Однажды Ты будешь Моя. Книга 2 - Альбина Кисова

массивных колонн рядом с проходом, я сделал медленный вдох, стараясь успокоить учащённое сердцебиение. Теперь главное — не двигаться. Дать Михалычу сделать первый шаг в ловушку.

Шаги замедлились. Он понял, что я где-то рядом.

Я прижался к бетонной опоре, напряжённо вглядываясь в темноту. Выждал секунду, затем мягко ступил вперёд, двигаясь на сближение. Не спеша, но и не задерживаясь. Главное — не выдать себя случайным шумом.

Но тут Михалыч меня удивил.

— Не таись, Аверин, — голос наёмника прозвучал глухо. — Живым ты отсюда не выйдешь. Пусть доступа к базе данных мы не получили, но это было неглавное.

Я молчал.

— Главное — ликвидировать тебя.

«Тоже мне новость».

— Не найдут нас твои… коллеги, — с издевкой заметил наёмник. — Не надейся. Твоя девка… Думаешь, она ещё жива? С ней был именно я, когда она орала как резанная.

Я стиснул зубы от ярости, но промолчал.

«Играет на моих нервах, выводит на эмоции, чтобы я выдал себя, вылез и он смог меня застрелить».

Тень скользнула вдоль стеллажа. Он двигался медленно, словно хищник, вынюхивающий добычу.

Михалыч сделал ещё один шаг вперёд, а я уже знал, куда нанесу удар.

Я сжал нож, сместив вес так, чтобы атаковать. Быстро разорвал дистанцию, не давая ему времени среагировать.

Но Михалыч словно зверь на охоте в последний момент всё-таки почувствовал опасность.

Он резко развернулся, ствол пистолета дрогнул.

Выстрел.

Громкий хлопок ударил по нервам. Звук в пустом ангаре разлетелся эхом, отражаясь от стен. Я почувствовал, как всё внутри обострилось. Ни страха, ни боли — только точка фокуса.

Выстрелы звучали один за одним.

Я нырнул вбок, уходя с линии огня, выждал момент и вскоре оказался рядом с наёмником.

Мы оказались лицом к лицу. Теперь он был без балаклавы, и я прекрасно видел его лицо. Я думал, что наёмник был старше, но, судя по всему, он — ровесник моего отца. Лицо обычное, без особых примет. Типичный славянин из глубинки — крупный нос, широкие скулы и глубоко посаженные глаза.

Михалыч открылся и у меня появился шанс.

Рывок вперёд, удар лезвием. Металл вспорол плотную ткань куртки наёмника, и глубоко рассёк мышцы. Пистолет выпал из его руки. Михалыч взревел, отшатываясь.

Выпад, снова удар, на этот раз в печень.

Он хрипло выдохнул, перехватывая мою руку, но я рванулся вперёд и врезал лбом ему в переносицу — быстро, резко, без паузы. Кровь брызнула, он пошатнулся, но всё ещё держался. Такой, сука, не падает после первого раунда.

Стиснув зубы от боли, Михалыч уже шёл в новую атаку — кулак метнулся к моему лицу, я успел поставить блок, но второй удар впечатался мне в рёбра. Воздух со свистом вылетел из лёгких, я отшатнулся. Но наёмник не собирался останавливаться, его кулак был нацелен туда, где огнём жгла боль, я перехватил его руку, вывернул, тело Михалыча повело, он потерял равновесие и рухнул на одно колено.

Однако он не дал мне развить успех — его кулак уже летел мне в пах. И я в последний момент успел увернуться.

Секунда — и Михалыч уже снова на ногах.

Мы замерли друг напротив друга. На этот раз преимущество было у меня. В левой руке я всё ещё сжимал нож в фирменном хвате. Соперник остался без оружия.

— Не думал, что ты так далеко зайдёшь, — хрипло сказал Михалыч, быстрым движением смахивая кровь.

Я не стал отвечать. Мне было совершенно посрать, что он там думал. Они совершили ошибку, посчитали, что полностью контролируют ситуацию и освободили мне руки. А я просто воспользовался открывшейся возможностью. Даже если бы Нина не закричала и не отвлекла их, я бы выбрал другой момент для нападения.

В следующую секунду мы бросились друг на друга, как хищники, для которых не существует ни правил, ни жалости — только цель: убить первым.

Несколько секунд жёсткой схватки, я несколько раз уходил от его ударов, техничных, грамотных, но результат был тот же — я без колебаний вогнал нож ему в горло, рванув его в сторону. Михалыч тяжело повалился на землю, его взгляд полный ярости и понимания погас.

Я вытащил нож, вытерев его о куртку наёмника. Затем вытащил запасной магазин из кармашка на его кобуре. Пистолет на этот раз нашёлся быстро — он валялся в ворохе мусора и разорванных картонных коробок. Быстрыми, привычными движениями я заменил магазин на новый и поднялся на ноги.

Семнадцать патронов калибра 9*19 мм в полной боевой готовности.

Коснувшись торса, почувствовал под пальцами влагу, я еле слышно выругался — задел-таки, тварь. В момент схватки я этого даже не заметил и боль едва чувствовалась. Зато сейчас я ощутил её в полной мере.

Теперь время играло против меня.

Стиснув зубы, я посильнее прижимал рукой рану — что хоть немного приглушало боль — и побежал к той части склада, где осталась Нина.

Но там её не оказалось.

* * *

Осталось только одно помещение в этом ангаре.

И если и там Нины не будет — значит, я опоздал. Муратов утащил её, и чёрт знает куда.

В мозг выстрелила мысль, что Муратов мог увезти Нину на машине. Злость обожгла изнутри, а беспокойство за жизнь любимой женщины сдавило, как удавка.

Но тут же включилась логика. Василий явно ненавидел меня, что-то подсказывало мне что он не станет упускать эту возможность, чтобы отомстить.

В последнем помещении оказалось значительно светлее. Осматриваясь, я зашел внутрь, водя пистолетом в поисках цели.

Мурат в метрах в двадцати от меня прижал нож к горлу моей жены. Знакомый такой нож. Армейский. Мне ли не знать какой он острый.

Да твою ж сука мать.

— Схватил, падла, — прорычал я, видя, как этот отморозок держит любовь всей моей жизни за шею. Нина была в сознании, правая сторона лица опухла, судя по всему, от сильного удара. По лицу её текли слезы, но она не издавала не звука. В моей душе поднялась такая волна ненависти, что единственное, что я хотел — это своими руками убить этого урода.

Глаза заволокло красной пеленой ярости, и я слегка тряхнул головой, отгоняя от себя это состояние. Снова я вспомнил предостережение генерала.

Я старался не смотреть на Нину, сконцентрировался на цели.

— Ох ты, ох ты, — злорадно усмехнулся Мурат, смотря на мой живот, где сквозь белую ткань проступила кровь, — Да, ты похоже ранен, командир?

Самое паршивое было то, что Мурат стоял на втором уровне, и чтобы подобраться к нему, сначала нужно было подняться по лестнице, что давало