Однажды Ты будешь Моя. Книга 2 - Альбина Кисова

— Неужели, ты всех убил, командир? Хотя чему удивляться. Ты же, по сути, убийца. Такой же как и эти наёмники, и те же боевики, которых вы называйте террористами. Хотя разница в том, что ты — ручной пес, действуешь по приказу. А они борются за свою страну и свои интересы.

Я не собирался спорить с психом. Через боль сжимая пистолет, я прикидывал смогу ли достать его. Но он сука грамотно стоял, прикрываясь Ниной.

Внезапно Мурат дёрнул Нину за шею, словно тряпичную куклу, и она, не выдержав боли, всхлипнула.

— Василий, оставь девушку в покое. Она здесь ни при чем. — я старался, чтобы мой голос звучал спокойно, без угрозы, но получалось у меня хреново.

Внутри всё леденело от мысли, что он в любой момент может перерезать Нине горло.

— Там внизу пропасть, — Мурат так спокойно это сказал, что даже у меня по руках побежали мурашки. Как же я ошибся на счёт него. Думал, что с ним можно договориться. По ходу Муратов совсем с катушек слетел. А я ещё думал, что ему не чужда совесть.

То, что отморозок назвал пропастью была яма для ремонта грузовиков. И Нина была как раз над ней.

— Два этажа, падать невысоко, но шею сломать можно или позвоночник, а может и голову проломить. Да, моя хорошая? — Мурат ласково провел ножом по шее Нины.

На инстинктах я дёрнулся к ним.

— Стой, где стоишь, команди-и-ир, — протянул он. Из-за тебя я оказался в плену, ты ведь знаешь меня там пы-та-али.

Я стоял в тени в отличие от Мурата с Ниной. И псих не мог чётко видеть моё лицо.

— Мурат-Мурат, — спокойно сказал я. — Ты нарушил приказ, самовольно ушёл из укрытия. Я сказал тебе не высовываться.

— Хватит грузить меня своими нравоучениями! — истерически выкрикнул Мурат. — Рядом с тем гребанным укрытием взрывались снаряды, я решил убежать пока меня там не похоронило.

— Тем не менее укрытие, откуда ты сбежал не пострадало. Мы тебя там после боя искали, Мурат. И если бы ты остался, где я сказал, то вернулся бы с нами. — я продолжил говорить, отвлекая его внимание от Нины. Я заметил, как она мягко переступила, как напряглось её тело.

— В плену у тебя была возможность закончить свои страдания. Быстро. Но ты захотел жить. И я надеялся, что это значит, что ты поправишься, придёшь в себя и вернёшься к нормальной жизни.

Мурат дёрнулся как от удара, но ответить не успел. Нина удивила нас обоих. Моё сердце пропустило удар. Сначала она резко ударила каблуком по ступне Муратова, а когда тот дернулся от боли, она сбила его руку с ножом и ушла корпусом вбок. Резко развернувшись, она ударила его по голени, Муратов согнулся от боли, и Нина не замедляясь, ударила кулаком в горло. Удар у неё недостаточный чтобы вывести его из строя, но сбить дыхание и дезориентировать — вполне.

Серия ударов была проведена так четко, что в другой ситуации я бы поаплодировал.

«Спасибо, отец. Ты сдержал слово».

Мурат не ожидал от хрупкой блондинки, которая до этого вела себя тише воды, такой подставы. Но он быстро приходил в себя и дёрнулся в её сторону.

— Беги! — заорал я.

Нина послушалась мгновенно, развернулась и побежала в сторону лестницы, увеличив расстояние между ними и тем самым развязав мне руки. Без промедления я выстрелил, придерживая правую руку левой. Времени выцеливать не было. В любой момент Мурат мог напасть на Нину с ножом, а там ее было бы уже не спасти.

Несколько пуль попали бывшему аналитику в корпус. Мурат даже не успел ничего сделать и сказать. От отдачи его повело и он перевалился через ограждение. Тело упало вниз с высоты нескольких метров и в глубине раздался глухой удар.

Всё это я отмечал краем сознания пока бежал к ней. Моя девочка, рыдая, бросилась ко мне навстречу. Я заткнул пистолет сзади за ремень джинсов, освобождая руки, и прижал её к себе.

— Всё в порядке, моя любовь, ты жива. Я тоже жив. Теперь всё будет хорошо. — ласково говорил я, целуя Нину в макушку и прижимая к себе.

Мы стояли так несколько секунд, пытаясь осознать, что всё наконец закончилось.

На пару секунд мир замер — только её дыхание у груди и собственное сердцебиение. И в этот момент из глубины ангара донёсся знакомый голос…

— Вот ведь засада! Опять Кот сам всё сделал!

Плохиш тут как тут. Нет, чтобы хоть на полчаса раньше появился.

— И ему как герою ещё и девушка досталась, — со смешком добавил Гриша. — Точнее она ему раньше досталась, но… В общем, вы поняли.

— Гриша, заткнись уже, — рявкнул на него один из ребят.

— Кот, вы в порядке?

— Мы в норме. Четверо справа в глубине, один внизу.

— Все откинулись? — деловито спросил Лютый.

— Трое — да, двое — ещё живы.

Мои бойцы пошли осматриваться. А я, обнимая Нину за плечи, повёл её на выход.

— Влад, я так за тебя испугалась. Он хотел тебя убить. Ему было всё равно. Никакая информация ему была не нужна.

— Я знаю, принцесса. Знаю. Не плачь. Скоро будешь дома.

— Майор, вам бы в госпиталь. — заметил кто-то из ребят.

— Да он теперь жену из рук не выпустит.

— Пусть её с собой возьмёт.

— Не положено. Учреждение ведомственное, вход только для сотрудников.

— Так она же жена.

— Ближайшим родственникам только в приемные часы. — строгим голосом заметил кто-то посторонний. Видимо, из группы быстрого реагирования.

Я дальше не прислушивался к тому, что эти спорщики говорили.

Мы с Ниной вышли на улицу, а к нам навстречу уже спешил генерал Долохов.

— Нина, — хрипло позвал он и мне пришлось её на время отпустить.

Всё же Нина была его единственной дочерью. Девушка обняла своего отца. Они так постояли, Долохов что-то тихо говорил ей на ухо, я видел, как его губы двигаются, но слов не слышал.

Долохов, гладя дочь по голове, сухо кивнул нашему командиру, и я понял, что обещание было дано. Видимо, генерал Беленький что-то серьёзное стрясет с Долохова. Но мне было посрать на их дела. Долохов был той ещё скотиной.

Нина, несмотря на явное недовольство своего отца, вернулась ко мне. Я прижал девушку одной рукой к себе, а тут в свете фар она заметила кровь и испуганно крикнула.

— Помогите, у Влада рана на животе!

— Не цените вы мой труд. — флегматично заметил мой лечащий врач, идущий к нам на встречу.

Видимо, генерал предвидел такое развитие ситуации, и подстраховался.