Девять уроков - Кевин Милн

Глава 18

Я играю с друзьями, но игру нашу дружеской не назовешь.

Раньше мне казалось, что ничего страшнее, чем «я беременна», я от своей жены не услышу. Но ей удалось нагнать на меня страху на девятом месяце беременности, произнеся два простых слова: бэби-шауэр, праздник подарков. На тот момент я только-только начал свыкаться с мыслью, что скоро стану отцом, а эти слова вновь погрузили меня в дурные предчувствия. Возможно, дело было не столько в словах, сколько в их подоплеке.

В понедельник вечером я жевал пиццу и увлеченно наблюдал за игрой местной футбольной команды. Ничто, казалось, не предвещало плохого.

– Огаст, милый, – сказала Эрин, неуклюже переступая через порог, – у тебя есть свободная минутка?

В этот момент игрок противников забил гол в наши ворота.

– Ну ты подумай! – Я тут же забыл про вопрос жены. – Им все-таки удалось сравнять счет!

– Огаст? – напомнила о своем присутствии жена.

– Прости, Шатци. Что такое?

Кокетливо похлопав ресницами, Эрин уселась ко мне на колени.

– Какие у тебя планы на следующий понедельник? – сладко промурлыкала она.

Мужчинам хорошо известно, что сладкие нотки вкупе с томными взглядами неизбежно влекут за собой проблемы. В голове у меня прозвенел тревожный звоночек, но сколько я ни старался, так и не смог понять, что же мне угрожает.

– Я… ну… даже не знаю, – промямлил я. – Кажется, пока никаких.

Эрин вновь хлопнула ресницами.

– Мои подружки с работы организуют праздник подарков.

Тревожный звоночек прозвучал еще громче.

– Прекрасно, – осторожно заметил я. – Ступай, повеселись, а я тут посмотрю без тебя очередную игру.

Хихикнув, она лукаво склонила голову набок. На языке жен это означает нечто вроде: Прости, парень, но ты влип.

– Это не только для меня, – холодно заметила Эрин. – Мужья тоже приглашены. Так что ты идешь со мной.

Я едва не подавился пиццей.

– Какого?.. – выдохнул я. – Ну нет! Это не для мужчин. Это для… женщин!

Эрин поджала губы.

– Не в этот раз, дорогой. Там будут не только жены, но и мужья. И я действительно хочу, чтобы ты повеселился со мной.

– Нет, – твердо заявил я. – Это против законов природы. Веселье и детский праздник – вещи несовместимые. Да и что это вообще такое? Смотри, я даже не знаю, для чего он придуман. А все потому, что мужчинам и знать этого не положено. Нет, я не пойду.

Эрин встала и многозначительно глянула на меня, предлагая еще раз обдумать мое решение.

– Ради бога, Эрин, – в отчаянии произнес я, – праздник подарков – все равно что эпиляция горячим воском. Мы снисходительно относимся к тому, что наши жены увлекаются этой процедурой. Но никто же не требует, чтобы мы принимали в ней участие. Нет, – повторил я еще тверже, – я не иду.

Эрин хотела что-то сказать, но тут ее взгляд упал на экран телевизора.

– Что ж, тебе же хуже, – заявила она с наигранным сожалением. – Вечеринка пройдет в доме у Стейси. Она уже сказала, что мужья, если им станет совсем тошно, могут устроиться в отдельной комнате и посмотреть футбол на их новом огромном телевизоре.

– Правда? – Я бросил взгляд на наше жалкое подобие телевизора.

– Правда. Так ты уверен, что не хочешь пойти со мной?

Настала моя очередь призадуматься. А если я раздуваю свои страхи? Ну что может быть лучше, чем устроиться с другими парнями перед широким экраном? Жена будет счастлива, что я пришел с ней на эту встречу, а я тем временем посижу за сухариками и пивом в компании таких же болельщиков.

– Ну… если тебя это обрадует, то ладно. Я иду.

– Еще как обрадует, – улыбнулась она.

Предполагалось, что «веселье» начнется ровно в семь, но мы с Эрин немного припозднились, поскольку никак не могли решить вопрос с моей одеждой. Эрин желала, чтобы я принарядился, ну а мне казалось, что я выбрал самый подходящий наряд: джемпер с надписью «Том Брэди»[31] и шляпу с вышивкой «Патриоты Новой Англии». Спорили мы долго, но Эрин в конце концов пришлось уступить.

На место мы в итоге приехали последними, и я уже начал опасаться, что пропущу начало игры. Дверь нам открыла Стейси, ближайшая подружка Эрин.

– Выглядишь просто восхитительно! – воскликнула она при виде моей жены. Женщины энергично обнялись. Затем Стейси повернулась ко мне: – Привет…

– Ты же помнишь моего мужа Огаста? – спросила Эрин, прежде чем я успел открыть рот. – Он решил, что тоже хочет пойти со мной на вечеринку.

Стейси глянула на меня с долей удивления, но ничего не сказала. Когда мы вошли в гостиную, там уже сидело десятка три женщин. Я огляделся в поисках мужских лиц, но никого не нашел. Выждав пару минут, я выбрался в коридор, чтобы поискать комнату с огромным телевизором.

Голос Стейси догнал меня на полпути.

– Огаст, ванная вот здесь, – возвестила она, указывая на другой коридорчик.

Все тут же замолчали и уставились на меня. Раскрасневшаяся Эрин сидела в углу. Поймав мой взгляд, она нервно прикусила губу.

– На самом деле я искал других мужчин, чтобы посмотреть с ними футбол. – Я многозначительно коснулся своего джемпера.

Женщины – их было тридцать пять – дружно расхохотались.

– А тут больше никого нет, – выпалила Ребекка Сондерс. – Это же праздник подарков. Он для будущих мамочек. Мне бы не удалось затащить сюда мужа, даже если бы я привязала его к бамперу машины.

За ее словами последовал новый взрыв смеха.

– Но ты, должно быть, очень чувствительный муж, раз решил присутствовать на нашей встрече.

– Чувствительный – не то слово. – Я с трудом выдавил из себя улыбку, сжигая Эрин негодующим взглядом.

Та попыталась замять ситуацию, заявив, что, должно быть, что-то напутала и неправильно поняла слова подружки насчет игры. Как выяснилось в итоге, большинство мужей действительно собралось вместе, чтобы посмотреть футбол. Вот только сделали они это как можно дальше от праздника подарков.

Я уже собирался уйти, хлопнув дверью, но Эрин умолила меня остаться. Она заявила, что для нее это будет слишком большим унижением, и мне не оставалось ничего другого, как только задержаться в чисто женской компании. В конце концов, подумалось мне, я стоял на пороге открытия, которого удостаивались лишь немногие мужчины: мне предстояло лично ознакомиться с секретными обрядами, составлявшими суть этого загадочного праздника. Без сомнения, это была тайна тайн, и я рассчитывал вот-вот прикоснуться к ней.

Забегая вперед, скажу, что лучше бы я к этому и не стремился.

Оказалось, что бэби-шауэр – это не что иное, как причудливый набор так называемых игр и заданий, цель и смысл которых ускользнули от меня напрочь. Хотя явных победителей в этих состязаниях не было, всякий раз, когда мы завершали очередное задание, меня тут же записывали в проигравшие. Первым делом нам нужно было угадать содержимое памперсов, на которые вылили растопленные конфеты неизвестного происхождения.