Целитель - Gezenshaft

— Так я и не говорю, что с точки зрения наследственности и медицины, в частности, это является истиной. Я говорю о мнении, как принято считать. А вот что именно с точки медицины, физиологии и, возможно, генетики, делает обычного человека волшебником — пока ответа нет. Если это вопрос генетики, то сколько и какие участки ДНК отвечают за подобное? Как они взаимодействуют друг с другом и с остальной ДНК, как распределяются при делении, как расходятся их аллели, возможно ли рождение обычных людей у волшебников, и если да, то какова вероятность в зависимости от поколения, и прочее… Мы не знаем, где правда, так как исследования не проводились и на руках у нас нет статистики…

— Ты вообще о чём? — Гермиона была сильно смущена своим незнанием. — Я не совсем понимаю.

— Есть зерно истины в твоих рассуждениях, — покивал отец. — Но, тем не менее, это не является причиной для ненависти и радикальных настроений, а они, как я понял, присутствуют в магическом мире.

— Думаю, дело в том, что не раз и не два были случаи, когда магглорождённые дорывались до власти, стремясь поменять то, что, по их мнению, неправильно в магмире. Например, довольно свежий пример, когда Нобби Лич, магглорождённый волшебник, стал министром магии. Один месяц — и катастрофический, для правительственного аппарата, процент чистокровных из старых семей, что занимали должности, подали в отставку, не желая иметь отношения с его законопроектами и правками, активно лоббируемыми сторонниками равенства и братства. Если глянуть стенограммы заседаний Визенгамота, то даже крыло Дамблдора, который тогда ещё не был Верховным Чародеем, с большим непониманием относились к таким правкам и законам. Позже, через пару лет, правки и законы стали адекватными, учитывающими реалии мира, как я понял, и не приводящее к правовому и финансовому краху старых или недавно укоренившихся семей. А вот в шестьдесят восьмом Лич выдал какой-то финт ушами, я не раскопал пока информацию, не до этого было. То ли лично ему что-то не понравилось, то ли ещё что, но через год его тупо заразили. Драконьей оспой. Исследовал которую, кстати, Дамблдор. Ну это так, для справки.

— Хочешь сказать, что его заразил Дамблдор? — удивилась Гермиона и явно готовилась выдать оправдательную речь в пользу директора, а родители слушали. Только слушали.

— Я хочу сказать, что почти все семидесятые годы даже те, кто лояльно относится к магглорождённым, занимались тем, что разгребали гуано за Нобби Личем. Кстати, именно в это время окончательно сформировалось именно радикальное движение чистоты крови, возглавляемое Тёмным Лордом. Нужно раскопать больше информации по политическим первопричинам, чтобы делать выводы. Но, как я понял, Тёмный Лорд ударился в другую крайность, что тоже было плохо. Но это только то, что, так сказать, снаружи. А вот то, как оно там было на самом деле, о чём говорили, о чём думали, кто кого пытал, убивал, кто кому палки в колёса вставлял — мы уже никогда не узнаем.

— Как-то всё странно. Значит, — Гермиона посмотрела на меня внимательно, — ты говоришь, что в библиотеке Хогвартса есть все записи?

— Надо понимать, что толком они ничего не прояснят. Это лишь записи свершившихся фактов. Внутреннюю кухню они не покажут. Но в свете последних событий я считаю, что нужно обязательно всё как следует разнюхать. Магмир маленький, я бы даже сказал, крохотный, если сравнивать с обычным. Здесь, в обычном мире, можно забить на социальную движуху, а там она так или иначе тебя коснётся. Нужно хотя бы краем уха, но собирать информацию и быть в курсе. Это одна из причин, почему я хочу сходить к Малфоям. Много крайне разношерстных волшебников и их детей, разговоры, слухи, мнения, поведение, жесты, мимика, взгляды. И вообще, мы слишком отклонились от темы.

— Да, сынок, — кивнула мама. — Ты говорил о том, что прослеживаются три партии в этом вашем Визенгамоте.

— Да. Одну уже назвал. Вторая по числу — лояльно настроенные к магглорождённым, всякие любители перемен и революционных новшеств. Мне кажется, что далеко не у всех там такие уж прямо лояльные взгляды, просто этот полюс политической силы им импонирует больше и сулит большую выгоду. Ну и третьи — нейтралы. У них там своя атмосфера, как я понял, а судя по голосам, они стараются продвигать то, что не особо затрагивает ни тех, ни других. Например, они, по большей части, работают с законами, правками и прочим, что влияют на аспекты внешней политики, международных отношений, экспорта и импорта. Короче, они зарабатывают бабки, пока остальные грызут друг другу глотки, размахивая лозунгами, в которые сами не особо верят.

— Запутано, но, — отец подался вперёд за столом, — ничуть не более запутано, чем в обычной политике и власти.

— Ладно, пойду я, — налив себе ещё стакан сока, я взял его и встал из-за стола. — Послезавтра уже вечер этот, а у меня толком ничего не готово. Я у себя, если что.

Поднявшись в комнату, я вновь сел за расчёты. Довести до ума то, что само просится в качестве конечного продукта, а потом уже заняться защитой? Что же, попробуем-с…

Сделать то, что само получается — не проблема. Сколько бы я ни пытался рассчитать многозадачный защитный артефакт, получается лишь многозадачный атакующий, при этом ещё и прожорливый, что, само собой, недопустимо. Так помимо прочего, не получается сделать его, как бы сказать, единым — только что-то составное. Но раз мои расчёты сами тянутся к подобному, то почему бы и не сделать? Ведь я иду к Малфою. Он, пусть и в прошлом, Пожиратель Смерти, хотя сейчас его моральный облик для общественности довольно хорош — меценат, немного политик, не особо радикальные взгляды. Но это лишь обложка — это понимаю и я. Так что следует озаботиться вопросом.

Сидя за столом, я удивлялся, как расчёты складывались сами по себе. Три часа, и вот уже новый альбом испещрён формулами и схемами, а последние два листа, если сложить вместе, изображали круговую схему из мелких символов и контуров, часть которых позаимствовал из эльфийского плетения Исцеления — оно модульное, и назначение части модулей я знаю, благодаря чему и модифицировал этот контур ещё в самом начале своего здесь пути.

Посмотрев на это дело как следует, оценив всё и придя к выводу, что продукт получится качественным, я уже собирался покинуть дом и отправиться куда-нибудь подальше, например, в рощу неподалёку от дома Уизли, чтобы заняться созданием продукта, но…

— Не занят? — в комнату зашла Гермиона, глядя на меня с беспокойством.

— Нет, заходи.

Свободных стульев у меня не было, потому она присела на кровать.

— Ты понимаешь, насколько опасным для тебя может оказаться твоё присутствие на этом вечере? Что если Сам-Знаешь-Кто и вправду возродился? Дамблдор ведь сказал…

— Директор сказал, что Каркаров