Долина звезд - Константин Кузнецов

— Спокойного вам дежурства, — вполне миролюбиво произнес один из путников, сделав шаг вперед.

— Спасибо. И вам удачной дороги, — поднявшись, произнес Бугл.

Самли и Джик — двое новобранцев — не сводя глаз с незнакомцев, мельком посмотрели на командира. Но Старший не спешил отдавать приказа проверить подорожные документы.

— Спокойная выдалась ночка? — тем временем поинтересовался путник и, не дожидаясь ответа, сделал несколько шагов навстречу, вплотную приблизившись к Старшему.

Бугл заметил на лице своих насторожившихся ребят обеспокоенность. А что он собственно от них ожидал? Эти юнцы наверняка немедля готовы вступить в бой с непрошеными гостями. Для них понятие врагов и друзей слишком размыто, чтобы пытаться хоть немного сдерживать свой пыл. Хотя путешественники, скрывающие свои лица и бредущие по ночной дороге на своих двоих, как говорится — обстоятельство вполне достаточное, чтобы посильнее обхватить рукоять меча. С одним лишь 'но'. Их командир не позволит им этого сделать!

— Вашими молитвами, господа, — немного нахмурившись, произнес Бугл, показывая Иглу знак опустить лук.

Путник, молча кивнул, и скинув прикрывавший лицо капюшон, протянул Старшему руку. Бугл посмотрел на него с интересом. Черты лица показались воину слишком невыразительными, чтобы выделить в них что-то особенное. Тоненькие аккуратные усики и ухоженная маленькая бородка казались единственным, что могло отметить его из толпы таких же вот слегка слащавых и изысканных аристократов. С одной лишь разницей. Существовало некое отличие, которое Бугл пока был не в состояние уловить. Сначала Старшему показалось, что все дело в возрасте. Незнакомец, выглядевший немногим старше двадцати пяти, казался таким лишь на первый взгляд. По крайне мере Бугл не сомневался, что путник не так давно разменял четвертый десяток.

— Надеюсь, мы не помешаем вам? — гость смущенно улыбнулся.

— Будем весьма рады, — не ожидая от себя подобной любезности, брякнул в ответ Бугл.

Незнакомец и его спутник, который не собирался показывать своего лица, проследовали к костру.

Бугл покосился на ребят. Немой вопрос, застывший на лицах пограничных, в тот же миг скрасил короткий, но оттого не менее содержательный ответ Старшего.

— Так надо ребята…

И пускай никто так толком и не понял: откуда взялись непрошеные гости и почему Бугл ведет себя с ними так любезно, — всем оказалось вполне достаточно короткого ответа, подкрепленного чрезмерным уважением и доверием к командиру.

Еще один день подходил к концу. Ночная смена уже заступила на пост, сменив двух молодых пограничных, а непрошеные гости, продолжали отстранено сидеть у костра, пользуясь небывалым гостеприимством старшего.

— Что происходит? — слегка нахмурившись, обратился к Буглу сидящий рядом с ним Сел Хил.

Старший посмотрел на него уставшим взглядом и тяжело вздохнул, всем своим видом намекая на нежелание затевать ненужный разговор.

— Считаешь, мы не имеем права знать? — проявил настойчивость Сел.

Бугл посмотрел на седого худощавого воина, на шее которого вскопанной бороздой вздымался старый шрам. Сколько же они уже вместе? Десять? Двадцать лет? Сколько сражений и дуэлей они оставили у себя за плечами?

Буглу показалось или взгляд его приятеля заметно изменился, сделавшись более мягким. Конечно же, он не имеет права разглашать тайное послание всем и каждому, но посвятить своего единственного друга и ближайшего помощника в суть дела просто обязан.

Сел выжидающе замер.

— Хорошо, — наконец чуть слышно произнес Старший. — Клятвы брать не буду. Но болтать не советую!

На лице Села промелькнула тень обиды:

— Ты же меня знаешь…

— Знаю, — согласился Бугл, — но пойми и ты меня. Не на две курицы играем.

Сел недовольно поморщился:

— Неужели все так серьезно? С чего бы это?

Старший с укоризной посмотрел на приятеля и, поворошив мыском сапога истлевшие угли, пожал плечами:

— Не знаю. Только напомни-ка мне, когда это в здешнее захолустье приходила тайная депеша с королевскими вензелями и печатью Альира.

Собеседник осторожно посмотрел по сторонам, остановив свой взгляд на незнакомцах.

— Королевские ищейки?

Бугл без труда уловил в голосе друга нотки недовольства. Сел, в отличие от Старшего, относился к новому режиму короля и его приближенным с явным неуважением, отклоняя даже самую маломальскую попытку, принять законы и поступки Солвена де Оля как должное.

— Не знаю, кто они такие, — честно признался Бугл, — но поверь мне, все это неспроста. Даже если двое визитеров всего лишь рядовые шпионы тайной канцелярии, нам не стоит слишком доверять им.

Сел согласно кивнул, вкрадчиво добавив:

— Видимо, время сна для нашего бренного мира закончилось. Пора готовить мечи, господин Старший.

Последние слова Сел произнес с явной иронией. Даже такой опытный воин не желал вновь становиться на кровавый путь.

Взглянув на друга, Бугл заметил в его глазах едва заметную тень тревоги, готовую вот-вот перерасти во что-то серьезное.

— Еще рано делать какие-либо скоропалительные выводы, — словно специально успокаивая своего товарища, тут же произнес Бугл. — Оказать содействие двум королевским помощникам, еще не значит развязать немыслимую по своим масштабам войну. И уж тем более это не повод для волнений.

— Да услышат твои слова звезды и умилостивят нашу судьбу, — соглашаясь, ответил Сел, вполне удовлетворившись коротким разговором.

4

Вечер наступил внезапно. Подкрался, словно притаившийся в зеленых чащобах зверь и окутал пеленой мрака небольшой лагерь, расположенный прямо у самого тракта. На небе, скрываясь за призрачными лоскутами быстро плывущих облаков, уже играли в прятки первые звезды.

Один за другим вспыхнули огни костров, очертив по периметру лагеря небольшой круг мерцающего света, оставив за чертой пустоту наступающей ночи.

Пограничные сидели возле костра, тихо переговариваясь между собой. Сегодня не было шуток и громких смешков эхом разносившихся по лесу. Все разговоры сходились к одному — в лагере присутствовали непрошеные гости! Двое таинственных аристократов, непонятно что забывших в этой глуши, стали на сегодня единственным предметом обсуждений. Над костром пограничных то и дело, словно искры огня, вспыхивали гневные вопросы относящиеся общим словом к молчаливым гостям. Каждый в глубине души желал отделаться от них как можно скорее, но высказывать свои пожелания вслух никто не спешил. Дисциплина есть дисциплина и приказам Старшего перечить никто не собирался.