О, Путник! - Александр Арбеков

И так, бой! Его величество Бой! Я прыгал, крутился, вертелся, подскакивал, уходил от всевозможных захватов и подсечек, мастерски избегал ударов, сыплющихся на меня со всех сторон всё более интенсивно, так как противников становилось всё больше и больше из-за вновь открывающихся Порталов. Я легко ловил стрелы, переламывая их двумя пальцами. Я играючи перерубал мечом дубинки и копья, ломал их ребром ладони, кулаком и ногами. Я двигался легко и мощно: подныривал, распластывался, расплывался, раскручивался, раздваивался и расстраивался, расслаивался, то исчезал, то появлялся вновь и снова уходил куда-то в никуда.

Ускоренное магическое движение завораживало и поглощало меня. Нет ничего прекраснее осознания своих истинных и первозданных сил и возможностей, копившихся ранее, и спрятанных до поры до времени в загадочных глубинах внутри себя! Я сражался истово и вдохновенно, удары мечом хотя и наносил плашмя, но были они мощны и неотразимы. Силы противника истощались и таяли на глазах. Никто так и не коснулся меня, ни одна чужеродная молекула, ни один враждебный атом не познали мою сущность. РЕЛИКВИЯ мелко вибрировала и гудела, выполняя свою самую главную функцию, — мою защиту.

Скучно иметь врагов, которые не являются истинными бойцами! Ускользать от шакалов не приемлемо льву, даже если шакалов очень много! Хорошая мысль! Ах, жаль, что рядом нет ПОЭТА. Где ты, мой Придворный Летописец!?

— Я здесь, Сир, — раздался знакомый голос в моём мозгу, и мне даже почудилось, что Глорианин склонился в глубоком поклоне.

— Чёрт возьми, я не поставил Защиту! Следует быть осмотрительнее! — буркнул я.

— Сир, Вам помочь?

— Не надо, как-нибудь обойдусь и без вас. Не гоже Придворному Летописцу ввязываться в какую-то банальную драку! Занесите лучше, пожалуйста, в Цитатник ещё одну мысль, — насмешливо произнёс я, вальяжно увёртываясь от очередной стрелы.

— Сир, все Ваши мысли пишутся на небесах! — напомнил мне ПОЭТ.

— Да, я всё время забываю об этом… Но с Небес в Летопись они должны быть перенесены непременно. Обожаю читать хорошие книги, но только ни в коем случае в их электронном виде!

Враги мои заметно подустали. Дышали они тяжело и учащённо, смотрели на меня с огромным удивлением, недоумением и очень печально. Бой на некоторое время был прерван.

— Господа, не пора ли отдохнуть!? — я подцепил на вилку малосольный огурец, посмотрел на него так, как будто он в это самое время являлся центром Вселенной.

Собственно, а почему бы и нет!? Центр Вселенной, как известно, находится там, где в данный момент находится твоя вилка, или нож, или дом, или душа…

— Сир, у Вас имелась мысль!? — учтиво напомнил мне ПОЭТ.

— Ах, да… — задумчиво произнёс я, легко и непринуждённо увёртываясь от града стрел, которые были посланы Альтаирянами, появившимися из десятка вновь открывшихся Порталов. — Была она, да сплыла, зараза! Такая суета вокруг, знаете ли. Не люблю стрелы… Вспомнил, господа, вспомнил! Так вот! Как говорил когда-то один «бессмертный поэт средневековья»:

Хоть называю участь нашу горькойЗа то, что жизнь, как пена на воде,За то, что всё непрочно на земле,И всё же, продолжая жить на свете,Надеждой вновь и вновь исполнен я!

— ПОЭТ! Оцените! Ну же! Кто это написал!?

— Ки Томорони, Сир. Великий японский поэт, — неожиданно глухо произнёс КОМАНДОР.

— Прекрасно, люблю начитанных и образованных людей!

— Сир, он же как-то сказал, что «сакура имеет одно скорбное свойство. Её цветы опадают…».

— Боже мой! Как превосходно сказано! Но, к чему это вы?! Прочь ненужные и несвоевременные воспоминания! Я сейчас расплачусь и пойду сажать капусту, в очередной раз. Всё, довольно! КОМАНДОР, мне данное представление надоело! Укротите же этих идиотов, которые скачут вокруг меня! Неужели они не понимают, что их затея бесполезна, глупа и совершенно бессмысленна!?

— Сир, я ничего не могу поделать! — обречённо отозвался Альтаирянин. — Приказ поступил. Эти люди — всего лишь его дети…

— А вот мы — дети Галактики, а точнее, Млечного Пути! — весело, но вроде бы ни к месту рявкнул я. — Мы — беспечные странники ночи, фавориты луны, которые понимают, что мир и любовь превыше всего, а всё остальное — суета!

— Как хорошо сказано! — восхитился ПОЭТ.

— Причём здесь любовь, Ваше Величество? — тонко и грустно улыбнулась МАРКИЗА из бездонной пустоты.

— А притом, что я в последнее время нахожусь в абсолютной, полной, мрачной и мутной растерянности! Честно говорю. Мне плохо! — я быстро наложил защиту на канал связи с Глорианкой. — Я ничего не понимаю, я разрываюсь между тремя женщинами и не могу сделать выбор! Бред какой-то! Надо принимать конкретное и окончательное решение, а я на это не способен! И это я, — Бессмертный и Могучий Император!? Ужас, маразм!!!

— Сир, да не расстраивайтесь Вы так! Было бы из-за чего! Вернее, из-за кого! — фыркнула МАРКИЗА. — А вообще-то, окончательные и судьбоносные решения принимаются только в самом конце любой истории! У Вас ещё есть время! Но не забывайте, что из трёх упомянутых женщин только я бессмертна!

— Боже мой, какие великие откровения! — буркнул я.

Между тем в схватке наступила очередная пауза. Стрел у противника, видимо, больше не имелось. Пришельцы, тяжело дыша, столпились передо мною и вокруг меня. Их было человек тридцать. В руках у многих я заметил сети и ещё какие-то странные приспособления. На поле боя оставалась лежать ещё пара десятков Альтаирян.

— Сир, врагов следует уничтожать, друзей оберегать, — осторожно сказал ПОЭТ.

— А вы кровожадны, мой друг! Что мне враги?! Чертоги отворите для друзей! Пиры грядут, не будет им конца! Всё потому, что нет им и начала! — я печально и недоумённо посмотрел сначала на пустую флягу, а потом укоризненно на возникшего передо мною ПРЕДСЕДАТЕЛЯ. — Звизгуна мне и БУЦЕФАЛА, и что бы в степь, как в пустоту бесконечности!

— Сир, искомый напиток будет через десять минут, а вот, насчёт БУЦЕФАЛА…

— Ах, да… Где ШЕВАЛЬЕ!? ПОЭТ, пожалуйста, откройте Портал, просто откройте и держите его пустым. ШЕВАЛЬЕ ко мне!

— Сир, но Вы же знаете, что я не могу этого сделать! — осторожно отозвался ПОЭТ. — Мой Портал, — это мой Портал. Он не может быть пустым. Или я в нём, или его нет.

— Теперь можете!

— Действительно Могу! Невероятно!!!

— ШЕВАЛЬЕ!

— Я здесь, Сир!

— Где БУЦЕФАЛ!?

— Ищем, Ваше Величество!

— Плохо ищите! Что с кораблями и реями!?

— Сир, ну нельзя же меня вот так всё время гнобить и нервировать!? — обиженно произнёс юноша.