Ты задолжал мне любовь (СИ) - Эмилия Иванова

— Да, — кивнула я головой.

Мужчина сделал глоток молока и сказал:

— Я пока не знаю, что происходит. Давид сказал, что это была твоя воля, поэтому я согласился.

Я молчала. Когда я говорила такое?

Заметив мое нахмурившееся выражение лица, Филипп сказал:

— Она должна прийти сегодня, мне нужно отнестись к ней как-то по особенному?

— Нет, я просто так спросила, — покачала я головой.

Мужчина очень торопился, поэтому вскоре уехал на работу, а мы с Ильей позавтракали и отправились в больницу.

***

В больнице, в отделении женской консультации.

Илья держал на руках Любу, а я сидела напротив врача в кабинете гинеколога и смущенно говорила:

— Доктор, 4 месяца назад я родила ребенка, но поскольку он очень рано умер, у меня пропало молоко, а теперь я хотела бы возобновить лактацию, это возможно?

Гинекологом была женщина на вид лет пятидесяти, она посмотрела на стоящего рядом со мной Илью, на ребенка у него на руках и сказала:

— Обычно сделать это невозможно, но конечно попробовать можно, многие роженицы могут кормить грудью спустя полгода после родов, однако, это зависит от физических особенностей каждого человека.

После недолгой паузы она продолжила:

— Мы не рекомендуем Вам специально стимулировать лактацию, но Вы можете предложить Вашему мужу попробовать сделать это, обычно сочетание диеты и искусственной стимуляции могут вызвать приток молока.

Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять смысл ее слов, и я невольно покраснела, но потом все же спросила:

— Какой диеты я должна придерживаться?

— Ешьте больше продуктов, которые стимулируют секрецию молока, пейте отвары, повышающие уровень пролактина, или используйте китайскую медицину. У меня нет отваров, но я могу прописать Вам лекарство китайской медицины, еще некоторые советуют массировать грудь, однако мы не рекомендуем этого делать. Прошло уже 4 месяца и, если консультант по лактации переусердствует, можно легко нанести вред молочным железам, я все же рекомендую принять помощь Вашего мужа. Конечно, можно и ребенку дать попробовать, сила его всасывания достаточно сильна, но не до такой степени, чтобы навредить Вам.

Закончив говорить, гинеколог опустила голову и начала выписывать рецепт, после чего отдала мне бумажку и снова сказала:

— А еще старайтесь поддерживать хорошее настроение и как следует высыпаться, это тоже может повлиять на успешный результат.

Я кивнула головой, поблагодарила врача все еще немного красная от смущения, и мы вышли из кабинета.

Илья, неся на руках Любу, кашлянул, потом посмотрел на меня и сказал:

— Я думаю, это может навредить тебе, малышка уже 3 месяца питается смесью и, хотя она немного слабее, чем остальные дети в ее возрасте, все же она здорова, все должно быть нормально, тебе так не кажется?

Я посмотрела на ребенка у него на руках и сказала, поджав губы:

— Люба мой ребенок и, если я могу кормить ее грудью, почему бы не делать этого? Во всяком случае нужно попробовать. Ты же тоже не хочешь, чтобы это как-то отразилось на ее здоровье в будущем?

Он кивнул головой:

— Так-то оно так, но разве доктор не сказала тебе? Эта затея может навредить тебе, ты не кормила грудью уже 4 месяца и сейчас будет проблематично начать снова.

— Поехали! — я не стала больше препираться с ним, вместо этого я взяла у Ильи ребенка и села в машину.

Мужчина сел на водительское место, кажется, он хотел что-то сказать, но посмотрел в окно и вдруг замолчал. Я проследила за его взглядом и увидела, что у здания стационара стоит женщина в больничном халате, а рядом с ней суровый мужчина в черном костюме. Очевидно, что он пришел навестить ее, а заодно и прогуляться.

Илья посмотрел на меня и спросил, нахмурившись:

— Что у вас сейчас происходит с Русланом?

Я закрыла дверь машины и отвела взгляд от этой пары у дверей больницы:

— Мы на грани развода.

— Из-за его отношений с Александрой? — снова спросил он.

Я посмотрела на него, подняв брови:

— А этого недостаточно?

Он завел машину, помолчал немного, а потом сказал:

— Если тебе не все равно, лучше поговори с ним, развод — это импульсивное решение.

Я ничего не ответив, еще раз посмотрела на улицу и увидела, что Руслан повел девушку в стационарное отделение

— Поехали домой готовить лекарства, — сказала я все также спокойно.

После стольких лет я уже привыкла, я не злилась и не считала, что это необходимо.

Машина тронулась, и Илья вздохнул еле слышно.

***

Когда мы вернулись в «Аквамарин», я, последовав совету врача, начала готовить лекарство. Люба часто плакала, Илья сказал, что она плакала каждый раз, когда была голодна, они давали ей бутылочку со смесью, но, поев совсем чуть-чуть, девочка больше не хотела есть.

Филипп работал сверхурочно и к тому же мастерски заботился о Любе, но когда его не было, мы с Ильей ничего не могли сделать с плачущим ребенком. Все что нам оставалось, это ходить по комнате с малышкой на руках и убаюкивать ее.

Я наконец приготовила лекарство и налила его в большую чашку, а Илья посмотрел на меня с печальным видом и сказал:

— Я уже чувствую какое оно горькое, ты уверена, что хочешь выпить это?

Я кивнула головой, зажала нос и выпила все до последней капли, после чего у меня во рту стало ужасно горько, но, к счастью, Илья дал мне ложечку меда. Вскоре я почувствовала сильный дискомфорт в желудке, поэтому пошла в комнату, чтобы прилечь и отдохнуть немного. А когда домой вернулся Филипп, они с Любой и Ильей ушли на прогулку.

И тут вдруг, когда я уже почти уснула, раздался звонок от Руслана, я растерялась на мгновение, а потом взяла трубку и сказала немного раздраженно:

— Что такое?

— Спустись, нам нужно поговорить, — сказал он низким голосом.

— Может в другой раз, я сейчас не хочу никуда идти.

Мне показалось, что попахивает ссорой, поэтому лучше уж было переждать несколько дней и поговорить, когда все успокоятся.

— Тогда я сам поднимусь!

— Подожди! — оказавшись в безвыходной ситуации, я встала, оделась и поплелась вниз.

Я была удивлена, что он знает, что я здесь. Зимы в Санкт-Петербурге были не такими уж холодными, Руслан был одет в черный свитер и пальто темного цвета, он стоял, опершись на капот машины, а между пальцев у него была зажата почти выкуренная сигарета, но на ней все еще мерцал огонек.

— В чем дело? — я была нервной и не понимала из-за лекарства это или просто, потому что я сама волновалась.

Увидев меня, Руслан выбросил