Берегись сурка! - Larik-lan

метко плюнул Снейпу на ботинок. — Учти, ты его в это втянул, ты и вытаскивай… Пока Пит в звероформе, лорду его достать сложно, но, как только он опять станет человеком и вылезет из Хогвартса, его тут же пригласят для беседы.

— И всё-же, я не понимаю, две совместные попойки не повод для подобной близости… Вы же сейчас, по сути, разглашая секретные данные, предаёте Повелителя… Ради мерзавца, которого так долго презирали… — говоря это, Северус украдкой сжимал палочку под складками мантии, всё так же подозревая злой умысел.

— Вот и проверим, насколько можем быть откровенны… Если побежишь закладывать, значит, я в тебе не ошибался… А если промолчишь, значит, прав был Питер…

— В самом начале беседы вы уже высказали свои претензии, но, тем не менее, рискнули и сказали то, что сказали. Почему? — Снейп приподнял бровь, хотя и понимал, что в темноте его многозначительная мимика теряется.

— Говорю же, Пит тебе верит. Олух несчастный. Не знаю, что там лорд повредил у него в черепушке своим "Круциатусом" и как ты его лечил, но теперь у него инстинкта убийцы меньше, чем в морковке. Этому идейному тюфяку в нашем кругу не место. Так что хоть раз поступи по-человечески и вытяни его из говна. Веришь или нет, мне будет стыдно, если Пит из-за наших дел пропадёт ни за грош. Нам с тобой уже пути назад нет, а он как дитя…

Антонин отвернулся, зажигая уже третью папиросу, рука заметно подрагивала и он никак не мог зацепить пламенем кончик, а когда прикурить получилось, он сделал несколько глубоких затяжек, в густых клубах дыма напоминая мстительного духа. Голос его зазвучал глухо и слегка надтреснуто.

— У меня брат был такой же… Старший. Погиб на войне в сорок третьем… Интеллигентный, аккуратный, порядочный… Сердца больше, чем мозгов… Пошел воевать, потому что это дело чести, и не вернулся. Я думал, уж и позабылось всё после стольких лет и Азкабана… А поговорил с Питом, и Витюша перед глазами стоит. — Тони помолчал, смял очередной окурок, а после со спокойной серьёзностью предупредил: — Так что учти: не сбережёшь крысюка — я твоими конечностями ёлку новогоднюю украшу.

Сказав это, Долохов с тихим хлопком аппарировал, а зельевар очень медленно спрятал палочку в чехол, наконец, переводя дух. Кто бы подумал, что Томушкин цепной пёс такой сентиментальный. И его чутью действительно можно позавидовать, он понял всё совершенно верно. Само собой, Северус не собирался подставлять Петтигрю. И, разумеется, у того больше нет "убийственных инстинктов", откуда они возьмутся у Анны Николаевны, рукодельницы и воспитательницы младшей группы детского сада? Конечно, такому Питу среди них "не место", но предупреждение Антонина пришлось кстати. Значит, гоблины как-то смогли засечь Питера, и, если до этого додумался сообразительный Долохов, то и лорд наверняка заподозрит участие зельевара, никакие сказки про дамблдоровские командировки не помогут. Времени почти не осталось. Развернувшись, зельевар поспешил в сторону замка.

Питер не ложился, дожидаясь соседа в кресле у камина, и, как только Снейп появился на пороге, вопросительно пискнул. Профессор тщательно запер дверь, навесив несколько заклинаний от прослушиваний, и сообщил:

— Все плохо. Вас как-то засекли гоблины и теперь Томушка ждёт-не дождётся, пока вы явитесь для разговора.

Сурок состроил отстраненную морду в стиле Малфоя, насколько это было возможно при его повышенной волосатости, и высокомерно повёл плечом, пренебрежительно фыркая. Северус, который так и не сел в кресло, нахмурился:

— Что ещё за "какие ваши доказательства"? Антонин сказал, они выяснили, что вы там что-то искали в окрестностях Ковентри.

Питер презрительно оскалился, издавая очередной свист.

— Неужели? "Пользуясь моим отсутствием, вы искали бордель и грибы, а нашли только грибы"? Даже если на это купятся, следующим логичным вопросом будет — почему не поискали бордель поближе? Что? Здесь нет грибов?

Сползая с кресла, Петтигрю успокаивающе попискивал, всем видом выражая спокойствие. Снейп снова нахмурился:

— Как это — мы ни при чём, хоть веритасерумом пои? Разумеется, улик нет, но из странностей ваша прогулка и моё отсутствие… Конечно, вы ничего не крали. И я ничего не крал. Из банка вообще ничего не брали… Но что значит, я ничего не сжигал? А, пламя сжигало, а не я? Вы же в курсе, что это нелепая, тупая отговорка?

Питер, нахально глядя на зельевара, длинным свистом сообщил: "Хорошо быть сумасшедшим". Северус, нахмурившись, таки уселся в кресло, интенсивно обдумывая ситуацию. Насчет себя он был уверен — спрятать воспоминания о событиях в банке, изменить память он сможет, и тогда ни сыворотка правды, ни пытки лорда не страшны. Следов его магии не найти, даже чары на руку Петтигрю он накладывал палочкой Яксли. В остальном же — ничего не знаю, был за рубежом, для конспирации путешествовал магловскими способами под обороткой, магией почти не пользовался, билетов не сохранял.

Слабым местом оставался Питер, но его лабиринты памяти уже не раз доказывали свою полезность, в них сам чёрт ногу сломит. Если не прибегать к пыткам, а копаться в мозгах, даже его нелепые сказочки про неуловимых путан и забористые ковентрийские мухоморы могут сойти за достойную отговорку. Но для того, чтобы допросить Питера, его требуется вернуть в человеческую форму, а здесь имелась другая загвоздка, — серебряная рука, которая постарается сделать свое дело при первом возможном случае.

— То есть, по-вашему, гоблины не проблема, они ничего не докажут, мы от них без труда отбрешемся? Всё равно остаётся лорд, повезёт, если у нас будет возможность оправдаться. Томушка любит пытать, а вы и слова сказать не сможете, сразу задушитесь.

Сурок многозначительно свистнул, принимаясь приглаживать шерсть на боках, а Снейп задумчиво кивнул. Да, действительно, для того, чтобы не отвечать перед лордом, его желательно прикончить. Проблема не потеряла своей срочности и актуальности, но со смертью лорда угроза от гоблинов действительно снижалась.

— Нам нужно к директору, — устало потирая переносицу, констатировал зельевар, а Питер только согласно пискнул — надо, так надо. — Но не сегодня, утро вечера мудренее.

Услышав знакомую пословицу, зверёк уважительно зафырчал и изобразил аплодисменты, выражая этим почтение снейповскому кругозору. Отправляясь спать, профессор вполголоса пробурчал: "И ничего я не ограниченный".

Он не собирался говорить Дамблдору об истинной личине Питера, но планировал потребовать от директора гарантии — не смог защитить Лили и Гарри, так пусть спасет хотя бы сурка, старый пень.

В гостиной Питер продолжал копошится, шуршать, скрипеть дверями и хлопать ящиками в ванной. Северус один раз видел,