Перстень Сварга - Веда Корнилова

Лежа в холодном подполе на грязных мешках из-под репы и моркови, каждый из беглецов шептал что-то свое, обращаясь к древнему Правителю, который уже давно с Небес наблюдал за тем, что творится на земле. Олея, как и в прошлый раз, молила только об одном: Сварг, я не прошу у тебя богатства или славы, помоги нам только пережить этот пожар, дай доставить артефакты в то хранилище, где они лежали долгие годы, и где они должны храниться в будущем! Нельзя, чтобы они сгорели, и нельзя, чтоб они попали в руки тех людей, кому Руславия нужна только для того, чтоб потуже набить свои бездонные карманы, и которым нет никакого дела до того, что потом будет с этой большой страной!.. Помоги нам, дай спастись и помоги лейтенанту и его людям, которые честно исполняют свой долг и сейчас сражаются наверху… Сварг, о тебе говорят, как о честном и справедливом Правителе, так смилостивься над нами! Конечно, тебе нельзя вмешиваться в дела людей, но, прошу, сделай исключение! Не ради нас, грешных, а ради Руславии, которую ты по-прежнему любишь!..

Наверху что-то загрохотало, обрушилось с такой силой, что прогнулись крепкие доски над головой беглецов. Значит, это или стены обвалились, или крыша рухнула, но, скорей всего, все это произошло одновременно…

Невольно глянув наверх, Оле внезапно увидела, что их с Белом сплетенные ладони будто осветились изнутри теплым красным светом. С радостно забившимся сердцем женщина поняла: однажды с ними подобное уже происходило! Сварг снова отозвался на призыв людей! Сразу стало легче дышать, дым перестал разъедать глаза, отступил холод… А потом Бел и Олея словно провалились куда-то, в непонятную красноватую пустоту. Впрочем, нет, это была не пустота: перед ними стоял высокий мужчина с привлекательным лицом. Небольшая аккуратная борода, голубые смеющиеся глаза… Сварг. Точно, это он, тот самый человек (или уже Бог), который когда-то был правителем Руславии. Сейчас он чуть насмешливо, и в то же время с любопытством смотрел на стоящих перед ним людей…

Когда Олея и Бел пришли в себя, то, кажется, пожара наверху уже не было - очевидно, здание заставы уже полностью сгорело. Сколько же времени они находились в бессознательном состоянии? Похоже, что долго, едва ли не все время пожара. Конечно, вокруг беглецов еще клубился дым, но он уже не был столь едким - во всяком случае, уже можно было дышать. Остро воняло гарью еще и чем-то непонятным, таким, чему сложно подобрать название. Свечение в перстне уже погасло, и сейчас этот золотой ободок был просто теплым, как и любой кусочек металла, если его долго держать в ладонях. По-прежнему было темно, но холода совершенно не ощущалось, и, главное, они были живы.

- Бел…

- А я все думал, когда же ты начнешь задавать вопросы… - ого, а у Бела голос здорового человека. - Все одно, моя дорогая, долго молчать ты не можешь.

- Как ты себя чувствуешь? - с надеждой в голосе спросила Олея.

- История повторяется… - тихонько засмеялся Бел.

- Ты имеешь в виду…

- Только то, что если тот лекарь, что недавно делал мне перевязку, сейчас вновь пожелает посмотреть мои раны, то он не поверит собственным глазам…

- Значит, с тобой все в порядке?

- Насчет здоровья - да, а вот насчет всего остального могу сказать только одно: не знаю, что будет дальше.

- Бел, а Сварг… Ты ведь его видел?

- Конечно.

- Что он нам с тобой говорил?

- Не помню. Но, кажется, что-то хорошее…Погоди, ты слышишь?

- Что?

- Там, наверху, какой-то шум. Может, разговаривают?

- Не знаю… А над нами, наверное, все полностью сгорело. Я слышала, как вниз упала крыша.

- Я это тоже слышал.. Удивительно, что мы с тобой живы остались. Хотя, если бы не Сварг, то мы бы с тобой уже вряд ли разговаривали.

- А я-то думала, что стоит нам ступить на родную землю, как все беды останутся позади.

- Понимаю. Это называется чувство ложной безопасности. Вот именно оно обычно и губит людей в самом конце пути.

Олея внимательно вслушивалась в те звуки, что доносились к ним с наружи. Точно, там что-то заскрипело, грохнуло… А вот и голоса людей! Трудно понять, кто и что говорит, но шума сверху хватает.

- Бел, как думаешь, что там творится?

- Пожарище разгребают, обгоревшие бревна растаскивают. Ну и помимо всего разыскивают наши бренные останки.

- Нас найдут?

- Без сомнений. Все под метелку выметут, землю вглубь рыть начнут, но хоть что-то от нас, грешных, им надо отыскать.

- Этим занимаются люди князя, или…

- Хочется надеяться, что "или". Им уже давно пора подойти.

- А если…

- Давай без "если". Но на всякий случай пусть пока перстень побудет у тебя

- Конечно…

Тем временем наверху шум становится все сильнее. Ясно: растаскивают по сторонам остатки сгоревшего дерева, разгребают еще горячие угли… Вон, из почти незаметных щелей на головы беглецов стала сыпаться пыль и что-то похожее на пепел. А вот кто-то обрадовано закричал: понятно, обнаружили вход в подпол. Правда, сразу же открыть крышку у них не вышло: железное кольцо, за которое попытались тянуть, выпало из обгоревшей древесины, и осталось у кого-то в руках. По счастью, из сгоревшего сарая притащили топор, и только при помощи его сумели приподнять рассырающуюся крышку.

- Ребята, вы живы? - в подпол заглянуло сразу несколько человек. От дневного света, показавшегося им слишком ярким, Олея невольно прикрыла глаза рукой, и тут же раздался чей-то счастливый крик:

- Они живы! Живы!

Беглецов в мгновение ока вытащили наверх, и перед их глазами возникла картина, которую Бел коротко охарактеризовал:

- Ну и бардак!

И верно: беглецы стояли посреди сожженного дома, а вокруг было не менее сотни людей, но хватало и таких, что лежали на земле. Ого, сколько тут тех, чьи души, без сомнений, уже держат ответ на Небесах за все свои земные прегрешения. Похоже, что не так давно здесь была настоящая схватка, причем безо всякой жалости к противнику. Сейчас убитых оттаскивали в сторону, подле раненых стояли их товарищи, оказывая первую помощь, а возле колодца выстроилась настоящая очередь за водой для раненых. Еще было понятно, что заставы, как таковой, больше уже не существовало - были сожжены все постройки, еще недавно аккуратно убранный двор был изрыт лошадиными копытами, и над всем этим еще слался черный дым. Ржали лошади, стонали раненые, кто-то кричал, раздавались команды…

Впрочем, сейчас взоры почти всех были прикованы к двоим испачканным грязью и копотью людям, к тем, кого сумели вытащить живыми, хотя почти каждый из присутствующих еще совсем недавно был полностью уверен в том, что выжить на этом пожаре хоть кому-то было совершенно невозможно. Тем не менее оказались живыми и здоровыми мужчина и женщина, едва прикрытые остатками драной и прожженной одежды, а их лица рассмотреть было сложно из-за толстого слоя грязи.