

— Это мистер Ричард Алексон из «Алексон компани»?

Эрику пришлось кивнуть еще раз.

— А вы кто?

Человек в узорчатой рубашке был небрит, у него были круглые щеки и подбородок. На мясистом лице блестел пот. Говорил он негромко и в целом относился к тому же типу, что и Рикки Сполдинг.

— Главный художник Эрик Бернар.

— Главный художник — это не то же самое, что главный режиссер?

— Главный режиссер еще занят на съемках в том здании. Но скоро они закончатся.

— Кто обнаружил?

— Я, — ответил Эрик.

Человек в узорчатой рубашке многозначительно кивнул.

— Я Декстер Гордон, начальник полиции Нового Орлеана.

Декстер отцепил от пояса и показал, подняв в правой руке, крупный полицейский значок на черной кожаной подкладке, подтверждавший его личность.

— А это Нельсон Макфарен, специальный агент ФБР. Я попросил его тоже приехать, раз дело связано с большой шишкой из Филадельфии.

Макфарен, в свою очередь, показал значок ФБР.

— А кто эти господа?

— Я Харрисон Тайнер из команды художника. Стивен, наверное, уже представился. Это Том Гейли, реквизитор. А те трое — охранники мистера Алексона. Представьтесь, пожалуйста, — сказал Эрик.

— Рикки Сполдинг.

— Родриго Граппели.

— Джозеф О’Коннор.

— Ясно, — кивнул Декстер.

В этот момент на лестнице показался пожилой человек с черным портфелем в правой руке.

— Коронер Чарли Рупертон, — сказал Декстер, показывая на мужчину.

— Эй, Чарли, где остальные ребята?

— Уже идут. Покойный здесь? — торопливо спросил Чарли Рупертон и потянулся к ручке на железной двери, но остановился. — Можно?

— Мы ее уже много раз трогали, — виновато сказал Эрик.

Чарли кивнул, решительно взялся за ручку и распахнул дверь.

— О, так тут дыра! Прямо как взлом сейфа… Дек, дай фонарик.

Декстер подал ему переносную лампу.

Когда дверь открылась и в комнату вошел коронер, раздалось удивленное восклицание.

— Что это еще такое? Я уже тридцать лет работаю, но ни разу не видел труп в такой странной позе.

На его крик Декстер Гордон и Нельсон Макфарен бросились в комнату, отталкивая друг друга. Эрик понял, что при виде покойного они замерли, затаив дыхание.

— Что это значит? Он как будто танцует, — сказал Нельсон Макфарен.