Харбин. Вера и отчуждение. Христианские меньшинства российской диаспоры Северо-Восточного Китая - Ксения Игоревна Родионова

часто ездил по станциям КВЖД как миссионер. После окончания колледжа работал корректором газеты. Был очень образованным молодым человеком, свободно владел английским языком, изучал японский и маньчжурский языки497. Поэтому именно его было решено отправить для ведения миссии в Пекине. Тем не менее китайского пастор не знал, поэтому пользовался услугами переводчика. Приехав в Пекин, он не смог получить разрешение на проповедь от Антикоммунистического комитета Китайской Республики. Пробыв в городе около месяца, Г. Т. Кононов вернулся в Харбин498.

В конце 1930‐х годов для служб община арендовала молитвенный дом на проспекте Да-Тун (ул. Королевская, 76). Его сторожем был верующий Венглинский. Кирпичное здание вмещало до ста человек. По средам помещение предоставлялось Фудзядянской общине христиан веры евангельской (пятидесятников). В этот день в церкви проводились беседы с детьми на маньчжурском языке. Община пятидесятников из Фудзядяня состояла из ста человек китайской и маньчжурской национальности499. Группы верующих имели тесные связи между собой, предоставляя друг другу помощь. При этом каждая из церквей сохраняла свою внутреннюю культуру, ориентированную на национальные традиции.

При церкви было организовано Правление общины, которое представляло интересы верующих и решало основные вопросы, возникавшие по мере работы. В него входили проповедники и 2–4 человека из числа мирян. Членские взносы в правлении являлись добровольными. К концу 1930‐х годов многие эмигранты уехали из Маньчжурии, поэтому количество верующих общины уменьшилось. В 1938 году паства церкви насчитывала 50 человек500. До 1939 года там имелось три проповедника: А. Т. Ковалик – китайский гражданин – и эмигранты Г. Т. Кононов и Г. Н. Шибанов501.

Григорий Никифорович Шибанов родился в городе Борисоглебске Тамбовской губернии. В церкви занимал должность помощника пресвитера. Был студентом во Владивостоке, откуда в 1919 году уехал в Маньчжурию. В Харбине в 1923 году вступил в Методистскую церковь, в 1927 году окончил Методистский Богословский институт. Работал в гимназии методистов, где преподавал Библию и служил в церкви. Вслед за А. Т. Коваликом в 1935 году перешел в общину пятидесятников502.

Пасторы А. Т. Ковалик и Г. Н. Шибанов – оба бывшие методисты, ушедшие после закрытия миссии вслед за своим учителем Н. И. Пейсти в пятидесятничество. А. Т. Ковалик перешел в общину в 1931 году, а в 1933 году окончил богословские курсы, организованные Н. И. Пейсти, Г. Н. Шибанов завершил обучение на них в 1935 году503. Г. Т. Кононов присоединился к общине после посещения проповедей Н. И. Пейсти, он часто ездил по станциям КВЖД, работая как миссионер504. Трое пасторов стали основой общины пятидесятников, осуществляя в целом ее деятельность и ведя проповедь среди русских эмигрантов.

В 1939 году в общий штат харбинской церкви входило шесть человек: один пресвитер (А. Т. Ковалик), один помощник пресвитера (Г. Н. Шибанов), один диакон (П. Т. Агаршев) и три брата-благовестника (Г. Т. Кононов, В. П. Смирнов, В. В. Степанов). В. П. Смирнов и В. В. Степанов стали благовестниками общины в 1937–1938 годах. Оба были эмигрантами.

Василий Петрович Смирнов – староста и благовестник церкви. Родился в Иркутске, где окончил в 1907 году Православную духовную семинарию. Из СССР эмигрировал в 1923 году. В Харбине 27 ноября 1931 года вступил в общину пятидесятников, с 1937 года назначен благовестником и старостой церкви505.

Василий Васильевич Степанов (род. 22 декабря 1894 года) – уроженец города Мензелинск Уфимской губернии. В 1909 году окончил в Мензелинске приходскую школу, в 1915 году прибыл в Маньчжурию. Степанов вступил в методистскую церковь в 1926 году, а в 1933 году стал пятидесятником. Некоторое время возглавлял церковь на станции Чжалантунь, потом вернулся в Харбин. С 1938 года служил благовестником общины506.

Диакон П. Т. Агаршев являлся единственным пастором, который прибыл в Маньчжоу-Го из Советской России, уже будучи пятидесятником507.

Петр Тимофеевич Агаршев (род. 15 июня 1909 года) – русский эмигрант, уроженец города Грозный Терской области. В церковь пятидесятников вступил в 1928 году в Ташкенте, куда переехал с родителями. В Харбин бежал 7 мая 1931 года из Благовещенска через Сахалян (ныне – Хэйхэ) из‐за преследования за религиозные взгляды. В Маньчжоу-Го работал механиком. До 1939 года был старостой и диаконом церкви пятидесятников508.

Период с 1931 по 1939 год стал временем развития церкви: вслед за своим учителем Н. И. Пейсти многие методисты в 1931–1933 годах перешли в пятидесятничество, составив основу общины. Несмотря на отъезд, глава церкви Н. И. Пейсти продолжал осуществлять контроль и помощь, финансово обеспечивая ведение миссии и содержание арендованного молитвенного здания. После его выезда из Харбина пасторы продолжили проповедовать среди российских эмигрантов. Но с 1939 года в общине начались изменения.

15 октября 1939 года А. Т. Ковалик покинул Харбин и уехал в Австралию; на свое место он поставил эмигранта Петра Агаршева509. К этому времени заметно уменьшилась и сама община. Многие харбинцы старались выехать в США, Австралию и другие страны, куда после японской оккупации Маньчжурии направились потоки русских эмигрантов. В 1939 году в общине оставалось лишь около 36 прихожан. Община состояла в основном из русских эмигрантов, среди верующих была одна кореянка, владеющая русским языком; другие иностранцы отсутствовали, так как службы велись исключительно на русском510. Приход был небольшим в сравнении с другими конфессиями, но, несмотря на это, продолжал функционировать за счет финансовой помощи. Не прекращалась и миссионерская деятельность: в общину постоянно вступали новые последователи, однако многие из них затем покидали Харбин.

Община существовала на субсидии Русского братства в Америке511, с мая 1941 года финансирование было прекращено. Для решения денежного вопроса Г. Т. Кононов в ноябре того же года дважды выезжал в Мукден для получения займа у пятидесятников-китайцев, во главе которых стоял пастор Чен. Небольшой заем был выдан и пошел на нужды общины. Тем не менее после прекращения финансирования священники перестали получать жалованье и вынужденно искали подработки, осваивали новые профессии. Г. Т. Кононов специально изучал японский язык на курсах для поиска работы. В начале 1940‐х годов он трудился временным корректором в газете «Харбинское время»512. Возможно, именно прекращение финансирования и неспособность главы прихода обеспечить финансовую базу церкви вызвали напряжение внутри общины, которое вылилось в дальнейший конфликт между священниками.

В 1941 году в общине произошел раскол. Преемник А. Т. Ковалика – П. Т. Агаршев – не был переизбран большинством членов Правления общины, но категорически отказался покинуть пост. Остальные пасторы написали письмо главе церкви