Босоногий принц: пересказ Кота в сапогах (ЛП) - Стивенс Джеки

Но Лео удивился, когда Арчи подошёл к крыльцу и опустился перед ним на колени.

— Ты ведь Леопольд, верно? Принц, я имею в виду?

Лео поморщился. Как этот недотёпа догадался? Вопрос возник рефлекторно, от удивления и даже гнева. Лео знал, что Арчи умнее, чем кажется, умнее, чем кот когда-либо признавал. Но почему Арчи не мог подождать, пока они останутся одни? Здесь же Табита.

Что она сделает? Начнёт заикаться и ахать, видя в нём только принца?

Или просто откажется верить, видя в нём только кота?

Лео не знал, какая реакция ранит его сильнее. Он так долго хотел вернуть своё имя и статус, но теперь всё изменилось.

Лео всегда было легко понять, почему такой парень, как Арчи, мечтает стать принцем. Но ему потребовалось гораздо больше времени, чтобы понять, почему принц может желать быть просто человеком: иметь нескольких верных друзей и не чувствовать такой ответственности за всё на свете. Проклятый принц и лишённый наследства сын мельника, возможно, это две стороны одной и той же медали; сама мысль о том, что их ценность должна основываться на классовой принадлежности, была ложной.

Но Табита даже глазом не моргнула, отстраняя от себя полдюжины кошек, которых кормила.

— Конечно, Том — принц. Кем ещё он может быть? И мне давно следовало… — Затем она подхватила Лео и поцеловала его прямо в пушистую макушку.

Что ж, это было ново. Но его лапы остались лапами.

Табита вздохнула:

— Не сработало. А в сказках всегда срабатывает. Поцелуй истинной любви может разрушить любое проклятие фейри. — Но она не унывала долго, быстро подыскивая другое решение. — Но я-то знала его только котом. Может, у него есть другая возлюбленная, с которой мы могли бы попробовать? Кто-то, кто знал его до превращения?

«Другая возлюбленная»? С какой стати ему нужна другая возлюбленная?

Лео покачал головой, пытаясь сосредоточиться. Если поцелуй Табиты не помог, то ничей не поможет. При дворе было несколько девиц, которых интересовал его титул, но ни одна из них не стала бы возиться с ним в облике кота. Да и Лео мог признать, что до превращения он не был особенно приятным человеком. Не в том истинном и бескорыстном смысле, которого требовало бы такое исцеление. Но Табита попыталась. Она осталась. Это чего-то да стоило.

Возможно, он изменился гораздо сильнее, чем казалось внешне, потому что он знал: ему не нужна никакая другая. У него уже была самая добрая и самая нелепая девушка на свете.

— Мне нужно ехать в Карабус, — сказал Арчи, всё ещё стоя на коленях, как истинный проситель перед своим принцем. — Там человек, в котором король сомневается. Он утверждает, что на его землях всё ещё свирепствует чума, и он может быть причастен к появлению бешеных псов на фестивале. Я полагаю, этот Маркиз — твой дядя, но его крепостные называют его Оргом.

Арчи покачал головой, понимая, что его несёт.

— И я просто подумал… я хотел попросить тебя поехать со мной, но, думаю, я должен сделать это один. Мне нужно проверить, смогу ли я стать человеком, достойным твоей сестры, и сотворить собственную магию. Но я всё равно хотел поблагодарить тебя — за то, что ты довёл меня так далеко. Ты не обязан был этого делать.

Да, обязан был. Всё, что Лео делал для Арчи, было лишь погоней за собственной памятью. И то, что Табита и Арчи до сих пор считают его каким-то самоотверженным существом… что ему с этим делать? Но он всё ещё хотел сражаться, по своей, эгоистичной причине.

Поцелуй Табиты не сработал. Лео всё ещё проклят, потому что не завершил свой квест по прекращению чумы — чумы, которая, по словам Арчи, всё ещё продолжается в Карабусе.

Это и был корень проблем, последний кусочек пазла.

Арчи уже повернулся и пошёл прочь. У Лео было всего несколько мгновений, если он хотел спрятаться в телеге — всё ещё в своей лучшей маскировке. Никто никогда не подозревает кота.

Но Табита не выпускала его из рук.

Он не собирался царапать её ради свободы, но в этом и не было нужды.

— Тебе пора идти и снова быть героем, не так ли? — спросила она без подсказок.

Лео кивнул, напряжённый и готовый к прыжку. Но она всё ещё его не отпускала.

Капля влаги упала на его шерсть.

— Я знаю, что ты — принц, и что в тебе есть магия, но я только что тебя заштопала. Ты был весь в крови. Ты так напугал меня… я боюсь, что если отпущу тебя, ты снова пострадаешь или совсем не вернёшься.

Ещё больше влаги намочило его шубку, как летний дождь. Та часть его, что была котом, негодовала.

Та часть, что была человеком, была раздавлена.

Он и раньше видел, как Табита плачет, но не так. Не из-за него.

Табита вздрогнула, будто борясь сама с собой.

— Ты не можешь остаться. Ты — принц, ты не можешь вечно быть моим питомцем. Но мне ведь тоже когда-то пришлось уйти из дома. Мне было страшно, и ты помог мне. Я не могу помочь тебе сразить огра или монстра, но если кто-то другой сможет… Если Арчи сможет…

Она не понимала, о чём просит. Арчи ещё предстояло доказать, что он не просто сын мельника; Лео приходилось делать всё самому с того самого дня, как он стал котом.

— Просто возвращайся, — сказала Табита. — Обещай мне, что вернёшься. — Она выпустила его, и Лео рванул с места. Он не мог оглянуться. Он не мог ничего сделать, чтобы слёзы Табиты перестали течь, и не мог остаться, чтобы видеть их. Он сделал свой выбор четыре года назад, заключив сделку с тем фейри, и теперь не мог вернуться и всё изменить.

Но, видит Свет Судеб, как бы ему хотелось этого.

***

Харрис вскинул бровь, глядя на Арчи, когда тот вернулся с пустыми руками.

— Что ты там делал?

— Отдавал своё наследство, — просто ответил Арчи.

И теперь он по-настоящему чувствовал себя свободным.

28. Кошачий шанс на миллион

Арчи понимал, почему король отправил именно его расследовать дела Маркиза-Огра и убить чумного пса в Карабусе. Дело было не только в том, что монарх хотел дать Арчи возможность заслужить титул и право свататься к его дочери. Причиной стало и то, что произошло между стражей Карабуса и королевским охотничьим отрядом. Подозрительные стражники поспешили спровадить людей короля, а попытка принудить их к иному неизбежно привела бы к кровавому конфликту, которым король не хотел рисковать. Тем не менее, стража Карабуса проявила чуть большую снисходительность к двум крестьянским парням, правившим вполне безобидной на вид телегой с припасами.

Но стоило им миновать городские ворота, как их окружили отнюдь не безобидные копья. Харрис сглотнул, и объясняться пришлось Арчи.

В конце концов, это была его миссия.

Он поднял руки:

— Приветствую, господа. Мы привезли припасы от короля, как и было обещано. Мы не замышляем зла. — У Арчи в телеге был припрятан шест, но он предназначался лишь на тот случай, если ему доведется столкнуться с монстром Маркиза лицом к лицу. У него не было причин желать зла простым жителям Карабуса, более того, он был уверен, что король предпочел бы обойтись без лишних жертв, иначе на это задание отправили бы куда более внушительную силу.

— Я понимаю, друг, — ответил один из стражников с явным сожалением в голосе. — Но у нас здесь карантин. По приказу Маркиза, никто из вошедших не может выйти обратно, чтобы мы не разнесли наше несчастье на других. Понимаешь?

— Вы хотите, чтобы мы остались здесь? — Арчи оглянулся на Харриса. Сам Арчи и планировал остаться. Рискнуть собой было легким выбором, но он никогда не хотел подвергать опасности брата.

Харрис выбрал для себя более безопасный путь, и он имел право ему следовать.

— Здесь не так уж плохо, — сказал стражник, уже немного опуская копье. — Нам не хватает людей, так что мы приставим вас к работе по силам, но у нас нет недостатка в женщинах и прочих радостях. По крайней мере, пока ты достаточно здоров, чтобы ими наслаждаться. Какое у тебя ремесло?

— Я… — Арчи на мгновение замялся, но тут же взял себя в руки. Он не хотел втягивать брата в беду, но теперь отступать было некуда. Придется довести миссию до конца любой ценой. Спасти их обоих. — Наш отец был мельником, но Харрис понимает в этом больше моего. Еще он извозчик и может работать пахарем, если с ним и его животным будут обходиться честно.