Черная нить горизонта - Игорь Федорцов

− Жить будешь на холме, − заговорила она привычным повелительным тоном. − Думаю, Свия еще не забыла тебя. Завтра пришлю портного, он подберет более приличествующий наряд чем этот. В Барбитоне мой брат должен выглядеть подобающе. В дорожном тряпье туда не пустят. Было бы больше времени, наняла бы учителя танцев. И не зарывайся. Для всех ты мой брат, амад Костас. Звание амад сродни ветру. В нем все и ничего. Потому не рассчитывай, что тебя будут всюду привечать с распростертыми объятиями. Хотя после того как подарил мне камень, многие захотят свести с тобой знакомство. Киры, бэну, бьянки. У тебя неплохие перспективы.

,,Неплохие перспективы" это на будущее. Никаких обязательств и гарантий, но звучит словно весь мир проситься в карман.

Кайрин посчитала разъяснения достаточными. Впрочем, говори она хоть до утра, у птоха мизер заинтересованности. Смотрит то на пламя свечей, то в тарелку, то ей за спину.

Вызвав слугу, Кайрин распорядилась, решительно и твердо.

− Делт, проводи кира на Энас Сфэндамос.

Чтобы она сказала, узнай, приказа ослушались? Амад Костас остановился на одном из перекрестков и долго стоял, подставляя лицо ночному ветру. Слуга, застывший в дух шагах от него в нетерпении крутил головой. Господам конечно вольно поступать как захочется, а слугам? Завтра рано вставать.

Делт огляделся. Боязно что-то. Палка в руках брата бэну Кайрин, годилась в лучшем случае отгонять собак. Сразу видно провинция. Столкнешься ночью с клефтами или Ночными Рыбами и латы не спасут.

− Ступай один, − произнес Костас, отпуская слугу.

− А как же вы? - испугался Делт, представив, что придется в одиночку тащиться через весь город. − Кир, темень, глаз коли! Мало ли что. Бэну Кайрин с меня шкуру с живого снимет.

Костас бросил монету. Хоть и темно на дворе, но блеск серебра слуга увидел отчетливо. Подхватил деньгу, не позволив упасть.

− Ежели в мимарий, то лучше на площадь Св. Маврикия ступайте, − присоветовал слуга. - Там за девками строго следят. Заразных нету, − и подобрев от щедрости кира, добавил. - А мабунов лучше искать у Портика Трехсот Колонн.

Делт проводил Костаса взглядом. Куда он? На площадь или к Портику? Получалось к Портику! Потискал монету в ладони. Ему такие удовольствия не по карману. Попроще подавай. Через час слуга уже горланил веселые песни в компании мастеровых. Гуляли серикарии. Страшноватенькая шлюшка досталась Делту задаром, также как и сузак. Триппер то есть.

Оставшись одна, Кайрин предалась раздумьям. Зыбкость не то, что хочется испытывать, приступая к осуществлению намеченного. Туром сказал бы: Мир в равновесии только потому, что чье-то сердце еще не остановилось. Остановится и что тогда? Пожми плечами, прочти молитву и приступай. Как там спросил птох? Нет ли более неотложных дел. Увы, нет.

Кайрин вызвала Керуша. Степняк тенью проскользнул в комнату. Не колыхнись свет свечей, прозевала бы как вошел.

− Придумай что-нибудь с Натаном, − говорила она привычно уверенно. − Пусть требует супружеского долга с Луиз ди Брогк.

Керуш с нескрываемым неудовольствием слушал столь необычное пожелание. Конечно, за свою службу он выполнил не мало сомнительных поручений. Но союз мужчины и женщины освещен небом! В нем у каждого свои обязанности. Рани Кайрин плевать и на союз и на обусловленные им обязанности! Натан ей мешает!

Степняк крайне бы удивился ответу, вздумай спросить, почему?

В миру говорили: Умный купец всегда с выгодой продаст хороший товар, купец из Венчи умудриться продать его дважды.

Кайрин была родом из Венчи.

После разговора со степняком, Кайрин вернулась в спальню. Сабти ждала ее, сидя в кресле. Свечи в канделябре зажжены все до единой. Пахнет пороком. Плавящийся воск не перебивал запахов пота, спермы и выделений.

Кайрин оглядела лежащее на кровати обнаженное тело Натана. На спине глубокие борозды от ногтей. Укусы на плечах. Набросила край одеяла прикрыть рейнха.

− Ты не перестаралась?

− Первая брачная ночь. Можно все! - рассмеялась Сабти недовольству Кайрин. Она служила богине Мерете не по принуждению, вследствие сложившихся обстоятельств или принятых обязательств. Божественная суть пронизывала каждую клеточку жрицы. Кто же отказывается от божественного?

Особо придирчиво Кайрин осмотрела смятую простыню. Кровяное пятно и разводья, влажные и подсохшие.

− Он вас совсем не жалел, − посочувствовала жрица.

− Кровь?

− Такая, какая должна быть.

Кайрин не поленилась пройти в угол глянуть в таз. Мутная вода с мыльным порошком. Жрицы ничего не забывают из оговоренного.

− Можешь быть свободна, − отпустила она жрицу. - Я отошлю в храм пятьдесят солидов.

− Разве я плохо выполнила условия сделки? - спросила Сабти, не торопясь уходить. Мерета великая богиня и мелочность ей противна.

− Хорошо, семьдесят...

− Сто, бэну Кайрин, − поправила Сабти.− Сто солидов.

− Я пошлю храму сто солидов. А так же трех девочек, что подобрала на улице.

− Богиня примет твой дар.

− Две чисты.

− Благодать Мереты над твоим ложем, − склонилась Сабти. Дары богине не бывают чрезмерны. Они всегда недостаточны и скромны.

Кайрин подошла к зеркалу. Взяла обсидиановый нож и решительно отрезала косицу-облако. Хмыкнула, осмотрев непорядок в прическе. Придется привыкать. Подошла к постели. До чего противно ложиться!

На следующий день и простынь и срезанную косицу передали волхвам Кайракана. Земная дщерь бога свершила возложенное.

9.

Старый Моб ворчал. Он всегда ворчал, когда в его стражу шел дождь. Не любил дождя. С тех самых пор как попал в армию. А в армии дождь никто не любит. Чего хорошего мокнуть и месить грязь по дорогам! Даже просто мокнуть и то противно!

− От этой сырости у меня бедро разламывается, − жаловался Моб, больше самому себе, чем напарнику, долговязому Велгу. − Проклятый чикош вогнал в меня стрелу почти на палец. В самую кость.

Все знали о героическом прошлом старика. Он воевал в Пуште при прежнем императоре Горме. Там и получил ранение. Теперь вот дослуживает ветеранский срок здесь, на посту стражника Дыры и рассчитывает на хорошую пенсию.

− Хлебнешь? - спросил Велг, самый молодой из троих кернов. Был еще Хорн, но он в отлучке. В караулке, под ним мычит и изображает удовольствие одна из тех шлюх, что стоят всего ничего, пятнадцать фоллов. За такие деньги не то что удовольствие, а манду показывать не стоит. Но нынче клиентов мало и потому шлюха позволила себя уговорить. Пятнадцать фолов все-таки пятнадцать фоллов. По пять фоллов заход.