Поход самоубийц (СИ) - Попов Илья В.

В этот самый момент снизу раздался громкий вопль. Видимо, врачевание шло в самом разгаре.

— А это не… — вдруг произнес Ленс, приглядываясь к старику, спорящему со Спайком.

Последний как раз рассказывал своему собеседнику, какой именно части тела он лишится следующей, если не перестанет быть такой занозой в заднице. В ответ же тот любезно сообщил, что от ноги лучше воздержаться — первая была на вкус как переваренная подошва, приправленная дерьмом, так что вряд ли ее сотоварка сильно лучше.

— … тот самый тип, которого привел Сопатый? — закончила Птаха. — Ага, именно. Только не спрашивай, каким образом старикан исхитрился попасть на корабль. Просто в один прекрасный момент Спайк отошел отлить, а вернувшись увидал, как старик раздает команды, точно он тут капитан. К слову, его зовут Витус.

— Не! Смей! Указывать! Мне! Что! Делать! На! Моем! Корабле! — выкрикивал каждое слово Спайк, брызжа в лицо Витуса слюнями.

Серая кожа грэлла приобрела ливовый оттенок, голос охрип, а пальцы сжались в массивные кулаки. Птаха уже было решила вмешаться, покуда Спайк не прибил старикана на месте, когда грэлл круто развернулся, прошел мимо Ленса с Птахой, не удостоив их даже взглядом, и спустился в трюм. Взамен же Спайка на воздух вышел Тео, проводивший того взглядом.

— Рад, что ты очнулся! — Тео улыбнулся Ленсу и обратился к Птахе: — Спайк опять закусился со стариком?

— Угу, — промычала та.

— И из-за чего на этот раз? — полюбопытствовал Тео.

— Спроси что попроще, — хмыкнула Птаха. — Видимо, пытаются выяснить, кто из них двоих настоящий морской волк, а кто — сухопутная крыса.

— Спасибо, что залатал меня, — поблагодарил Ленс Тео. — Признаюсь, даже лекари ордена делали менее аккуратные швы.

— Пустяки, — смущенно откашлялся в кулак Тео. — Когда-то я ходил в помощниках у одного цирюльника, который сдавал мне за это комнату в полцены, так что кое-в-чем навострился. Как сейчас помню: «Просто сшивай красное с красным, желтое с желтым, а белое с белым. Надеюсь, ты цвета различаешь? Хвала Костлявому — предыдущий не мог даже этого». Кстати… — Тео умолк и поморщился. — Нет, я не буду произносить это вслух. Нет! Хватит, я же сказал… — он вдруг скорчился, точно кто-то засадил ему дубинкой по ребрам. — Хорошо, хорошо! Только прошу, перестань. Базузу просит передать: «Жаль, что ты не истек кровью как свинья, святоносец».

— Думаю, у меня еще будет шанс, — хмыкнул Ленс. — А как там Зверь?

— Жить будет, — пожал плечами Тео. — Кость не задета, суставы тоже. Несколько дней покоя — и будет как новенький. А может и того быстрее — раны на нем затягиваются буквально на глазах, не иначе как из-за его… особенности.

Тео достал из кармана что-то мелкое, блестевшее на солнце. Ленс поймал кусочек стали в воздухе и разжал кулак — на ладони его лежала вытянутая зеленоватая пуля.

— Это и есть тот самый сульфит? — спросила Птаха, внимательно рассматривая дивный снаряд.

— Именно, — кивнул Ленс и отдал пулю обратно Тео, который спрятал ее обратно, столь бережно, точно она была из фарфора. — На простых людей он действует точно также, как и простая сталь, но для любого, имеющего в своих жилах хоть капельку магию, металл этот подобно яду. Будем надеяться, сульфит не успел навредить Зверю.

— О, мы почти в полном сборе, — на свежий воздух вышел позевывающий Морган, как обычно гладко выбритый, расчесанный, в относительно свежей одежде. Во всяком случае, от нее не несло как из канавы. — Счастлив, что вы оклемались, командор. У меня как раз назрели два невероятно важных и насущных вопроса. Первый — куда мы все же держим путь и как именно собираемся добраться до Исслейма. Другой — когда обед?

Решив совместить приятное с полезным, они заняли капитанскую каюту, ныне пустующую. За большим столом без проблем уместились все шестеро — за исключением Зверя, что до сих пор был в отключке от ядреной смеси грога и каких-то дурманных трав, которой напоил его Тео — и поначалу совет их проходил под мерный звук шкрябающих о миски ложек. Лишь только Архан так и не притронулся к своей порции, ограничившись стаканом воды.

— Итак, — выдохнул Спайк, отставив пустую тарелку, — как я полагаю, Санарит нам больше не светит?

— Увы, — ответил Ленс, что, хмурясь, склонился над картой. — По первоначальному плану мы должны были взять там коней, доехать до небольшого городка на западе Тэлля и встретиться с проводником из местных, который провел бы нас сквозь Хворь прямо до стен Исслейма. Как вы сами понимаете, в нашем текущем положении вряд ли хоть один порт Тэлля встретит нас, радостно размахивая флажками.

— Мы можем оставить корабль в паре лиг до берега и догрести на шлюпках, — предложил Морган.

— Хорошая идея, — кивнул Спайк. — Главное, чтоб те придурки сверху не решили отомстить за своего капитана и не начали палить по нам из пушек, едва мы покинем корабль.

— Впрочем, я готов рассмотреть и другие варианты, — поспешно сказал Морган, которому явно не улыбало судорожно работать веслами, пока над головой его свистят ядра.

— Что если нам дотянуть до Далмии? — высказалась Птаха, рассматривая карту. — Слышала, в последние годы тамошний правитель не шибко-то жалует тэлльцев из-за их посягательств на далмийские соляные шахты.

— Может сработать. Но мы потеряем как минимум семь суток. И это при хорошем раскладе, — почесал короткую щетину Ленс. — Спайк, нам хватит припасов?

— Вряд ли, — немного подумав, ответил он. — Это корыто не предназначено для долгих плаваний. Тем более без одной мачты. Хотя мы можем избавиться от лишнего груза, если вы понимаете, о чем я. Предлагаю начать с того одноногого зануды.

— А кто будет управлять судном? — остудила его пыл Птаха. — Из нас моряки — как из тебя шпагоглотатель.

За несколько часов, проведенных в горячих спорах, они так и не пришли к соглашению, поэтому решили оставить разговор до завтрашнего утра.

Смеркалось.

Матросы позевывали, лениво перебрасываясь редкими репликами. Архан, как обычно, заперся в своей каюте, Тео направился проведать Зверя, что уже начал приходить в себя, Морган играл с офицерами в кости, попутно травя им байки о собственных похождениях, Спайк, забрав початую бутылку и горсть сухарей, забился в какой-то угол, Птаха же, спустившись в трюм и устроившись меж двух бочек с водой, принялась затачивать Близняшек, как делала всегда, когда не знала, чем себя занять.

— Не помешаю?

Птаха взглянула на Ленса, на миг отвлекшись от своего занятия, и кивнула. Ленс уселся рядышком и, некоторое время пронаблюдав, как сталь бьет о точильный камень, сказал:

— Тебе их подарил отец?

— Да, — ответила Птаха; закончив с Голубкой, она убрала ее в ножны и достала Колибри. — Через месяц после того, как узнал, что я жду Эмили.

— И как он воспринял, что…

— Скоро станет дедом? — не сдержала улыбки Птаха. — Признаться, он долгое время считал все это затянувшейся шуткой. И поверил мне лишь после того, как увидел мой округлившийся живот. А когда отец взял Эмили на руки… Мне кажется, тогда я впервые в жизни увидела слезы на его глазах, — немного помолчав, она спросила: — Тебе все еще интересно, как я лишилась дочери? Это долгая история.

— По мне видно, что я тороплюсь? — усмехнулся Ленс.

Шесть лет назад.

Кабак «Улыбка мертвеца». Одно из тех мест, где отдыхали воры, разбойники, лже-калеки, торговцы краденым, путаны, шулера, фальшивомонетчики и контрабандисты.

Словом — весь низший свет Нимлеры, спешащий потратить кровнозаработанные после праведных трудов, покуда на шею не лег пеньковый ворот. Залетные бюргеры редко находили скрытое от чересчур любопытных глаз заведеньице без вывески с вечно заколоченными окнами, а если какому случайному хлыщу и доводилось переступать порог «Улыбки», он скоро уносил ноги, покуда не лишился кошелька, а то и жизни.

Рядом с Птахой приземлился какой-то франт. Одет просто, но со вкусом: черная куртка неплохого кроя, того же цвета штаны, модные туфли, золотой перстень.