Жизнь замечательных времен. 1970-1974 гг. Время, события, люди - Фёдор Раззаков

"На мне белая минковая мини-шубка и белый меховой берет. Я — Снегурочка. Это мой ответ Ролану на длиннополое енотовое манто (в нем Пети приезжал в Москву, чем здорово потряс столичную публику. — Ф.Р.). Шубка мне к лицу и молодит. Безусый солдатик в окошке паспортного контроля Шереметьева долго, настороженно сличает цифры моего рождения с моим обликом Снегурочки.

В Марселе зимы нет и в помине. Нещадно поливает дождь. Шубка в опасности. Плохо учила я в хореографической школе географию…"

Забегая вперед, скажу, что премьера балета состоится спустя несколько дней в парижском Дворце спорта при огромном стечении народа. Успех будет безоговорочный. С этим балетом Плисецкой затем предстоят гастроли по всем континентам.

Между тем вечером 1 января по ЦТ транслировалась финальная передача конкурса "Песня-72". В ней прозвучали пусть не все, но многие действительно популярные песни прошедшего года, в том числе: "Гляжу в озера синие", "Верасы", "Ты и небо", "Водограй", "Благодарю тебя", "За того парня", "Герои спорта" и др. Девятым номером в первом отделении шла "Песня крокодила Гены" В. Шаинского и А. Тимофеевского в исполнении 11-летнего солиста Детского хора под управлением В. Попова (появился на свет в апреле 70-го) Сережи Парамонова. Песня была не новой (впервые она прозвучала в одноименном мультфильме), однако Парамонов сумел вдохнуть в нее свежее дыхание. В его исполнении песня стала, что называется, кристально чистой. А легкая картавость исполнителя делала песню еще более близкой для слушателя. Короче, на следующее утро после трансляции "Песни года" мальчик проснулся знаменитым.

Парамонов появился в составе хора относительно недавно — всего лишь год назад. По возрасту он пришел в коллектив поздновато (туда принимали с 7 лет), однако руководители хора сумели разглядеть в нем потенциальную звезду. В течение года Парамонов пел в младшей группе, поскольку в старшей были пятиклассники, выделялся тем, что пел с удовольствием, без видимых усилий. Хормейстер Т. Анофриева вспоминает:

"Мягкий, восприимчивый, эмоциональный, Сережа жил этой музыкой, безусловно. Родом из простой семьи, мама в то время работала уборщицей, папа — грузчиком, на занятия его всегда приводила бабушка и вообще являлась его доверенным лицом. Сережа был единственным ребенком, семья его, конечно, очень любила и, насколько позволяли средства, помогала. А его собственное отношение к тому, что он делал, было потрясающее. Это при том, что голос у него был средненький, без высокого диапазона, далеко не певческий. В хоре пело много ребят с лучшими голосами. Но его изумительным слухом, музыкальностью, а главное, страстным желанием выразить себя через пение покрывались все недостатки…

Для "Песни года" мы выучили песню "Крокодил Гена", и теперь предстояло выбрать солиста. Как правило, им хотят быть все, но одни поют просто, без вдохновения, другие старательно выговаривают слова, А Сережа как-то сразу целиком песню спел, нутром. А вот это не всем дается, хотя петь может любой. Мы его утвердили, пришел Шаинский — одобрил…"

3 января свет увидел Указ Президиума Верховного Совета СССР "Об уголовной ответственности за угон воздушного судна". Появился он не случайно, а как результат событий последних двух лет, когда в Советском Союзе отдельные граждане стали захватывать гражданские самолеты с целью бегства за границу. Отныне за подобные деяния им полагались следующие сроки наказания: за попытку угона с применением насилия, угроз или повлекшую аварию — от 5 до 15 лет заключения; если подобное повлекло гибель людей или причинение им тяжелых телесных повреждений — от 8 до 15; за укрывательство кем-либо предстоящего угона — до 5 лет или 1 год исправительных работ и т. д. Самое удивительное, но даже столь суровые меры наказания не отобьют охоту у отдельных советских граждан заниматься воздушным пиратством, о чем речь еще пойдет впереди.

В этот же день из далекой Америки пришла радостная весть о том, что сборная Москвы по хоккею (в нее вошли лучшие игроки четырех столичных клубов: ЦСКА, "Спартак", "Динамо" и "Крылья Советов") завоевала Кубок мира. Наши ребята в последний день уходящего года обыграли чехословацкую "Дуклу" 6:3 (голы у нас забили: Харламов — два, Петров, Якушев, Шадрин, Лутченко), два дня спустя положили на лопатки сборную Канады 12:3, а на следующий день повергли и сборную США 13:3 (хет-трик сотворил Петров).

И еще одно событие датировано 3 января: генеральная дирекция "Мосфильма" и сценарно-редакционная коллегия экспериментально-творческого объединения (ЭТО) приняла фильм "Земля Санникова". Приняла практически без поправок, за исключением одной — надо было срочно переписать три песни, написанные композитором А. Зацепиным и поэтом Л. Дербеневым, которые в фильме исполнял Олег Даль. Как мы помним, Даль практически все съемки конфликтовал с режиссерами-постановщиками фильма, видимо, это и сыграло свою роль в январском решении о перезаписи песен. В качестве нового исполнителя будет выбран тезка Даля Олег Анофриев. Причем тот даст свое согласие только после того, как лично позвонит Далю домой. Актер ответит: "Лучше пусть будешь ты, чем кто-то другой". В середине января с Анофриевым будут записаны две песни (третью из фильма выкинут), которые теперь известны всем: "Есть только миг", "И солнце всходило…"

В эти же дни произошла встреча актеров Ролана Быкова и Елены Санаевой, встреча, которой суждено будет стать судьбоносной. Предыстория ее такова.

В конце прошлого года Быков и Санаева были утверждены на главные роли (мужа и жены, кстати) в фильме Юрия Рогова "Докер". Натурные съемки должны были проходить в Кишиневе, куда в самых последних числах декабря вылетели многие участники съемок в лице Ролана Быкова, Ефима Копеляна, Евгения Леонова-Гладышева и других. Елены Санаевой в их числе не было, поскольку в эти же дни она была занята на съемках еще одного фильма. Кроме этого, выяснилось, что она боится летать самолетами, поэтому приедет чуть позже поездом. Когда эту новость донесли до участников съемок, все они восприняли ее спокойно, за исключением одного человека — Быкова. Он единственный возмутился этим, сказав: "У меня все эти дни заранее расписаны, а эта Санаева еще и не летает. Видимо, думает, что если она дочь большого начальника (Всеволод Санаев с 71-го года занимал должность секретаря правления Союза кинематографистов СССР), то ей все позволено. Нечего ее ждать, надо брать другую актрису". И Быков потребовал от молодого режиссера, чтобы тот немедленно вызвал в Кишинев одну из двух актрис — Люсьену Овчинникову или Майю Булгакову, которых он хорошо знал по предыдущим работам и которые, по его словам, не имеют привычки подводить своих коллег по работе.

Видимо, Быков был в таком нервном возбуждении, что Рогов побоялся ему перечить и позвонил в Москву Булгаковой. Параллельно раздался звонок и в доме Санаевой, и ей было сказано следующее: либо она прилетает в Кишинев не позднее 3 января, либо на ее место берут другую актрису. Далее послушаем ее собственный рассказ:

"Мой отец, прошедший суровую школу кино, сразу сказал: "Леля, тебя не хотят". Я не могла ему поверить. Ведь режиссер и его жена — мои добрые приятели, они были так рады, что "Ленфильм" меня утвердил. Но Быков, очевидно, так увлек режиссера идеей сыграть вместе с Булгаковой, что она, моя соседка по дому и сослуживица по театру (они вместе работали в Театре киноактера. — Ф.Р.), не сказав мне ни слова, вылетела в Кишинев. Тут случилась эпидемия гриппа, в моей группе отменили съемки, и я смогла выехать вовремя. Садясь в поезд, я уже знала, что Булгакова в Кишиневе. Ехала и думала: "Господи, никогда не добивалась ни ролей, ни мужчин. Ну хотят они ее снимать — бог с ними. Выйду на остановке в Киеве, повидаю бабулю и вернусь". Я не знала, что заменить меня — быковская идея, и все же я проехала, решив, что, раз я утвержденная на роль актриса, приеду и посмотрю им в глаза. Уехать смогу в тот же день. А актеры какие замечательные! И с Быковым в паре сыграть здорово! Ассистенты встречают, делают вид, что все нормально. Везут в гостиницу. Я ни о чем не спрашиваю. Встречаюсь с женой режиссера. "А мне нагадали, подруга твоя приедет". "Какая, — думаю, — подруга?" К вечеру и режиссер подоспел с дешевым молдавским вином. "Выпьем за встречу. Как хорошо, что ты приехала!" Ну, после второго бокала я весело и. спрашиваю: "А скажи-ка, друг мой, кого же ты вместо меня позвал?" "Да Быков Майю Булгакову предложил, вот и сидит она в цековской гостинице". — "Ну и провожай ее с богом. А я буду играть свою роль".

Утром в павильоне мы встретились с Быковым. Он уже расхаживал, осваивал декорацию, делал предложения режиссеру и оператору. За всем наблюдала его подруга, которая приехала с ним на съемки. И тут я своему "мужу" попадаюсь на глаза, и он, продолжая фонтанировать предложениями одно другого лучше, говорит, что в этой сцене он должен свою жену целовать. В сценарии этого нет и в помине. Узнав о его "происках", я его в этой сцене предпочла бы чем-нибудь огреть. Это вполне ложилось на сюжет. Но режиссер влюбленно смотрит в рот Быкову, а мне что остается, мало того что самолетом не летаю, так еще и целоваться не могу в кадре. Развели сцену, подруга Быкова поднялась на партикабли, где крепится верхний свет, а мы начали сниматься. Но недолго это продолжалось. Один дубль, и все. Дальше объявили перерыв, потому что синяк на губе был такой, что снимать можно было только мой затылок.